Борис Изюмский - Небо остается...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Небо остается..."
Описание и краткое содержание "Небо остается..." читать бесплатно онлайн.
Во второй книге автор знакомит читателя с дальнейшей судьбой героев романа, прошедших нелегкий путь последних двух лет войны и вернувшихся в Ростов.
Лиля проснулась рано, когда все еще спали. Было по-домашнему тепло и уютно.
Стараясь не разбудить мать, она тихо умылась и стала готовить завтрак Шмельку. Больше всего он любил поджаренную картошку, отваренную в мундире накануне вечером. И чтобы рядом была яичница, обильно залитая томатным соусом, посыпанная чайной ложкой сахара.
Лиля нагнулась над Шмельком: он разрозовелся во сне, темные волосы разметались.
— Вставай, сынок! — тихо сказала она.
Володька мгновенно отозвался:
— Угу! — вскочил и начал делать зарядку. Умывшись, сел за стол на кухне.
— Ты знаешь, почему Валька Шуликов (это его сосед за партой) такой толстый?
— Нет, — с недоумением посмотрела мать.
— У него папа — начальник бойни.
Логика, ничего не скажешь.
— А знаешь, чему научился Джим? — так называли соседского черного пуделя. — Он вешает ведро на колонку, лапой открывает кран и тащит ведро домой.
«Ну, это, наверно, фантазия».
Шмелек проверил, все ли в порядке в ранце, и вышел из дома — школа была через дорогу.
Вскоре и Лилия Владимировна, приготовив завтрак Тарасу, тихо закрыла дверь квартиры.
Роса омыла крыши домов, тротуары, желтеющие листья берез, красные кисти рябины. До института ходьбы минут тридцать, и этот путь Новожилова проделывала обычно неторопливо, с удовольствием.
Она миновала жилые кварталы, молодой парк и влилась в поток рабочих, спешащих на радиаторный завод. Было какое-то особенно приятное ощущение от этого движения в живом потоке.
Недавно построенное здание института издали приветило белыми стенами, ясными окнами.
За время пути Лилия Владимировна обдумала свое выступление на ученом совете, прикинула, чем будет заниматься сегодня в первую очередь. О себе как ученом она была не очень-то высокого мнения. Считала, что подтверждались худшие опасения, высказанные еще в детском дневнике: лучше иметь один талант, чем множество способностей. Но, пожалуй, все же один талант у нее есть — организаторский. Даже если это касалось вечеринок в лаборатории, для которых она писала стихи капустника, пекла торты и разрабатывала меню, чтобы затем, в разгар веселья, незаметно исчезнуть.
Новожилова поздоровалась в вестибюле с вахтером, старичком, похожим на их школьного сторожа Тимофея Игнатьевича — такие же моржовые усы, — и прошла в свой кабинет на втором этаже. Здесь сняла плащ, расчесала густые волосы. На ней были шерстяное бордовое, строгого покроя платье — сама шила его — и янтарное ожерелье, которое не давало покоя ухажерам.
«Неужто, — подумала она, — нынешнее звание и должность, вызвали в институте сей повышенный мужской интерес к моей персоне? Было бы обидно такое объяснение…»
Но факт оставался фактом — началась полоса объяснений в любви женщине бальзаковского возраста.
Полосу эту открыл замдиректора по науке Григорий Николаевич — золотозубый, проникотиненный, с большой плешью среди светлых вьющихся волос, с уголком цветного платочка, кокетливо выглядывающего из верхнего кармашка пиджака.
Григорий Николаевич — самый непосредственный начальник ученого секретаря, вероятно, поэтому решил, что может называть ее лапочкой и золотцем. Вот уж к кому относилось «быть и казаться».
Он повел планомерную атаку, и Лиля, желая избавиться от этого ухажера, как-то ошеломила его:
— Я согласна… Но только чтобы ни от кого не скрывать отношений.
— Но как же? — испуганно произнес он, вглядываясь пытливо: может быть, шутит? Но лицо Лили было строгим, решительным. В этом «Но как же?» подтекстом шло: «партбюро, моя жена, ваш муж…»
Тогда Новожилова произнесла с напускным огорчением:
— Я-то согласна, а вы не хотите принять даже такое мизерное условие.
Домогательства прекратились.
Второй ухарь был, как она определила, карьеристского образца.
Весь институт уехал на уборку картофеля, а Лиля осталась из-за болезни ног. В лабораторию вошел мужчина лет тридцати — высокий, крупный, с холеным лицом.
— Простите, Лилия Владимировна, — деликатно сказал вошедший, — мне необходима ваша помощь как петрографа… Однако разрешите сначала представиться — Валерий Базилевич…
— Слушаю вас, — официально сказала Новожилова.
— В моей диссертации большой раздел связан с фазовыми исследованиями…
Говорил он умно, по-деловому и об интересной работе. И так как Новожилова охотно делилась своими знаниями по минералогии, то и на этот раз не видела резона отказать.
