Полина Федорова - Достойна счастья

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Достойна счастья"
Описание и краткое содержание "Достойна счастья" читать бесплатно онлайн.
Дочь коменданта крепости на окраине Российской империи Лизонька мечтает о любви с настоящим героем. И мечта сбывается — в их городе и в их доме появляется Федор Дивов, которого сослали в Архангельск за участие в декабрьских событиях 1825 года. Вспыхнувшее между молодыми людьми чувство было взаимным, но вместо свадьбы судьба уготовила им тяжкие испытания. Лишь несколько слов — «я буду любить тебя» — стали для Лизы светлым маяком, указывающим истинный путь к единственно возможному настоящему счастью. Слова, за которые можно простить все.
— Лиза, любимая, прости… Прости меня… — Он взял ее прохладные ладони в свои горячие руки и стал покрывать поцелуями.
— Оставь… Все зря. — Она уткнулась в его плечо и заплакала.
— Дорогая, прошу, не плачь, — чувствуя себя последней скотиной, взмолился Федор. — Я причинил тебе боль…
— Разве это боль? Вот здесь всего больнее. — Она взяла его руку и приложила к своей груди.
Федор обнял ее за плечи, прижал к себе и стал тихонько покачивать. Так в былые времена делала его матушка, когда ее озорники-сыновья прибегали с разбитыми носами и коленками. Еще матушка всегда шептала что-то успокаивающее, но Федор не мог сейчас найти ни одного слова утешения и не смел дать ни одного обещания. Он с ужасом поймал себя на желании уйти. Встать и уйти, оказаться как можно дальше от этих слез, от измятого мукой лица, потому что виновником слез и муки был он — Федор Дивов, человек чести. Он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Будто прочитав его мысли, Лиза отстранилась.
— Тебе пора. Скоро рассвет, — чуть дрожащим голосом произнесла она.
— Да, но… — начал было Федор.
— Прошу тебя, иди, — прервала она его. — Будет худо, если тебя здесь застанут.
— Лиза, я не ведаю, что будет со мной в будущем, останусь ли я жив, или погибну, получу помилование или нет. Я не могу предложить тебе разделить со мной злосчастный мой жребий.
— Я знаю. И ничего не прошу. Ступай.
Лиза обняла Федора, сама прикоснулась к его губам.
— А теперь иди.
Федор поднялся со скамьи, еще раз поцеловал ее руки.
— Прощай, любимая. Я дам о себе знать.
Лиза молча кивнула. Он направился к стене, несколько раз оглянулся назад. Но лица Лизы уже не было видно, только неясный силуэт, вдруг слившийся с сумраком сада. Федор перелез через ограду и зашагал по улице. И чем дальше он отдалялся от Лизы, тем менее ощутимым становился груз случившегося, который по возвращении в казарму и вовсе стал не грузом, а так, некой пушинкой, подобно той, что легла во время пути на плечо его мундира. Дивов глубоко вдохнул, выдохнул и одним щелчком спорхнул пушинку со своего плеча.
8
Лиза смотрела в ласковые глаза отца, так похожие на ее собственные, и никак не могла подобрать нужные слова. Отчаяние и леденящий ужас накатывали на нее волной за волной, внутри все сжималось и скручивалось в тугой узел, как только она пыталась открыть рот и произнести то, что намеревалась. А сделать это было необходимо, потому как самой ей со всем этим справиться не было никакой возможности. Разве только руки на себя наложить.
— Что с тобой, душа моя? Какую неделю сама не своя ходишь. Бледненькая какая-то, кушаешь плохо. Уж не приболела ли? — вывел ее из задумчивости голос отца. — Так мы сей момент лекаря пригласим.
— Нет, папенька, не нужно. Я… совершенно здорова, — с трудом выдавила из себя Лиза и почувствовала, как начали пунцоветь ее щеки. Конечно, состояние ее болезнью назвать ни в коей мере не можно, но и обычным для незамужней девицы таковое не являлось.
— Что ж не весела, птаха моя? — озабоченно посмотрел на дочь Петр Иванович. — А коли хочешь, езжай с Ольгой Самсоновной на мызу, отдохнешь в тиши от шуму гарнизонного. Сейчас время самое подходящее — июль — макушка лета.
Генерал мечтательно прикрыл глаза, вспоминая душистый запах трав и цветов, мерное гудение пчел, золотистый, прозрачный, тягучий как только что выгнанный мед, июльский полдень на мызе, небольшой ферме, что приобрел он лет пять назад недалеко от Архангельска.
— Ба-а-атюшка, — дрожащим голосом произнесла Лиза. Попыталась подавить подступавшие к голосу рыдания, но попытки эти не увенчались успехом, и она залилась горькими слезами.
— Лизанька, ангел мой… — испугавшись сего водопада, Петр Иванович приподнялся было в кресле, но дочь одним движением опустилась у его ног, склонила золотистую голову.
— Простите меня, батюшка, — всхлипнула она, схватила отцовские руки и уткнулась в них лицом. — Простите…
— Да что за беда приключилась-то? — опешил от такого напора Петр Иванович.
— Не к кому мне идти более, кроме вас…
— Да будешь ты говорить толком или нет, — начиная раздражаться от неясности ситуации и недоброго предчувствия, произнес отец.
— Я… у меня… батюшка, у меня будет… ребенок.
— Что? Что ты сказала? — не веря своим ушам, оторопел Тормасов.
