Владимир Семичастный - Беспокойное сердце

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Беспокойное сердце"
Описание и краткое содержание "Беспокойное сердце" читать бесплатно онлайн.
Свои воспоминания В.Е.Семичастный частично написал, частично надиктовал незадолго до своей кончины.
Человек цельный, убежденный, бескомпромиссный, он попытался осмыслить в них и собственную жизнь, и историю страны, которой около полувека служил верой и правдой.
Книга откроет читателю немало любопытного о методах и стиле работы высших органов Советского государства, КПСС и Комитета Государственной Безопасности.
В ней содержатся яркие характеристики политических деятелей СССР (Н.С.Хрущева, Л.М.Кагановича, Л.И.Брежнева, Ю.В.Андропова, А.Н.Шелепина) и выдающихся советских разведчиков (Р.И.Абеля и К.Т.Молодого), а также интересные подробности о Карибском кризисе 1962 года, о нашумевшем «деле Пеньковского», о побеге за границу дочери Сталина Светланы Аллилуевой и многом другом.
В конце концов выяснили, что эти женщины были доведены мужчинами и семьей до такого состояния, что вынуждены были пойти на такую страшную смерть. Причины? Одна пошла самовольно на комсомольское собрание, другая случайно перекинулась парой слов с незнакомым мужчиной, а увидел это то ли родственник, то ли сам муж, и этого было достаточно, чтобы началась травля, и вот уже женщина доведена до состояния, когда смерть — единственный выход.
А ведь все хозяйственные хлопоты — на плечах женщин. Приезжаешь на хлопковое поле — одни женщины убирают. На хирман — ток, где перерабатывают собранный хлопок, взвешивают, оприходуют, потом грузят и отправляют на приемные пункты, — женщины приходят порой с детьми. Их привязывают к спине и таким образом собирают хлопок или работают на хирмане. Кое-где детей отводят в халупку — не убранную, не обустроенную, без игрушек, где малыши в земле копаются под присмотром дряхлой старушки.
А рядом чайхана с самоваром в рост человека, у которого сидит краснощекий мужик-чайханщик. Туда женщины не заходят, чай пьют только мужчины, которые руководят. А председатель колхоза — женщина, Герой Социалистического Труда.
— Как же вам не стыдно? — обращаюсь я к ней. — Вы что, не можете обустроить этих малышей, позаботиться о женщинах?
— Да вот, понимаете, я обещала…
— А обещала, почему же не сделала? А ну-ка в машину ко мне секретаря райкома, предрайисполкома! Поедем в Карабахский район.
А у армян в этом отношении было все организовано идеально. У них в доме для детей хозяйничают две молодицы, прямо кровь с молоком: белые передники, голубые платья, косынки. Чистые кроватки стоят на воздухе — все под белоснежной марлей. В доме игрушек полно. Две коровы прикрепили, чтобы молоко ребятишкам было свежее и без перебоев.
Для азербайджанцев ехать и учиться у армян — самое страшное наказание. И вот поездили, посмотрели.
— Как же так: там — Советский Союз и здесь — Советский Союз. Там — Азербайджанская республика и здесь — она же. Ну как не стыдно вам, азербайджанцам, так «хозяйничать» у себя в республике?
И вот только так можно было достучаться. Не просто отругать, а показать, ткнуть носом и пристыдить: «Смотрите, учитесь и исправляйте положение… А мы проверим».
Мусульманская религия наложила отпечаток на все стороны жизни азербайджанцев, в том числе и на отношение к женщине.
Правда, с другой стороны, мусульманам не разрешено пить. Вот что мне нравилось у них, так это то, что пьяных в деревне вы не увидите! Там есть ларьки, где вся стена уставлена бутылками с коньяком, водкой, вином, — так и стоит, покрыта пылью, — не берут.
Часто ездил я по колхозам. Причем не успеешь еще приехать, а у райкома партии уже ждут двадцать, тридцать человек, потому что они по номерам машины знают: приехало начальство. Беспроволочный телеграф быстро работает. Жалобщики.
Со мной всегда ездил помощник, который предварительно прослушивал и отбирал мне человек десять. Их принимаешь, а остальным объясняешь, что, если я всех буду принимать, не увижу колхоза, школы или фабрики, а значит, не смогу им конкретно помочь.
Но жалобщики очень настырные и беспардонные. Иногда принимал людей вместе с первым секретарем или предрайисполкома. Я принимаю, а они сидят рядом. И вот жалобщик начинает:
— Первый секретарь — это фашист.
Тот молчит. Я возмущаюсь:
— Ты хоть возрази. Тебя фашистом обзывают — страшнее быть не может, а ты молчишь!
— Не хочу перебивать. Да и что я буду с ними связываться? И потом — он по возрасту старше меня.
День приема в ЦК партии. Принимают все секретари в один день после обеда, с двух часов дня и до шести вечера. У меня забита приемная, человек сто, у других секретарей — никого. Причем мы с помощником всегда брали из отдела двух-трех человек, которые разбирались, кто пришел и по каким вопросам. Выхожу из кабинета и говорю:
— Половина собравшихся, пришедших из сельской местности, из колхозов, должны идти к Мирзоеву, секретарю по сельскому хозяйству, такие-то — к Алиханову, секретарю по промышленности, такие-то — к Назыму Гаджиеву — по вопросам идеологии.
