Юрий Манов - Тринадцатый апостол

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Тринадцатый апостол"
Описание и краткое содержание "Тринадцатый апостол" читать бесплатно онлайн.
Двенадцать апостолов недалекого будущего.
Двенадцать «судей Дреддов» России, осатаневшей от террористических акций, криминальных войн, преступлений…
Они — одновременно и Закон, и палачи, и единственный — последний! — огонек Порядка в кромешном Хаосе.
Так было — пока среди них не появился Тринадцатый апостол. Единственный, обладающий даром и волей — спасать, защищать и прощать…
Омоновцы отбили семь штурмов и держались трое суток, пока «духи» не подогнали танки. Один из них умудрился поджечь сержант Бондаренко, а вот второй расстрелял школу с остатком взвода практически в упор. После чего «духи» пошли врукопашную. Резня была страшная, но Семенов этого уже не помнил, его контузило взрывом, и в плен он попал, будучи без сознания.
Глава 5
В ЯМЕ
Семенов так и не понял, почему и за что Гурам выбрал именно его. Может, за офицерские погоны? Да, скорее всего.
Их, четверых выживших омоновцев, бросили в яму, где уже «куковали» трое местных ментов. Вид у них был просто ужасный, лупили их ежедневно, по нескольку раз, еды не давали вовсе. Милиционеры всю дорогу отмалчивались, лишь однажды один из них снял с руки часы и протянул Семенову: «Возьми, командир, нам все равно хана». И он выразительно провел рукой по шее.
На следующее утро к ним добавился еще один «сосед» — староста соседнего села. Весь день он просидел в углу ямы, а ночью подполз к Семенову и зашептал: «Я тебя помню, командир, ваш отряд у нас зимой еще стоял. Ты — справедливый, хороший, ты — воин настоящий, не то что эти шакалы. Меня завтра отпустят — братья выкуп собрали. Что хочешь вашим передать?»
Семенов постарался вспомнить старика, но не смог. Сколько их было — сел, деревень, аулов и поселков — за этот год «локального конфликта».
— Что передать? А где они, наши? Что вообще в округе творится, откуда «духов» здесь столько? Мы вроде в мирной зоне были?
— Да, были в мирной зоне, теперь здесь опять война, командир. К «воинам Аллаха» много помощи пришло, наемников много, пуштуны из Афганистана пришли, ваххабиты недобитые. У ваших потерь много, «духи» вашим в тыл ударили.
— Я-то и смотрю, шапки у них какие-то странные. Значит, с Афгана?
— Да, с Афгана, ваххабиты. Злые все, жалости не знают. Говорят о милости Аллаха, а сами с живых людей кожу снимают. Меня сжечь живьем хотели, но люди из села не дали, братья не дали — обещали выкуп собрать. Вам хуже — вас мучить будут. А если местным отдадут — убьют сразу. Вы обычаи нарушили, на свадьбе гостей убили.
— Мы защищались, они первые нашего убили, голову ему отрезали.
— Э-э-э-э-э, кто вас слушать будет? Зачем пошли на свадьбу, зачем людям праздник испортили? Так что вашим передать?
— Так и передай, сидим в яме, все четверо раненых. Бежать отсюда можно? Вот и скажешь — сбежать нельзя.
Старик пожал плечами и отполз в угол. Утром его на самом деле увезли, а днем приехал Гурам.
Семенов даже если бы и захотел, никогда не смог бы забыть этого дня. Гурам, здоровенный бородатый мужик в камуфляже, заглянул к ним в яму. Почему-то он сразу посмотрел именно на Семенова и даже как будто подмигнул. Потом, насвистывая, расстегнул ширинку и стал обстоятельно мочиться на местных милиционеров. Справив малую нужду, гортанно что-то прокричал. Решетку над ямой подняли и омоновцев выволокли наверх. Дулом автомата их подтолкнули в сторону дома, который, видимо, был штабом. На «беседу» заводили по очереди, Квачев и Полянских вышли сами. Бондаренко, всего в крови, выволокли за ноги и бросили в пыль. Семенова позвали последним.
В комнате сидели двое «духов» в зеленых чалмах — «гвардия Пророка». За столом Гурам, опять же насвистывая, возился с видеокамерой. Установив ее на штатив и нажав «пуск», он широко улыбнулся и предложил на чистом русском:
— Ну, давай, командир, садись и рассказывай о своих подвигах. Давай-давай, не стесняйся. Телезвезду из тебя делать будем, весь мир тебя увидит. Курить хочешь? На, держи сигарету и рассказывай. Особо не части, но и не затягивай, нам еще «натуру» снимать.
Семенов присел на табуретку, глубоко затянулся. Неторопливо представился и начал рассказывать. Про зачистку, про свадьбу, про оружие, про Эдиева.
— Э-э-э-э-э, командир, постой, постой. Зачем врешь, да? Какой такой Эдиев-Мудиев, какая голова, какие автоматы? Не было автоматов, с ружей стреляли, да?!! Традиция у народа нашего такая, на свадьбах стрелять. А автоматов не было… Все, кто жив на свадьбе остался, в один голос говорят — вы первые стрелять начали. Давай-ка снова запишем, только всю правду.
Семенов пожал плечами и повторил все, как было.
— Стоп, стоп, командир. Так дело не пойдет. — Гурам выключил камеру, задумчиво почесал нос, подошел к Семенову. — Будь добр, встань на минутку, табуретка понадобилась.
