Людмила Матвеева - Ступеньки, нагретые солнцем

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Ступеньки, нагретые солнцем"
Описание и краткое содержание "Ступеньки, нагретые солнцем" читать бесплатно онлайн.
«Почему люди сидят на скамейках, на стульях? На крыльце в сто раз удобнее! Сам садишься на верхнюю ступеньку, ноги ставишь не на следующую, а через одну. И сидишь — думаешь. Солнышко греет ступеньки и тебя…»
Тимка, главный герой повести Людмилы Матвеевой, любит сидеть на ступеньках, нагретых солнцем, любит мечтать и размышлять обо всем на свете. Он учится в пятом классе, снимает кино и видит странные сны. Тимка сильно влюблен и знает, кто самая лучшая девочка в классе. А если ты влюблен, поход в кино превращает обычный день в самый счастливый день в жизни, любая ее фраза отзывается в сердце тихим таинственным звоном… А с вами так бывало? Но как стать сильным и признаться в этом? Это так непросто для тихого и задумчивого Тимки!..
Тогда, давно, до войны, Любе казалось, что она не может жить без Лёвы Соловьёва. Все могут, Валя может, а она не может. Так почему же он выбрал Валю! Это несправедливо! И не Лёва виноват в этой несправедливости. Виновата Валя.
Теперь Лёва с бабушкой в эвакуации. Валя выходит во двор, и по-прежнему она всегда заметна. Не играет со всеми — заметно: все играют, а Валя — нет. Начнёт играть — всё равно заметно: это играют все, а это — Валя. С этим ничего нельзя поделать. Коварство и хитрость разоблачить трудно, но все-таки можно. Нельзя разоблачить красоту…
Вот Валя стоит возле стены — мягкие косы, длинные ресницы, сияние в глазах. Все играют в снежки, а Валя стоит и не играет. Ногой в маленьком чёрном валенке разрывает, раскидывает снег возле стены. Она красиво и задумчиво воротит его. Люба готова спорить на что угодно, что никакой задумчивости нет — о чём ей думать-то? Но вид лирический, немного печальный. И печаль ей к лицу.
Валина нога кажется особенно ладной в аккуратном валеночке. Вдруг Валя наклоняется и поднимает с земли липок бумаги, свёрнутый квадратиком. Он лежал, припорошённый снегом. Люба в ту же секунду поняла, что это записка. Та самая. Она упала из ящика ночью, её отнесло ветром сюда, к забору.
Люба кинулась к Вале:
— Это моё! Дай!
А Валя легко и красиво отвела руку:
— Откуда ты знаешь, что это тебе? Это записка.
И Валя развернула и читает вслух, а все стоят и слушают.
— «Ты самая лучшая девочка на всей земле».
Прочла своим красивым звонким голосом и смеётся:
— А ты, Любка, говоришь, что тебе. Я же сразу сказала, что не тебе эта записка.
— А я говорю — моя! — кричит Люба и тянется за запиской. Ей в этот момент кажется, что если записка окажется в её руках, то все как бы встанет на свои места: Славка написал ей такие прекрасные слова, ей, Любе. Ей всего двенадцать лет, а Вале — четырнадцать. Ну и что? Разве нельзя, чтобы в твои двенадцать лет хоть кто-нибудь считал тебя лучшей девочкой на всей земле?
— Люба, — певучим голосом, нарочно певучим, чтобы было насмешливо, уговаривает Валя, — ну почему ты решила, что это написано тебе? Да и кто тебе мог это написать? — Она специально делает нажим на слово «тебе». — Тебе, такой маленькой, некрасивой, тощей, в пальто до пупа, в растоптанных, сто раз подшитых валенках. Ты не доросла еще до таких слов.
— Моя, я знаю! Я, честное слово, знаю, — твердит Люба, но никак не дотянется до записки. А все смотрят, а Коляня смеется. И Люба сама слышит, как неубедительно звучат ее слова. Слова вдруг потеряли окраску: серые, вялые, плоские. Нет душевных сил вдохнуть в них жизнь.
