Вальтер Диггельман - Увеселительная прогулка

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Увеселительная прогулка"
Описание и краткое содержание "Увеселительная прогулка" читать бесплатно онлайн.
Попытка главного героя романа превратить редактируемую им «тиражную» газету хотя бы в подобие порядочного и серьезного издания оборачивается необратимой и сокрушительной неудачей. Ему преподается наглядный урок, что полагаться в нашем мире на порядочность и благородство — слишком дорогостоящая иллюзия…
Когда я пытался выяснить у тебя, что у вас с Бруно, ты заявила, что Бруно все выдумал, у него нет никаких оснований и так далее. На этом и кончилась наша, вернее, моя дружба с Бруно, вопрос о том, встречалась ли ты с ним и дальше, я оставляю открытым. Через три года после нашей свадьбы нам предложили съехать с квартиры: я написал управляющему, как он выразился, наглое письмо, кроме того, наши материальные дела обстояли неважно и мы задолжали квартирную плату. Тогда ты сказала: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». — «Как помогло? Чему помогло?» — спросил я. «Мы с тобой на время расстанемся, — сказала ты, — подыщи себе небольшую квартирку, Оливера мы отвезем к твоей матери, я уже с ней договорилась…» Я подчинился. Я вдруг понял: со мной можно делать все, что угодно. Я снова почувствовал себя мальчиком, которого можно бить и у которого не хватает духу защищаться… После того как мы разъехались, ты поселилась у одной своей приятельницы, которая была влюблена в какого-то фабриканта и чувствовала себя несчастной. Ты временно работала машинисткой. И если я вечером случайно встречал тебя в городе, ты всегда бывала в подпитии и всегда в сопровождении какого-нибудь не очень молодого мужчины — явно из породы опустившихся неудачников. Мне было тошно. Но я знал, что моя привязанность к тебе пересилит все. Я готов был простить тебя. Оливер, если помнишь, ужасно плакал, когда мы уезжали от моих родителей. Уезжали на машине. За два месяца до этого мы купили себе «пежо». Купили в рассрочку. Я тогда временно исполнял обязанности редактора. Я пытался сделать то, что делает в подобной ситуации большинство мужчин, — пытался влюбиться в другую женщину. Другая женщина у меня была. Молоденькая секретарша из редакции. Но я не влюбился, я не смог полюбить, зато она влюбилась в меня. Я бывал с ней всюду, я спал с ней, однако наша связь продолжалась недолго, всего два или три раза ей было со мной хорошо, а потом она все время плакала и говорила, как ты можешь обнимать меня, думая о своей жене. Она была права, и мы расстались. Я почувствовал себя больным, пошел к врачу, тот сделал мне несколько уколов кальция. Я объяснил ему: я заболел, потому что от меня ушла жена. Он ответил: «Не будьте слюнтяем, в Швейцарии каждый год расторгается сто тысяч браков, вы действительно больны, и я вас вылечу». Я написал тебе письмо: либо ты вернешься и мы заберем Оливера к себе, либо я подам на развод. У меня был телефон, и ты стала через день мне звонить.
Однажды вечером ты пришла ко мне, но тебе только одно было нужно от меня — машина. Я дал ее тебе на несколько дней. Некоторое время спустя как-то вечером я напился и по дороге домой врезался в фонарный столб. Правое крыло все смялось, одна фара разлетелась вдребезги. Я возвратил «пежо», уплатив две тысячи франков…
Через два месяца после того, как мы разъехались, ты мне написала: «Я поняла, что совершила ужасную ошибку, я больше не могу без тебя и без Оливера, если ты меня простишь, я вернусь…» Ты вернулась, и казалось, будто мы с тобой только что познакомились и без памяти влюбились друг в друга. Нам удивительно скоро удалось найти квартиру побольше, и мы забрали Оливера от моих родителей. А через пять месяцев я лишился своей редакторской должности за то, что, несмотря на предупреждение шефа, третий раз напечатал в газете политический комментарий одного леворадикального студента-социолога. Я был дежурным редактором и подписывал в печать первую полосу, так что мне ничего не стоило тиснуть неугодный шефу комментарий. Ты отнеслась к этому спокойно (во всяком случае, внешне), мы договорились, что ты будешь работать машинисткой, а я использую свое невольно обретенное вольное положение для того, чтобы написать обстоятельный репортаж о полиции. Хозяйство вел я — я покупал продукты, готовил еду, — каждый вечер тебя ждал поистине празднично накрытый стол. Я ходил за покупками, и через несколько недель продавщицы стали называть меня «госпожа Эпштейн». Большую стирку делал тоже я, стиральной машины у нас не было, белое и цветное белье приходилось кипятить отдельно. Потом ты перестала приходить домой и к ужину, а возвращалась позже, нередко к двенадцати часам ночи. Чаще всего я ни о чем тебя не спрашивал, но иногда все же задавал вопрос, что случилось. Ты говорила: оставь меня в покое — ты падала с ног от усталости. Что тут удивительного, убеждал я себя, она же целый день работает…