Он бил его долго, но как-то без злобы, словно выполнял утомительную, но необходимую работу. Чувствовалось, что с табуреткой он обращаться умеет мастерски, видно, не впервой.
Семенов очнулся уже на улице, когда на него выплеснули ведро воды. Перед ним на корточках сидел Гурам.
— Что, командир, пришел в себя? Зря ты упрямишься. Вон смотри, боец твой всю правду рассказал. Мы правду любим, мы ему врача привезли.
На пороге дома сидел ефрейтор Квачев, молоденький фельдшер в грязноватом белом халате старательно забинтовывал ему ногу.
— Так как, правду будем говорить или опять тебе свидание с табуреткой устроить?
Семенов сплюнул зубное крошево, утер кровь, с трудом приподнявшись, сел.
— Я все сказал, добавить мне нечего. А этот… боец — Бог ему судья.
— Да, трудный случай, но будем работать, — изрек Гурам. — Ладно, командир, собирайся, поедем на «натурные съемки».
Их всех четверых погрузили на раздолбанную телегу, и унылая кляча потянула ее по дороге.
Вой и плач слышался уже задолго до того, как они подъехали к дому, где проходила свадьба. Гурам подкатил на джипе, и с машины тут же соскочило полдюжины вооруженных боевиков. Они быстро окружили телегу.
— Почетный караул, для вашей же безопасности! — улыбнулся Гурам. — Видите, как мы о вас беспокоимся. Ну, давайте быстрее, а то для кино мало света будет.
Они продирались, как сквозь строй; женщины, и молодые и старухи, с диким воем тянулись к ним скрюченными пальцами, пытались рвать за волосы, ударить палками…
Около самого дома, стены которого были буквально изрешечены пулями и осколками, на столе стояли портреты в траурных рамках. «Больше двадцати, — прикинул Семенов. — Славно мы поработали».
Он уже смирился с тем, что их сейчас убьют, что надежды на спасение никакой. Но страха он не чувствовал. Не было страха. Сожаление, что так рано придется умереть, было. Маму было жалко, сестренку.
— Слышь, старшой, — толкнул его сзади Квачев. — Гляди — американцы! Может, еще выкарабкаемся?
На самом деле — в глубине двора стоял минивэн с буквами «ВВС» на борту. Сексапильная дама в джинсовом комбинезончике позировала перед бородатым верзилой с камерой и бойко тараторила в микрофон на английском.
— Давай, выкарабкивайся, — хохотнул подошедший Гурам. — Ну, воины, зарабатывайте себе жизнь.
Квачеву и Полянских развязали руки. Они старались изо всех сил, подробно рассказали перед камерой, как злые командиры заставляли расстреливать мирную свадьбу, жестикулировали.
Настала очередь Бондаренко. Он мотнул головой, как от удара, и от души прошелся трехэтажным матом прямо в камеру. Гурам ухмыльнулся и, приобняв его за плечи, повел к стене, что-то шепча на ухо.
— Прощай, командир, — только успел крикнуть Бондаренко. — Не поминай лихом, жаль, что…
Гурам не дал ему договорить. Одним движением он выхватил кинжал и перерезал сержанту горло, еле-еле успел отпрыгнуть, чтобы кровь не брызнула ему на куртку.
— Эй, мистер, ноу тиви, это не для съемок! — замахал Гурам рукой оператору, метнувшемуся было к нему с камерой. И, уже подойдя к Семенову, добавил: — Это, лейтенант, для души. Ну, командир, теперь твоя очередь. Что решил? Будешь рассказывать?
— Гнида ты! — сплюнул Семенов.
— Зря ты так, — с обидой в голосе сказал Гурам, пряча кинжал в ножны. — Легкая смерть, достойная настоящего мужчины. Сейчас сам убедишься…
Семенов не любил слабых людей. Но сейчас он не обвинял Квача и Полянских, пытающихся спасти свои жизни, а просто жалел их. Через минуту ему пришлось их пожалеть по-настоящему. Оператор кончил снимать и, забравшись на крышу машины, установил камеру на штатив. Махнул рукой, крикнул: «Реди!» Как по команде боевики, окружавшие Квача и Полянских и сдерживающие толпу голосящих женщин, сделали шаг назад. Толпа ломанулась… Милиционеров буквально растерзали, разорвали на куски, оператор на крыше машины удовлетворенно крякнул.
— Не дергайся, лейтенант, — со смешком сказал Гурам. — Что поделать, народный гнев. Страшная смерть, конечно, но… не люблю слабых людей…
— А меня как убивать будешь?
— Что-нибудь придумаем. Но ты мне пока нужен…
Глава 6
БДЕНИЯ
Будильник завизжал контуженным комаром. Мерзко завизжал. Отечественные часы с будильником — это вам не японские недомерки! Наши — здоровенная такая блямба на запястье, мощные и надежные. Ударь молотком — хоть бы хны, танком переедь, все равно будут пищать и визжать, пока не проснешься. Оборонная техника, хоть что-то мы с космоса поимели!
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Тринадцатый апостол"
Книги похожие на "Тринадцатый апостол" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Юрий Манов - Тринадцатый апостол"
Отзывы читателей о книге "Тринадцатый апостол", комментарии и мнения людей о произведении.