Дмитрий Костюкевич - Этика Райдера
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Этика Райдера"
Описание и краткое содержание "Этика Райдера" читать бесплатно онлайн.
Когда речь заходит о незваных гостях на пороге собственного дома, рука хозяина неизменно будет ближе к выстрелу, чем к рукопожатию. Люди редко жалели врагов, несмотря на то, что сами олицетворяли их худшее воплощение. Они дрались за «своих» и уничтожали «чужих», постоянно тасуя колоды этих понятий. Представьте долгий путь к пониманию неизбежного. Представьте мир, где голова чужака станет валютой, лозунгом, символом, мишенью, надеждой. Представьте мир, где цели диктует превосходство вида.
– Пора, – сказали сверху.
Он подумал, что прибыли врачи и теперь хотят потеснить его от раненого, но это была рука в перчатке из бурой кожи, которая касалась его плеча, словно намекая – отойди, ты сделал всё, что мог. Самого прикосновения он не чувствовал, но видел боковым зрением.
В толпе ахнули.
– Боже! – сдавленно крикнула какая-то женщина.
Антон, не зная, проснулся ли он или продолжает парить на расстоянии мысли от реальности, поднял голову, и ему показалось, что он видит тёмные поля шляпы, блестящие волосы, свисающие лианами, и бледный овал лица. Он посмотрел – отпрянул взглядом от размытой фигуры – вниз и наткнулся на стеклянные глаза и застывший рот.
Мужчина с рваной раной на шее, к которой он прижимал платок, умер.
1.4
Новосибирск
июнь, 2030
Порыв ветра легко подхватил лист бумаги, лежавший на столе, и скинул на пол. Лист был пустой. Антон проводил его взглядом и потянулся за новым. Яркий свет, жара и звуки города вливались в комнату из распахнутых окон. Он взял со стола рваную сигаретную пачку и встал.
С другой стороны дома, куда выходил балкон, оказалось прохладно, сыро и тихо. Удивительный контраст – в одном окне галдит улица, ломится от зноя воздух, в другом – устало шелестит листвой тихий двор, играет свежий ветерок. Антон хрустнул зажигалкой и сделал первый отравленный дымом вдох. Сколько раз он выходил курить на этот балкон? Сто? Тысячу? Уже привык к одному и тому же виду: к потрёпанной детской площадке, к невысоким деревьям с чёрными стволами и к испачканным мусорным бакам за бетонной стенкой. Сегодня машин было мало. Лето, люди разъехались, и двор стоял полупустой. Он прошёлся взглядом по оставшимся автомобилям и остановился на самом знакомом и необычном. Машина стояла здесь уже много лет, всегда на одном месте. Никто не брал её летом загород, не счищал зимой снег, не прогревал по утрам и не открывал капот, чтобы проверить масло. Даже «чистильщики», шарившие по дворам в поисках ржавых рыдванов, её не трогали. А суровый китаец, работавший дворником, обходил стороной, будто боялся этого незнакомого, затаившегося перед быстрым прыжком, приземистого зверя. Может, из уважения к огненному жеребцу на радиаторной решётке?
Много разных машин бывало во дворе, но только перед этой чаще всего останавливались люди, задумчиво курили, отпуская собак, и с долгим печальным вздохом, в который уже раз прощались с легендарной когда-то «Феррари». А заодно и со своей молодостью, улетевшей вслед за тяжёлым временем в циничную и неискреннюю историю. Время брало своё: красный капот стал матовым, потускнел игривый хром на литых дисках, накренился и осел на пустой резине скуластый кузов.
– Зик транзит глория мунди, – Антон вдавил бычок в гору его уродливых сородичей и запихнул зажигалку в мятую пачку.
Внизу раздался шум. Тяжело гудя, во двор въехала пыльная машина с белым, недавно заменённым крылом. Открылась задняя дверь, и на асфальт вывалился переполненный пакет, за ним второй, рваный третий, – и машина рванула прочь. Китаец и рта не успел открыть. Его короткие слова плевками полетели в адрес скрывшихся хулиганов. Приближаясь к мусору осторожными шажками, дворник ощупывал мешки недоверчивым взглядом. Разглядев содержимое, он зашёлся новыми криками. Не разобрав ни слова, Антон присмотрелся и увидел коробки с дисками. По неприличным картинкам он догадался о видео из серии «детям до 16».
Дворник пнул пакеты, осмотрелся, не прекращая ругаться, наклонился, начал с интересом перебирать тонкие коробочки, вертеть в руках. Антон хмыкнул. В этот момент, прохладный воздух приобрёл едва различимый запах приправ и жареного лука, он неожиданно осознал, что страшно голоден.
Дома оказалось пусто – ничего, кроме пива. Антон вышел во двор и, поправив сумку с бумагами и планшетом, двинулся в «Фуджейру» на пельмени.
