Олег Трубачев - История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя"
Описание и краткое содержание "История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя" читать бесплатно онлайн.
Многие исторические построения о матриархате и патриархате, о семейном обустройстве родоплеменного периода в Европе нуждались в филологической (этимологической) проработке на достоверность. Это практически впервые делает О. Н. Трубачев в предлагаемой книге. Группа славянских терминов кровного и свойственного (по браку) родства помогает раскрыть социальные тайны того далекого времени. Их сравнительно-историческое исследование ведется на базе других языков индоевропейской семьи.
Книга предназначена для историков, филологов, исследующих славянские древности, а также для аспирантов и студентов, изучающих тематические группы слов в курсе исторической лексикологии и истории литературных языков.
Для отображения некоторых символов данного текста (типа ятей и юсов, а также букв славянских и балтийских алфавитов) рекомендуется использовать unicode-шрифты: Arial, Times New Roman, Tahoma (но не Verdana), Consolas.
Но всеобщего признания эта точка зрения не получила. Так, Э. Бернекер[225] не вполне уверен в германском происхождении этого слова. Против мысли о заимствовании из германского возражает В. Кипарский[226]. Однако авторы не дают развернутой критики объяснения слав. *cedo как германского заимствования, почему последнее до настоящего времени представляется более аргументированным. Тем не менее предположение о заимствовании построено, видимо, на ошибке.
Первое (общегерманское) передвижение согласных, хорошо отраженное готским языком, выразилось, в частности, в переходе и.-е. g> герм. k. В итоге такого перехода и.-е. *gentom ‘рожденное, дитя’ дало герм. *kind-. По мысли сторонников заимствования слав. cedo, именно такая готская форма перешла в славянский. Однако, насколько известно, эта готская форма в письменных памятниках не засвидетельствована. Больше того, в этом значении известно готск. barn. После этого необходимо считаться с реальным др.-в.-нем. chind[227], получившим такую форму уже в результате древневерхненемецкого передвижения согласных, ср. алеманнское chind[228]. Эта форма должна была существовать не только у алеманнов, но и у всех вероятных германских соседей славян (последние к этому времени еще не делились на три ветви и селились, очевидно, приблизительно в местах обитания современных запад-ных славян). Форма chind могла появиться, вероятно, начиная с V в. н. э.[229] Старославянский язык, лучше всего сохранивший cpdo, с VI в. развивался на Балканах. При таких условиях он мог принести с северо-запада интересующее нас слово лишь в форме *шѧдо < *xedo < герм. *chind[230]. Но форма *sedo неизвестна славянским языкам, которые последовательно отражают только о.-слав. cedo. Таким образом, древнее заимствование из германского маловероятно, позднее заимствование тем более исключено.
Слав. *cedo имеет близкие формы в слав. na-ceti, па-cьпo, za-ceti, kоп- и, таким образом, ни в смысловом, ни в фонетическом отношении не имеет соприкосновения с нем. Kind, др.-в.-нем. chind < и.-е. *gentom. В германском есть другие — единственно точные соответствия слав, cedo: готск. du-ginnan, нем. beginnen ‘начинать’, которые С. Бугге[231] правильно сопоставляет со ст.-слав. −чьнѫ, −чѧти и родств., правда, не упоминая cedot чадо. Тем самым слав. *cedo оказывается производным от и.-е. *kеп-, обнаруживающегося в словах со значениями ‘начинать’, ‘новый, недавний’, ‘молодой’: ср. греч. καινός ‘новый’, санскр. kanina ‘молодой’, русск. щенок (с подвижным s-), сюда же болг. диал. штени, штенинци ‘сын’, лат. re-cens ‘недавний’, др. — иранск. капуа, осет. kanoeg ‘малый’, ирл. cinim ‘я рожден, происхожу от’, cenel ‘родство’, вал. cenedl, др. — корнск. kinethel, ирл. cet- ‘первый’, вал. cynt ‘раньше’, корнск. kyns, брет. kent, галл. Cintu-gnatus ‘перворожденный’[232]. Возможно, близки к слав. cedo следующие фракийско-фригийские собственные имена, приводимые П. Кречмером[233]: сложения Σατρο-κένται, Βουρκέντιος. Последнее из них Кречмер, вслед за Томашеком, сравнивает только с санкр. bhūri- ‘много, обильно’, литовск. burys ‘отряд, гурьба’. Ср. польск. do szczetu, где тоже представлен суффикс −t-.
Таким образом, слав. cedo может быть объяснено как производное от и.-е. *ken- с суффиксом −do-[234]. Образования с суффиксом −do- немногочисленны[235], но известны в славянском: ср., помимо ce-do, mo-do, ст.-слав. мѫдо < *тап- ‘муж, мужчина’, cudo, bьrdo, stado.
О собирательном слав, cedb с суффиксом −ь от cedo см. работу Ломана[236].
