Борис Изюмский - Небо остается...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Небо остается..."
Описание и краткое содержание "Небо остается..." читать бесплатно онлайн.
Во второй книге автор знакомит читателя с дальнейшей судьбой героев романа, прошедших нелегкий путь последних двух лет войны и вернувшихся в Ростов.
Возвратилась мама с Вовкой. Он был полон впечатлений:
— А торт с орешками… Я два куска съел…
Потом они улеглись, уснули, а Лиля выскользнула на улицу. Горели одинокие фонари. Почти не было прохожих. Она вышла на Пушкинский бульвар и, найдя его дом, села на скамейку в тени акации. Лунный свет ложился на стены домов, тротуары. А на шестом этаже светилось, наверно, его окошко.
Зачем она пришла сюда? Сколько писем — в трудные минуты и в радостях — писала ему, не отправляя. Писала, чтобы не онеметь… Хотя как могла она онеметь, если все время мысленно советовалась с ним, была с ним.
И ревела ночами от невозможности нарушить запретную черту: учитель — ученица.
И кровь пульсировала в истосковавшихся губах. Интересно, сколько может вылиться из человека за жизнь тайных слез?
Ей казалось, что она то и дело попадает изо льда в кипяток. А во сне часто представлялось: отстукивает азбукой Морзе то, что хочет сказать Максиму Ивановичу, но не понимает ответ. Силится понять и не может.
Свет в окне на шестом этаже продолжал гореть. Она медленно пошла домой.
Глава четырнадцатая
Когда Лиля ехала из Москвы в ГДР первый раз, память невольно выхватывала из прошлого то гибель врачей из их дома, то фашистов, отнявших на ростовской улице чемодан у ее учителя, то веселых молодчиков, ограбивших их, когда с мамой возвращались после менки, то шефа столовой Бернарда, с буйволиной шеей.
Но потом, с каждым приездом туда, она все более убеждалась, что эта Германия — новая и воспринимать ее надо по-новому.
У нее появились знакомые среди немецких ученых, она жила на квартире у симпатичной молодой четы, бывала в Доме дружбы народов, куда приходили иностранные студенты, аспиранты, обучающиеся в немецком университете на рабоче-крестьянском факультете. И когда 7 ноября в этом клубе хором вместе с немцами запели Интернационал итальянцы, индийцы, негры, — она окончательно уверовала, что Германия новая.
Ей нравилось, как работали, создавая ее установку, немецкие рабочие: неторопливо, на совесть, делая все добротно. Хотя бесил педантизм: стоило прозвучать сигналу на обед, как они мгновенно оставляли гаечный ключ на полуобороте.
В одно из воскресений Новожилова много часов провела в изрядно поврежденной Дрезденской галерее. Глядя на «Сад нимф», зал гобеленов, «Сикстинскую мадонну» Рафаэля, подлинники Боттичелли, Тициана, Рубенса, Ван-Дейка, Новожилова думала: «Какое счастье, что мы спасли все это».
Лиля вышла из галереи и медленно пошла проспектом Тельмана.
Спали в колясках разрумяненные морозцем, будто упакованные в белоснежные коконы младенцы. Афиши объявляли о выступлении Дрезденского оркестра и певицы Элизабет Райке.
Слышался смех детворы, раскатавшей скользанки. Остановила возле себя трехтонку «хорх» регулировщица — плотно сбитая, в грубых сапогах, белом, почти до щиколоток, плаще, на плечах которого лежали ее льняные волосы.
На стене здания висел кумач с надписью: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
На перекрестке Улиц меланхолично крутил блестящую ручку одноглазый шарманщик с попугаем на черном ящике.
Мимо прошли два офицера в серо-зеленых шинелях, фуражках с высокими тульями; и сердце Новожиловой, ошибившись, гулко упало с высоты.
На вывеске пивнушки «Якорь» лысый пастор поднимал над головой пенящуюся кружку. У дверей танцбара с фотографий глядели пляшущие девы. На площади Альтмарк возвышались Крейц-кирка и восстанавливаемый театр, а на берегу Эльбы — дворец Августа Сильного. О них Лиля знала по книгам, а теперь все это видела собственными глазами. Конные статуи курфюрстов… Геракл на доме магистратуры…
Она пошла к центру. Уличная лотерея предлагала за 25 пфеннигов выиграть автомобиль.
Здесь шла своя жизнь, были свои заботы и радости.
В книжном магазине Новожилова вдруг увидела… Людвига Хадермана, того капитана, что опекал ее в ростовской столовой интендантов. Тогда этот Людвиг казался ей глубоким стариком, а ему сейчас было, видимо, не более шестидесяти пяти. Разве что еще больше прежнего стал походить на провинциального нотариуса диккенсовских времен в своей допотопной шапке с козырьком и длиннополом черном пальто с каракулевым, побитым молью воротником.
— Людвиг! — воскликнула Лиля неожиданно для себя. — Это вы?
Хадерман долго вглядывался в лицо молодой женщины, и наконец в памяти его что-то сдвинулось, он радостно закричал:
— О-о-о! Микки из Ростова!