— Нет, ты русский, ты приехал из Москвы, тебя прислал Хрущев, и ты по-правильному разберешься. А они все берут взятки, и они такие-сякие.
— Но я же вас всех не смогу принять.
— А на каком основании? Я пришел к тебе на прием, а принимает меня твой помощник?
— А ну-ка, давай, ты на мое место сядь и попробуй-ка всех принять подряд. Сколько я дней вас буду принимать? На то они и мои помощники, работают по моему поручению, изучают важность вопроса. Вы, два соседа, поругались, а я должен в это вникать, в то время как вам нужно прежде всего обратиться в милицию. Вот помощник мой вам и подскажет.
Тогда они переменили тактику. Выходишь из дома (обычно я ходил на работу пешком, так как жил недалеко от здания ЦК партии) — уже около дома разостлан ковер и сидят на нем Человек пять-шесть, ожидают моего выхода, чтобы сопровождать и по дороге проситься на прием. И потому я был вынужден или на машине ехать, или милицейский пост поставить, чтобы избавиться от назойливых просителей. Жил я в Баку в цековском доме, расположенном в Ереванском переулке. В нем тогда жили все работники ЦК партии. Это был обыкновенный, ничем не примечательный, не очень благоустроенный дом. Вот после меня они, говорят, там настроили даже слишком роскошные дома. Но это было уже дело рук Елистратова и других руководителей.
Конечно, азербайджанцы в самом Баку — это прежде всего рабочие-нефтяники, работяги хорошие, а вот в деревне — работают одни женщины. Мужчины шаляй-валяй, не очень напрягаются, не очень утруждают себя работой. Вот поторговать, овец попасти, шашлык смастерить — это они умеют и делают с охотой.
Вместе с тем азербайджанцы много преуспели в науке. Среди них немало ученых, и по количеству кандидатов и докторов наук, научных сотрудников они не уступали — а если уступали, то чуть-чуть — армянам и грузинам, и имели очень высокий процент образованных людей.
Отдыхать ездили в Шушу — небольшой курортный городок, расположенный в горной части Нагорного Карабаха. Даже руководство республики вывозило туда свои семьи на лето. Там прекрасный воздух и удивительная прохлада, благодаря которой легко переносится летняя жара, гораздо лучше, чем в равнинной части Азербайджана, особенно в степях и в самом Баку.
И вот приезжаю туда первый раз — в городе не дома, а развалины. Что такое? В чем дело? И в то же время там чуть ли не двенадцать или четырнадцать санаториев и домов отдыха, а население-то всего десять или двенадцать тысяч человек. Я походил, посмотрел.
Вернувшись в Баку, я после Бюро спрашиваю, почему Шуша в таком состоянии и за такой длительный период не приведена в порядок. Ахундов, не моргнув глазом, говорит, что много раз писали письма, просили помочь.
— Кому писали? Вы могли бы мне найти все копии: кому писали, когда?
Ничего мне, конечно, не нашли, потому что не писали. Выяснил я, что эти развалины — следы старой резни — оставлены в назидание потомкам.
Я говорю:
— У меня такое впечатление, что вы оставляете все это из поколения в поколение для устрашения армян. А как иначе понимать? Стоит стена неразобранная, уже заросшая, ничего не выровнено: там обрыв, там яма. Неужели все это сложно привести в порядок? Да если бы мы сами выделяли ежегодно хотя бы некоторую сумму денег, то давно навели бы порядок.
И в самом Нагорном Карабахе неоднократно возникали вопросы, связанные с национальным противостоянием.
Не раз я бывал в Нагорном Карабахе. Запомнился один из приездов на областную партийную конференцию. Там незадолго до этого построили на центральной площади новое красивое здание обкома партии и облисполкома Не успел я подъехать, как ко мне подходит пожилой армянин, частный домик которого стоял на этом месте и которого долго уговаривали, чтобы он позволил его снести.
Мужчина долго жаловался мне, как его ущемили.
— Тебе не нравится это здание?
— Да нет, но почему я должен был лишиться своего дома?
— Так тебе же выплатили всю его стоимость с лихвой.
— А мне нужна еще квартира — для дочери.
Уж выжать — так до конца…
Они хотели самостоятельности, но чтобы все вопросы за них в Баку решались.
На областной партийной конференции Нагорного Карабаха собрались около 600 делегатов.
Чувствую, обстановка недобрая. На трибуне председатель отделения Союза писателей Абрамян. Мне сказали, что обычно он выступает только на армянском языке, но здесь говорил на чистом русском. Потом я понял почему — он претензии излагал. Ну и, конечно, нанизал мне штук 12–15 всяких вопросов по поводу того, как Азербайджан зажимает Карабах, не дает ему развиваться и не решает вопросы и как они в Карабахе поэтому плохо живут…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Беспокойное сердце"
Книги похожие на "Беспокойное сердце" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Владимир Семичастный - Беспокойное сердце"
Отзывы читателей о книге "Беспокойное сердце", комментарии и мнения людей о произведении.