В ряде индоевропейских языков в роли названия ребенка фигурирует причастие с суффиксом −по от индоевропейского глагола *bher- ‘нести’. Видимо, в результате обратного влияния уже со стороны подобных производных этот глагол в отдельных языках получил более узкое, специализированное значение ‘рожать’ ср. готск. bairan, нем. ge-bären. Лучше всего указанное название ребенка представлено в германском, где оно находило поддержку в существовании близкого глагола, ср. готск. barn ραιδίον, τέκνον, βρέφος Kind’, barnilo то же, с суффиксом и.-е. −elo-, крымско-готск. baar ‘pyer Knabe’, ср.-в.-нем. bar ‘Mann’[237], сюда же др.-исл. barr ‘сын’[238]. Широко представлено это образование в балтийских языках, которые, как известно, в названиях ребенка обнаруживают существенные расхождения со славянскими. Лучше всего сохранилось старое значение в латышск. berns ‘ребенок’. Литовск. bernas наряду со значением ‘дитя, ребенок’ имеет распространенные значения ‘парень’, ‘работник’, ‘батрак’. Кроме того, первое значение, а также значение ‘мальчик’ представлено в литовском очень большим количеством производных от bеrп-: диал. bernekas, bernynas, berniokas, berniokynas, berniokiokas, berniukstis, bernius, bernuolis[239].
Этимологический анализ помогает отсеять вторичные значения. Балт. *berna-s<*bern- с корневым гласным е в отличие от германских (ср. готск. barn) тоже восходит к и.-е. *bher- ‘нести’, и его древнее значение было ‘ребенок’. Своеобразие литовского состоит в том, что он, по-видимому, не сохранил исходного индоевропейского глагола[240]. В славянском с самого начала не было никаких условий для сохранения и.-е. *bher-no-, поскольку рефлекс и.-е. *bher- ‘нести’ получил особое, весьма далекое от смысловой связи с названиями ребенка значение: слав. bero ‘беру’. В то же время название ребенка в славянском уже оформилось из других индоевропейских морфем: dete. Правда, в отдельных образованиях прослеживается древнее значение ‘нести’, ср. известное слав. *berme, русск. диал. беремя (< и.-е. *bher-теп-, собств. ‘то, что несут’), а также довольно близкое к германским и балтийским словам, своим современным значением русск. беременная. Таким образом, приводившиеся термины ‘ребенок’, ‘рожать’ и под. восходят к и. −е. *bher-’нести’ (*bher-no- значит, собств., ‘принесенный, −ое’). Ср. то же восприятие в литовск. nescia (karve) ‘беременная, стельная’ — к nesti ‘нести’, русск. носить (ребенка) ‘быть в положении’.
Значительное количество названий маленького мальчика, ребенка определенного возраста, далее — сына, родственника в некоторых индоевропейских языках объединяется индоевропейским корнем *magh-, *megh-. Сюда относятся: авест. maγava- ‘холостой, неженатый’, кельт. *magus в галл. Magu-rix, ирл. (огамическое) magu, др.-ирл. maug, mug ‘раб’, корнск. maw, брет. тао ‘юноша, слуга’, корнск. ж. p. mowes ‘девушка’, брет. maouez ‘жена’ готск. magus ‘мальчик’, др.-исл. mogr ‘сын’, др. — сакс, magu ‘мальчик’, англосакс. magu ‘дитя, сын’, ‘муж’; готск. ж. р. mawi ‘девочка’, готск. magaps ‘молодая женщина’, нем. Magd ‘девка, служанка’, уменьш. Mädchen ‘девушка’, готск. megs ‘зять, свояк’, др’-сканд. magr ‘родственник по браку’[241]. Эндзелин связывает готск. magus с латышск. mag’s, mag’is ‘маленький’[242]. Этим ограничивается, как обычно полагают, круг относящихся сюда слов, в чем, оче-видно, сказывается недостаточное обобщение материала, уже давно добытого исследованием.
Из сравнений, приводимых выше, систематически выпадают родственные др.-прусск. massais ‘minus’, литовск. mazas ‘маленький’, др.-русск. мѢзиньць русск. мизинец, словенск. mezinec ‘digitus auricularis’, болг. мизинка ‘меньший сын, дочь’, сербск. мљезинац, мезимац ‘младший сын’, чешск. mezenec ‘безымянный палец’, которые приводил еще Ф. Миклошич[243]. Ср. еще белор. мезяны палец ‘мизинец’[244]. К. Нич, говоря о польск. диал. mizynek, вряд ли верно называет первичным значение ‘палец’[245]. Впрочем Э. Леви и М. Фасмер считают возможным сближение русск. мизинец ‘маленький палец’, ‘младший сын’ со слав. *mizo ‘мочиться’: греч. μοιχός ‘прелюбодей’, όμιχειν ‘мочиться’[246]. В. Махек сближает эти слова с укр. мизати польск. u-mizgac, чешск. диал. mizat se ‘льстить’, относя сюда и греч. μοιχός ‘прелюбодей’[247].
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя"
Книги похожие на "История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Олег Трубачев - История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя"
Отзывы читателей о книге "История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя", комментарии и мнения людей о произведении.