Лицо его разгладилось, морщины поползли к ушам.
— Микки! Какая радость! Я о тебе часто думал. С каким достоинством и как бесстрашно ты держала себя тогда. Да что же это я, познакомься, мой племянник Рольф.
Только теперь Новожилова обратила внимание на молодого мужчину с глазами стального цвета, стоявшего рядом с Хадерманом. У «викинга», как сразу же окрестила его Лиля, — высокий лоб, правильные черты лица. Он, вероятно, был лет на пять моложе Лили. Узнав, по какому поводу приехала Лиля в ГДР, Людвиг расчувствовался еще больше:
— Дитя мое, умоляю тебя, зайдем ко мне, я живу совсем рядом и один. Дочь моя и жена погибли при бомбежке… — он всхлипнул, посмотрел просительно. — Ну, не отказывай, Микки, руине. Кланяйся же, Рольф!
«Викинг» приложил руку к сердцу и поклонился. Новожилова согласилась, — и Людвиг, галантно взяв ее под руку, семеня, повел к своему дому.
Они поднялись по высоким ступенькам старого дома на второй этаж и вошли в огромную комнату, загроможденную старыми вещами. На отброшенной доске секретера лежал кожаный бювар с металлическими застежками и монограммой. Возле качалки с продавленным соломенным сиденьем стояло кресло с тисненным на высокой спинке орлом.
— Вот и моя берлога, Микки, — Людвиг сделал рукой такое движение, словно распахивал дверь, и принял от Лили ее пальто, вязаную шапочку. — А как вас величать по-взрослому?
— Лилия Владимировна.
— Присаживайтесь, Лилия Владимировна. У старого вдовца есть небольшой запасец кофе и даже заветная бутылочка мозельвейна. Она дождалась своего срока.
У Людвига сквозь редкие волосы на голове проступала розоватая кожа, щеки — в мелкой склеротической сетке красных жилок.
Уже сидя за столом, Людвиг признался:
— Я ожидал, что меня упекут в Сибирь проморозить косточки дурака, но вместо этого довольно скоро отправили домой…
— А зачем же вас упекать? — невинным голосом спросила Новожилова, и глаза ее лукаво сверкнули.
— И впрямь незачем, — согласился Хадерман, — после возвращения я решил обосноваться в ГДР… По старой памяти занимаюсь шоколадными делами на государственном предприятии.
Он словно вспомнил о племяннике, чинно сидящем рядом с Лилей:
— А Рольф — директор спортшколы. Надеюсь, на своей машине он отвезет вас в Унтервелленборн. Не правда ли, Рольф?
— Только так! — с готовностью ответил «викинг». — И буду, если разрешите, в дни последующие вашим бетреуером.
«Кажется, это означает — гидом, опекуном, товарищем», — подумала Новожилова и поблагодарила.
У Рольфа жесткие, вьющиеся каштановые волосы. Прекрасно сшитый серый, в мелкую клетку костюм изящно облегает сильную фигуру спортсмена.
Людвиг разлил вино по бокалам и поднял свой:
— Хочу выпить за новую Германию Рольфа и за вашу выстоявшую Россию, Лилия Владимировна.
…Уже к полуночи они мчались пустынной, припорошенной снегом автострадой, и деревья вдоль нее шарахались, словно падая навзничь.
«Викинг» вел машину властно и нежно. Руки его в белесом пушке спокойно лежали на руле.
Лиля чувствовала, как от выпитого вина горит ее лицо, как бьется о щеку завиток волос. Она нет-нет да поглядывала с любопытством на высокую шею «викинга», на его маленькое ухо.
«По возрасту он не мог участвовать в войне», — думала она, и эта мысль еще больше расположила ее к Рольфу.
Бег по ночному шоссе мимо падающих навзничь деревьев убаюкивал, говорить не хотелось. Вдали показалось зарево над металлургическим заводом Унтервелленборна.
Они подъехали к домику под красной черепицей, где квартировала Лиля. Рольф вышел из машины и предупредительно открыл дверцу.
— Надеюсь, до свидания, Лилия Владимировна, — он взял ее руку в свою, — не поехать ли нам завтра в Лейпциг — город моего детства? Покажу вам нашего Деда Мороза — Санта-Клауса…
— С удовольствием, милый бетреуер…
— Можно, я заеду за вами в десять утра?
— Буду ждать…
— Спокойной ночи…
* * *Рольф приехал с букетом роз, неожиданным в эту пору года. Он был в черной кожаной куртке на меху, кожаной фуражке.
На этот раз Рольф рассказывал о своих питомцах, Лиля — о своей диссертации. В разговорах незаметно доехали до мрачноватого, по первому впечатлению, Лейпцига.
Рольф показал ей двухэтажное здание гимназии, где учился, маленький дом с верандой, в котором жил в детстве с родителями.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Небо остается..."
Книги похожие на "Небо остается..." читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Борис Изюмский - Небо остается..."
Отзывы читателей о книге "Небо остается...", комментарии и мнения людей о произведении.