Ресторанчик держал араб с толстыми пальцами и вытянутым, загорелым лицом. Щетина, чисто выбритая утром, к вечеру заметно отрастала и делала его похожим на террориста. Безупречно вежливый и обходительный, араб никогда не улыбался посетителям, но всегда лично принимал заказ. На чаевые обижался, и часто сам делал подарки, если на тарелках не оставалось еды, а гость вёл себя вежливо. Готовили в кафе вкусно, правда, преимущественно арабские блюда. Из русского – только борщ и пельмешки. И то и другое притягивало Антона своим выразительным арабским акцентом из кумина, шафрана и кардамона. Иногда он брал к пряным пельмешкам тарелку кислого баба гануш.
У «Фуджейры» его встретила растянутая поперёк узкого тротуара лента и мятый потный человек в ярко-жёлтом светоотражающем жилете поверх синей робы.
– А что случилось? – Спросил Антон.
Вместо ответа рабочий показал глазами наверх, где демонтировали старый рекламный щит. В историческом центре началась программа по очистке фасадов от рекламы. Антон прикинул, сколько времени это займёт, заметил укрывшегося в пустом прохладном зале грустного араба и достал сигареты.
Осмотрелся. Предвкушение пельменей опустошило память на ближайшие рестораны. Рядом имелся другой, французский, но там дороговато и неприятно пахнет сыром. Хотелось именно пельмешек. И именно со специями. Вкусные пельмени умели готовить китайцы, но до них надо было идти по тёмному и вонючему переходу под магистральной трассой. А это способно отбить любой аппетит.
На противоположной улице переклеивали покосившийся рекламный щит. Тоже, наверное, исторический. Рабочего подняли на кронштейне, и тот старательно заклеивал плакат «Добро пожаловать на Землю» с большой выцветшей булкой и солонкой в виде глобуса. Он доставал откуда-то снизу большие белые рулоны и клеил поверх старых, постепенно меняя не понятно кому адресованное приветствие на более уместный, но не менее уродливо исполненный призыв отказаться от курения за рулём. В сумке сдавлено пискнул смартфон.
– Чёрт, – прошептал Антон, достал из кармана наушник и воткнул в ухо. – Слушаю.
– Вау! – раздался чей-то возглас. – Ну, надо же!
– Это кто?
– Это я! Ты прикинь! Сотни световых лет! Вот это круто! Вот это технологии! Как рядом стоишь!
– Кхм…
– Ну что, соавтор! Космический привет тебе из другой звёздной системы!
– Галантай?!
– Точно! Он самый! Нет, ну ты представь! Общая теория относительности, говорите? Тысячи световых лет? Вот так надо! Ткнул пальцем и всё! А ты меня видишь?
Антон сказал, что не видит, а сам подумал о французском ресторане. Прикинул, как туда идти, щёлкнул в сторону окурок и, впихнув наушник глубже в ухо, спросил:
– Как там у тебя?
– Круто, чёрт возьми! Жаль ты не видишь, я бы тебе показал столько всего! Тут у них такие технологии. Это что-то! Это надо видеть!
– Разместился, значит?
– Ещё как!
– А что раньше не звонил?
– У нас связь в номере только сейчас сделали. Теперь собственный канал. Раньше через официальный выходили, а сейчас нам свой провели. Это потрясающе! Смотришь новости?
– Ну да.
– Видел меня там?
– Конечно, видел. Молодец, отлично держишься.
– Стараюсь! Слушай, у меня к тебе есть небольшая просьба.
– Выкладывай.
– Знаешь, у меня с женой, с Катюхой не очень хорошо получилось.
И Вадим рассказал драматическую историю про Животина, пресс-секретаря, который должен был лететь вместо него, но попал в аварию. Не справился с управлением и, задев ограждение, влетел в куст. Сработали все системы безопасности, подушки, ремни, шторки и прочее, но малую берцовую кость он всё-таки сломал. С такой травмой его решили оставить на Земле, а в космос послать «молодого и перспективного» Галантая, шедшего номером вторым в списке кандидатов.
И без того головокружительная карьера Вадима взяла новую высоту. Только молодая жена Катя почему-то кривила губки и хмурила лобик. Вадим откупался чем мог, обещал любые подарки, сколько угодно времени «только вдвоем», отдых на всех морях и океанах планеты со всеми подружками и тёщей, но в результате добился лишь снисходительного: «ну ладно, только три месяца и сразу домой». Столько времени срасталась бы сломанная кость Животина, специалиста значительно более опытного и матёрого. К тому же холостяка. Но Галантай не мог удержаться:
– … я тут провёл кампанию, серьёзно напрягся, шепнул кому надо… не хочу уезжать. И, похоже, удастся остаться!
– Да, дружище, попал.
– Тут хорошо, высокотехнологично, а какие командировочные! Но как с Катюхой быть? Обещал вроде.
– Да, сложная ситуация, – с пониманием отозвался Антон.
– Вот-вот, – Вадим вздохнул. – А она девушка независимая, ну ты знаешь.
– А я чем могу помочь?
– Можешь присмотреть?
– Присмотреть?! – Антон остановился перед входом в «Ля Утрэ», что в переводе с уличного французского значило «Устрица».
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Этика Райдера"
Книги похожие на "Этика Райдера" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Дмитрий Костюкевич - Этика Райдера"
Отзывы читателей о книге "Этика Райдера", комментарии и мнения людей о произведении.