Георгий Гачев - Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью"
Описание и краткое содержание "Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью" читать бесплатно онлайн.
Книга известного писателя и философа Георгия Гачева «Русский Эрос» — работа во многих отношениях уникальная. Подзаголовок книги — «роман» Мысли с Жизнью» — подчеркивает существенную особенность ее содержания: это, во-первых, исследование тех сторон человеческой культуры вообще и русской, в частности, которые связаны с понятием «эрос», и, во-вторых, — это дневник личной жизни автора, философски осмысливаемый и тем самым включаемый в круг идей книги
В ней предпринята, вероятно, первая в нашей литературе попытка комплексного культурологического анализа проблем эроса, к обсуждению которых и вообще как к таковым в нас на протяжении длительного времени воспитывалось стойкое предубеждение. «Эрос» рассматривается Гачевым как некий самостоятельный «космос», в котором проявляются и взаимодействуют самые разнообразные силы и стихии и где нет чего-либо незначащего и незначительного. И где немалую роль играет своеобразие национального быта, характера и самосознания
Сосуществование, совмещение, взаимопроникновение двух планов: «высокого», теоретического — с одной стороны, и бытового, «приземленного» — с другой; сочетание почти романных ситуаций с отвлеченным, по слову автора, умозрением; способ мышления писателя, композиция, стилистика и лексика книги образуют ее самобытный мир, где каждый элемент, как кирпичик в здании, играет свою конструктивную (смысловую) роль.
"Вошла жена, Светлана, бумаги и копирки у меня поднабрать. Зачитываю ей про «корягу» «Эх ты — подросток вечный: все в бабу подглядываешь!» «Верно все в чудо бабищи, как у Феллини в «Амаркорде» подростки, вглядываюсь, не устаю всю жизнь дивоваться!» — «Значит, нормальный ты мальчик. А то сейчас все больше гомики «- «Вот чего совершенно не понимаю! «- «То и хорошо, папочка «- «Э, а, может, ты у меня лесбияночка ненароком?» «Ха… «А ведь верно- «Русский Эрос», сия фреска огромная, — в оптике подростка, что впервые до бабы дорвался, выписан. Но и сейчас каждый раз со Светланою как впервые и внове. И все мои записания-сочинения с тех пор — как продолжение «Русского Эроса» "
И уж тогда, как семя брызнувшее, полетели головушки-сперматозоиды, трупики стали рассеиваться по всей России: в лесах, в болотах засосанные, метелями заметенные — похороненные. Принят посев был, всосан, вобран маткой. И Кутузов своей истинно российской тактикой и сумел доставить матери-земле это полномерное удовольствие, чего б не дали ей тупые немцы-штабисты, ратовавшие за одноточечные уколы якобы что-то решающих сражений
И вот что всегда было удивительно: при полном привечании иностранца, впитываньи его, понимании, согласии, что совсем мы негодящий худой народец, — с готовностью эту «самокритику» выдавал русский мужичок, — при всем этом усмешечка какая-то и себе на уме чуялась в этой, кажется, безусловной податливости. Тупой немец — оттого «немой», что этого не слышал и не понимал, — не придавал ей значения; но сведущий понимал, что в ней-то вся собака и зарыта. Притворство это, безобидность демонстрирующее, — это живец, на которого чужеземная рыбка попасться должна в чрево России. Таким-то образом удалось в повести Лескова заманить в Россию «Железную волю» — торчащий, непреклонный чужеземный стержень немца! Гуго Пекторалиса, — тут-то ему хана и пришла — и кто погубил?! — незаметный, вечно пьяненький Софроныч на измор и выдержку его взял. Софроныч все клонился, поддавался — и оттого железный ум Гуго так деревянно в русскую землю все глубже втыкался — да так там и остался. И на чем? — на слове его крепком и незыблемом поймал. А у русского слово — вольное, шаткое, мало что значит, мало ответственное (см. об этом у I Если русская тактика — «котел», «мешок» — влагалище, то германская клин — нос, фалл (еще «свинья» псов-рыцарей на озере Чудском). -21.1.86
И. Киреевского: что русский смотрит на слово как на вещь), а так как к вещам отношение не святое — легко меняются хозяевами, так и слова даются и нарушаются, здесь божатся дешево, клянутся на всю жизнь — и легко забывают — и, главное, от этого-то именно в святости и остаются: от того, что не придают значения различениям более низкого уровня (морали, закона, нравственности и якобы твердого честного слова); мнима претензия на твердость и определенность чего бы то ни было (в том числе и слова, и обещания, и плана) — в распространяющемся и засасывающем и на ветер выбрасывающем русском Космосе. Так что в этой усмешечке соглашающегося со своей негодящестью русского мужичка — и воля женщины-России выражена заманить — и знание ее повадки. Он-то знает, что, чтоб выжить в России, как можно меньше собственной волей рыпаться надо (ср. Иван Денисович), иначе переломишься, не раззадоривать ее (а то воспламенится и пожрет тебя ее лопасть), а потихоньку да полегоньку, — и она с орбиты страсти на орбиту жалости тебя перекинет, и там проведешь век, как у Христа за пазухой, как Иванушка на печке но уже на правах не мужчины-фалла, а сосунка-младенца
А немец — тот попер сразу в раж — ну на рожон и наткнулся Итак, недаром русским писателям, искавшим смысла жизни, — в этой покладистости русского мужика (Платон Каратаев, Лука) или в его усмешечке, или юродивости, — виделось знание чего-то высшего, какого-то секрета, ключа к мудрому бытию и истине, который сокрыт от очей, пребывающих на уровне города (всякого огород-горожения, т. е. суетливой деятельности), цивилизации и просвещенного разума и логического слова. Лукавя, обманывая, ленясь и бездельничая, — т. е. пренебрегая всеми «элементарными нормами» общежития и труда, он несмотря на это (или, точнее, благодаря нарушению этого уровня ценностей) — попадал на уровень святости и ходил в святых. Ибо так исполнял он волю России и русского Двубого Вот чего ради так изыскуется духовность и совестливость в русской жизни и литературе — и именно на самом высшем уровне. там, где измерение нравственности, всего твердого (вещи, закона, слова) переходится, снимается: чтоб вызвать святость, значит, надо пройти через преступление… (?)