Ты работала восемь месяцев. Потом мне вдруг подвернулась работа в рекламном бюро. Душа у меня к ней не лежала, потому что я все-таки журналист, но за рекламные тексты хорошо платили, а главное, у меня снова была работа… Ты была — или казалась — счастливой и только умоляла, чтобы я не сделал тебе ребенка. Мой репортаж — социологическое и психологическое исследование об общественном назначении полиции, о том, как становятся полицейским, кто и почему им становится и так далее, — был опубликован отдельной брошюрой и имел большой успех. Я сразу обрел положение, я стал человеком, меня уже нельзя было не замечать, приходилось со мной считаться. После издания брошюры я прочел шестьдесят лекций и стал обозревателем различных газет. Я теперь много разъезжал, а работу в рекламном бюро бросил. Однажды я вернулся из очередной поездки, и ты заявила, что должна мне сообщить нечто очень важное: «Но только, пожалуйста, не здесь, дома, поедем куда-нибудь ужинать, я скажу тебе после ужина…» Мы поехали в Форх, у меня тогда был «опель-капитан», и в машине — мы не проехали еще и пятисот метров — я вдруг сказал, я знаю, что у тебя на сердце. Нет, ответила ты, этого ты знать не можешь. И все-таки знаю, твердил я. Не стоит из-за этого так расстраиваться: ты беременна, но не от меня, а от фотографа Бергера… Откуда ты?.. У тебя пресекся голос. Я остановил машину на обочине дороги, обнял тебя и стал целовать твои щеки, глаза, волосы. Понимаешь, сказал я, в последнее время что-то часто стал звонить некий Бергер, он звонил, когда тебя не было дома, и просил госпожу Эпштейн, а один раз сказал просто: «Сильвия дома?» Ты была беременна, и я тебя спросил: «Что же дальше?» Ты ответила: «Я не хотела этого, но, когда ты уехал, я часто бывала на всяких вечеринках, и однажды это случилось — сама не знаю как». — «Ты хочешь развестись со мной и выйти за этого Бергера?» — спросил я. «Нет, — ответила ты, — ради бога скажи, что мне делать?» В тот вечер мы решили больше об этом не говорить. В ресторане мы сытно и вкусно поужинали.
Взглянуть правде в глаза?
Я был тогда несчастлив и счастлив одновременно. Ты принадлежала только мне. Что это было? Обладание? Любовь? Я отправился в психиатрическую клинику нашего университета и заявил: «Для меня немыслимо быть отцом ребенка, который родится от другого, я вынужден развестись с женой, но моя жена страдает суицидоманией, она не переживет разрыва, эта неприятность случилась с ней в состоянии опьянения. Вообще у нас вполне благополучный брак, нас можно даже назвать счастливой парой… Восемнадцати лет моя жена уже покушалась на самоубийство…» Вернувшись домой, я сказал тебе: «Слушай внимательно, сейчас ты пойдешь в клинику и скажешь, я больше жить не могу, я покончу с собой, муж не хочет меня знать и так далее». Таким путем ты получила справку от психиатра, и аборт тебе сделали в университетской клинике…
Взглянуть правде в глаза?
Что касается меня лично, то мне в тот период сопутствовал успех, я стал известным публицистом, писал и о политике, и, когда меня спросили — это было ровно три года назад, — не хочу ли я возглавить редакцию бульварной газеты, жалованье — восемьдесят тысяч в год, я согласился… С того момента у нас о тобой все как будто наладилось. Мы совершали поездки — в Париж, в Берлин, в Будапешт, и нас можно было принять за молодоженов… И вдруг все кончилось. А я и не сразу заметил. У меня была моя работа, она отнимала все время, каждый день совещания, вечерами тоже. Я хотел создать новый тип бульварной газеты, надо было найти редакторов, сотрудников, Приходилось вечера проводить вне дома, нередко я брал тебя с собой — когда только мог, в частности на приемы, которые нельзя было игнорировать. Я сшил себе смокинг — первый в моей жизни, а у тебя появилась собственная машина, ты говорила, что без машины ты теперь как без рук. Ты завела себе и портниху. Нет, ты была права — хотя мы с тобой не раз смеялись над этим идиотским светским балаганом и твердили себе, что в дураках-то, в конце концов, не мы, а другие…
В середине июля, когда у Оливера начались каникулы, ты сказала мне, впервые за многие годы: «Видишь ли, в прошлом году я узнала, что такое свобода, ведь по вечерам тебя никогда не бывало дома. Этой свободе — вернее, тому, что все эти годы я считала свободой, — грош цена, но и так, как сейчас, между нами продолжаться не может, я тебя люблю, пожалуйста, люби меня тоже, и в постели, пожалуйста, а в остальном я еще никогда не была так счастлива и довольна…» И мы опять были вместе. Однажды ты сказала: «Нет, я не поеду в Безацио, если ты не сможешь поехать со мной», а я тебе ответил: «Не сходи с ума, ведь сейчас там хорошо, как нигде. Для чего нам тогда этот дом? Ты же хотела его приобрести. Нет, поезжай с Оливером, а я приеду к вам через две недели…»
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Увеселительная прогулка"
Книги похожие на "Увеселительная прогулка" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Вальтер Диггельман - Увеселительная прогулка"
Отзывы читателей о книге "Увеселительная прогулка", комментарии и мнения людей о произведении.