Впрочем, Лиза сама до сих пор не могла осознать реальности происходящего. Будучи совершенно не осведомленной по поводу сего деликатного предмета, не она, а Наталия первая забила тревогу. Верная наперсница и служанка, будучи особой любопытной и «страсть как любившей послушать амурные истории», наслышана была и о последствиях оных. Именно Наталия приметила и утренние недомогания хозяйки, и отсутствие в положенные дни неких процессов, кои должны происходить в организме женщины каждый месяц. Связать это все с ночным рандеву в саду не составило для нее труда, тем более что после этого свидания Лиза, смущенно пряча глаза, сунула ей в руки свои нижние юбки и попросила хорошенько отстирать. Расстроенное лицо и крепко сжатые губы хозяйки удержали Наташу от расспросов, да и о чем было спрашивать, когда и так все было ясно как Божий день.
Месяца через полтора после отъезда Дивова Наташа решилась и робко поведала Лизе о своих подозрениях. Та, измученная подступавшей к горлу тошнотой, лежала на кровати и хотела только одного — чтобы все оставили ее в покое. Она мучительно переживала разлуку с Федором, с трепетом и усиливающейся тревогой каждый почтовый день ждала от него весточки, но неделя шла за неделей, а письмо от любимого так и не приходило. Тут еще привязалось странное недомогание: тошнота по утрам, по любому пустяку слезы подступают к горлу. Как дальше жить? Уловив в Наташиных рассуждениях слово «ребенок», Лиза испытала странное состояние, как будто кто-то столкнул ее в бездонную пропасть. Она словно полетела в чернеющую пустоту, и сердце, того и гляди, готово было разорваться от страха. Но смотри ты! Минута, две, три проходят, а она все не разбивается вдребезги, летит и летит, каждую секунду ожидая смерти.
— Еще месяц-другой, барышня, ничего заметно не будет, да и фасоны нынешние талью скрывают, но все равно шила в мешке не утаишь, — подвела итог Наташа.
— Какое шило, какой мешок? — растерянно переспросила Лиза. — Боже ты мой! Что мне делать-то?!
— Ох, барышня, не иначе одно — кинуться батюшке в ноги и признаться.
Лиза устало прикрыла глаза. Ребенок. У нее будет ребенок. Почему будет? Он или она и сейчас уже существует. Здесь, в ней. Лиза прижала руки к животу, попыталась представить себе крошечную жизнь внутри нее, но не получилось. Волной накатило леденящее отчаяние. Вестей от Федора нет и скорее всего не будет. Как все это могло случиться? Она же хотела только проститься, но увидела его, услышала мольбу в его голосе и не нашла в себе силы отказать. Все произошедшее тогда она помнила плохо, как дурной сон, который с трудом вспоминается утром. Торопливые объятия, жесткая, холодная скамья, боль, смутно виднеющийся в темноте силуэт. Уже тогда Лиза чувствовала, что видит его в последний раз, а когда он мимоходом бросил: «Я дам о себе знать», — ухватилась за обещание, как утопающий за соломинку, тешила себя им, успокаивала…
— Что? Что ты сказала?! — прогремел над ухом голос отца.
— Не гневайтесь, батюшка, прошу вас, — взмолилась Лиза.
— Повтори, что сказала! — Тормасов ухватил дочь за подбородок, резко приподнял ей голову.
— У меня… будет ребенок, — проговорила она, избегая его взгляда.
Рука отца вздрогнула. В комнате нависла зловещая тишина.
— Кто? — хрипло спросил Тормасов.
— Что «кто»? — не поняла Лиза.
— Не увиливай, бесстыдница. Кто он? Браузе?
Лиза с ужасом увидела, как наливаются кровью лицо и глаза отца.
— Нет, батюшка, прошу вас, нет! — испугалась Лиза.
— Тогда кто? Говори!
— Его здесь уже нет, — всхлипнула она.
— Нет? Нет…
Лизе показалось, что она почти видит, как в голове батюшки одна за другой проносятся мысли, и, когда он утвердительно произнес: «Дивов» — она в ужасе зажмурила глаза. Петр Иванович резко поднялся с кресла, стремительно бросился к столу, зашуршал бумагами. До Лизы доносилось разгневанное бормотание: «Стервец, паскудник… Пристрелить негодяя… Ничего! Я заставлю… Я потре…» Вдруг Тормасов судорожно вздохнул, потом еще и еще раз, и Лиза увидела, как он медленно стал заваливаться на бок.
— Батюшка! — вскрикнула она, путаясь в юбках, поднялась с пола и бросилась к отцу. — Помогите! Филиппыч! Наташка! Пошлите за доктором!
На Лизин крик сбежалась прорва народу, все толкались, бестолково суетились вокруг Тормасова, кто-то прыскал в лицо водой, кто-то искал нюхательную соль. Наконец, Петра Ивановича уложили на широком турецком диване и замерли в ожидании гарнизонного врача, который не замедлил явиться, так как его квартира располагалась в двух шагах от комендантского дома. Доктор Иван Францевич Гринберг, сухонький невысокий человечек годов сорока, действовал решительно и быстро — выставил всех из кабинета, кроме камердинера Филиппыча, и начал осмотр. Лиза оказалась в числе выставленных. Ее била крупная дрожь, и она никак не могла унять бежавшие по щекам слезы.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Достойна счастья"
Книги похожие на "Достойна счастья" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Полина Федорова - Достойна счастья"
Отзывы читателей о книге "Достойна счастья", комментарии и мнения людей о произведении.