Воля и миссия русского Целого, Двубого- беспредметность бытия — это явить и доказать; и осуществляется это через то, что в России всякая предметность (отдельные вещи, идеи, принципы) должна поглощаться во всемирную прорву и в воронку — точнее «всеземную», ибо на Земном шаре одна такая — и именно Россия! — и тем непрерывно напоминать человечеству о том, что не все клином на «огнеземле» труда сошлось, но что как такая же всемирная богиня и стихия пребывает сыроземля и светер — и об этом так же сильно кому-то печься и радеть надлежит
Так что выходит- русский мужчина-светер (летучий, переносный) есть соительный сон России, русской матери сырой-земли. А обилие птичьих образов в русской литературе: Буревестник, Сокол, Ворон — это выдает женскость русского творческого духа (Уж же, испытывающий сладость в паденьи — самочувствие мужчины в соитии). А пресловутая «всевосприимчивость» — то влагалищность русского человека
Вместо эпилога
Я- василий при василисах
19.1.85. Прокаженный я сегодня в доме — как Василий при Василисе (в повести Распутина). Постучался к старшей дочери:
предложить вместе на лыжах пойти. «Ну, что тебе еще?» — презрительно-брезгливый голос, и я отошел. Хотя — попробовать еще: она ж хочет! Тут каждый другого боится — и оттого превентивно нападает — так это бывает с хрупкими любимыми психеюшками в семейке нашей, и оттого все орут друг на друга… Постучал снова. «Не заходи. Говори через дверь!» — «Я не хочу к тебе заходить, а просто хотел предложить: вместе часа на два сходить на лыжах — я тебе новые места покажу». — «Я не пойду с тобой. А новые места я сама прекрасно знаю (не знает мои!..) Я сама люблю ходить. (Постепенно смягчается тон.) А сегодня ты ж пойдешь в дальний лес, а я в ближний…» Во всяком случае полезный разговор состоялся — и маленький шажок к прощению меня и к общесемейному благу. Но как мощен и многообъясняющ сюжет «Василия и Василисы» — и у нас, и вообще в XX веке! Конечно, он, мужик, вышел похлипче, полживее. Баба ж — фундаментальнее, и честнее, и крепче. Но ведь и среда-мир, в котором ему вращаться и иметь с чем дело, — стократ ужаснее и призрачнее, труднее там разобраться, нежели ей в своем мире: дети, дом, корм — тут Матерь Природа и Жизнь помогают, наставление дают прямо. И потому они — сильнее и праведнее и с основанием могут мужика презирать и осуждать: что мир таким устроил за тысячелетия своего патриархата, да и в век сей, словоложь всю нагородил, — и дурак он, и малодушен, и пьяница..
Но вот постепенно она, жестянея в праведности своей и осуде, становится антиженщиной, началом Власти и Суда — не страшного, а мирского, людского. И он, себя виноватым все чуя, крест покаяния неся, — праведнее оказывается… Она же — бедная, ожестяневшая дура, стала уже рабыней своей осуды, сторожем исполнения своего приговора, исполнена им как содержанием своей жизни. Так что именно она — в заключении душевном (хотя он — во внешнем: в амбаре), он же — как птица, душою все более волен — и возлетает (и в кинофильме метафора птицы дана, хотя это уже при смерти его: душа улетать зовется…) Гоша! — жена взошла (сожалея и мягчея уже, видно: не Василиса она! Не сторож своей злобы и гнева. Не может так долго). Но как она одновременно вышла на ту мысль и чувство, что и я! Только я хотел записать: «А надо мне подняться и постучаться к Светлане (уже так, не «женою» ее именуя) и предложить: «Ну что мы будем — и долго еще сторожить мою вину и твою осуду? Ну да: виноват, плохо сделал — и вышло еще хуже… Ну не будем впредь, остережемся… Куда ж нам друг от друга деться-то? Да и зачем?..»
И она — тут как тут..
Примечания
1
Хотя вообще секс более специфичен для искусства тела — танца, чем для искусства слова
2
Милая деревенька Верховая Рославльского уезда (района), родина тестя моего, Григория Алексеевича Семенова, подполковника, военкома, ныне уже покойного… Основная еда там — картошка, в разных видах-блюдах: «жидики», хрустики», «елки».-29.VI.85
3
Так что «Нос» Гоголя имеет предтечу в Черноморе Пушкина — и вот еще элемент их глубинного художнического сродства. — 15.1.86
4
Надо сказать, что впившись в эту тогда проблему, ум во всем стал маниакально прозревать явления Эроса, и тут его весьма занесло… И все же свой частичный смысл эти догадки и гипотезы имеют. — 15.1.86
5
Фамилия «Карамазов» легко разлагается для русского слуха на «кара» — «черный» (в соседних к России тюркских языках) и «мазов», так что в итоге получается «черномазый» — эпитет черта
6
Как мне рассказывала одна знакомая, в женской уборной на какой-то станции железной дороги на стене таковы письмена: «Миня надо е…ать троим, иначе миине мало: у миня п…а гарячия»
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью"
Книги похожие на "Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Георгий Гачев - Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью"
Отзывы читателей о книге "Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью", комментарии и мнения людей о произведении.