— А в какой вы лаборатории? — поинтересовалась она.
— Поразительно! — хорошо поставленным голосом воскликнул Базилевич. — Уже два месяца работаю в лаборатории рядом, с первого дня глаз с вас не свожу, а вы даже не заметили… Правда, я часто бывал в командировках.
— Простите невнимание, — улыбнулась Новожилова, — Валерий…
— Просто Валерик, — поспешно сказал он.
— Приносите образцы, посмотрим, — разрешила Новожилова.
Когда он ушел, Лиля вспомнила, что действительно в институте многие с симпатией относились к этому Валерику. Мужчин он таскал по ресторанам, женщин подкупал обходительностью.
У Лили уже выработалась «технология» расправы с кавалерами. Если это человек умный, ему бывало достаточно двух-трех насмешливых взглядов, фразы, чтобы стало ясно: это не тот случай, когда неприступность обставляют демаршами, — со свидетелями и звонкими пощечинами.
Если самоуверенный нахал глуповат, то все шло приблизительно по такой схеме:
— Какие у вас чудесные глаза, — говорил он.
— Как вам нравится предвыборная президентская кампания в США? — огорошивала она вопросом.
— И осиная талия… — продолжал он гнуть свое.
— Не объясните ли вы мне разницу между религиозными воззрениями мусульманских общин в Ливане?
Отскакивали ошалело. С Валериком случай был нестандартный. Вскоре Базилевич попросил:
— Не могли бы вы называть меня на «ты»?
Ну почему же, он много моложе ее и чем-то располагал к такому обращению. И тут Валерик ринулся в атаку, веря в свою неотразимость, полагая, что женское равнодушие к нему — притворство, тактика.
На вечеринках в институте он играл на гитаре, пел. Женщины млели, и Лиля слушала с удовольствием. Приглашая ее на танцы, он имитировал нахлынувшее чувство.
Почему Новожилова сразу же не расправилась с ним? Что-то в этом Валерике было от юности. И потом — Базилевич, несомненно, умен, а Лиля это ценила и не умела делать вид, что не замечает глупость.
Однажды в кабинете, когда все уже ушли из института, он поднял ее вместе с креслом и закружил по комнате.
Новожилова разъярилась:
— Немедленно прекратить цирк!
Тон ее был таким, что Валерик не посмел ослушаться.
— Такая возмущенная вы мне еще больше по сердцу! — восхищенно сказал он. — Вам дай пистолет — изрешетите.
Пора было его вытуривать. Том более что и прояснился Валерик предельно: ему нужен был ученый секретарь, он лживо играл роль щедрого «своего парня», склонен к показухе, нечистоплотен в отношениях с женщинами.
…Лиля принесла ему из дому недавно вышедшую центральную газету со статьей «Хамелеонствующий», отчеркнутой красным карандашом.
— Здесь все про тебя… Поинтересуйся на досуге…
Портрет этого проныры и дамского угодника был словно списан с Валерика.
На следующий день, возвращая газету, он хрипло спросил:
— Неужели я такой?
— Как две капли воды!
— Ну, так я докажу, — и грузный, несчастный вышел из кабинета.
Теперь Валерий старался не попадаться ей на глаза и, что самое удивительное, стал действительно много лучше: не таскал «нужных» людей по ресторанам, не расточал комплименты и даже ушел в другой институт. Прислал ей письмо: «Я жалкий человек, в этом весь ужас. Я пуст, ничего не совершу в жизни, потому что душа моя мелка. Я смог бы, если бы Вы… Но это невозможно… вот таким и останусь!» Может быть, повзрослел и поумнел?
Недавно она встретила Валерия в центре города. Поинтересовалась:
— Как живешь?
Он поглядел диковато, вроде бы удивился — она с ним еще разговаривает. Потом смягчился:
— И все же, хотите верьте, хотите нет, — я в вас был искренне влюблен… — помолчав, добавил: — Насколько вообще я на подобное способен. Это был мой потолок.
— Не следует ли его поднимать? — пошутила Лиля. — А как диссертация?
— Готова.
— Ну, желаю тебе успеха. Знаешь, — добавила она резковато, — есть у англичан такая поговорка: лучше голодать, чем есть что попало, лучше быть одному, чем с кем попало.
…А потом на Лилию Владимировну свалилась радость-беда: она и сама увлеклась.
У них в институте появился инженер из Киева — Игорь Федорович Войницкий — моложе ее на несколько лет. У него бледное, продолговатое лицо, умные глаза, горькая улыбка. Чем-то напоминал он Максима Ивановича, и это сразу расположило Лилю к нему.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Небо остается..."
Книги похожие на "Небо остается..." читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Борис Изюмский - Небо остается..."
Отзывы читателей о книге "Небо остается...", комментарии и мнения людей о произведении.