Люба оборачивается к Славке. Только он может сказать два слова, и все поверят, и перестанут смеяться. Она молча, глазами просит:
«Славка! Скажи им!»
Славка опускает глаза и молчит. Славка молчит! Люба смотрит на него, даже подалась к нему, а он молчит. Он наклонился, слепил крепкий, совершенно круглый снежок и со всего размаха залепил его в стену рядом с Валей.
Валя отстранилась, хотя прекрасно знает, что никто не кинет в неё, в Валю, таким крепким, как лёд, снежком. В кого-нибудь другого кинут, тому, другому, ничего не сделается — потрёт ушибленное место, поморщится — и всё. Но в Валю — нет.
Она, смеясь, сделала вид, что испугалась, сказала:
— Ну прямо снаряд… Слава, а может быть, это ты написал?
Она держит записку двумя пальцами, отстранив от себя, с таким выражением лица, как будто записка грязная или мокрая. Потом наступил такой момент, когда Люба могла бы выхватить записку, но это уже не имело никакого смысла. После Славкиного молчания — не имело.
С последней надеждой — на Славку, прямо в глаза: «Славка! Ну что же ты?»
— Да ладно вам! — вдруг зло говорит Славка. — Играем мы или нет?
И снова слепил снежок, и снопа влепил в стену, осталась на стене снежная пришлёпка.
— Играем! — орёт дурным голосом Коляня.
Какое дело Коляне до всех этих глупостей записки, не записки. Что он, девчонка, что ли?
И с гиканьем понёсся по длинному двору. И Перс, и Славка. Славка, как всегда, быстрее всех.
А Любка уходит домой. И слышит, как за её спиной хохочет Валя.
И Перс, так и не разобравшись, что к чему, кричит:
— Давайте лучше в салочки! Чур, не я!
Люба дома плачет, диванная подушка промокла почти насквозь. Мама пришла, увидела заплаканную Любу и побледнела. Спросила белыми губами:
— Что? Что?
Люба мгновенно поняла, какая ужасная мысль ей пришла, приблизилась к маме. Поняла и заторопилась, чтобы поскорее прогнать эту мысль, и саму тень её, и саму возможность такой мысли и такой чудовищной догадки.
— Ничего не случилось, мама. Совсем ничего. Просто один мальчик залепил мне снежком в спину. И не больно, мам, ну нисколько не больно. Просто обидно. — И Люба всхлипнула.
— Когда же ты вырастешь? — Мама села на стул прямо в пальто и вдруг тоже заплакала. Так они плакали в тот вечер, каждая о своём.
Не бойтесь, Галина Ивановна!
В этот мартовский вечер Галина Ивановна поздно возвращалась из школы: был педагогический совет.
Галина Ивановна шла по бульвару с красивым, немного сказочным названием Звёздный. Навстречу шли люди — просто гуляющие и гуляющие с собаками. Собаки были самые разные — очень большие и очень маленькие, гладкие и кудрявые. Была даже одна собака в клетчатом комбинезоне со специальной дырочкой для хвоста.
В стороне высокая гора, и там кричат ребята. В предвесеннем воздухе особенно звонко звучат голоса:
— Эй, лыжник! Отойди, пропусти на санках!..
— Боишься? Не бойся! Не бойся!..
— Леночка! Леночка! Осторожно! Упадёшь!.. Так и есть! Упала! Что же ты смеёшься? Отряхнись!..
— С дороги, куриные ноги!..
Крик радости, полного счастья, напористый крик — он рвется из ребят вечером на горке. Для прохожих эта горка — место, которое надо поскорее обойти, чтобы не стукнули по ногам или по хозяйственной сумке разогнавшиеся санки; чтобы не ткнули ненароком в бок лыжной палкой; чтобы не заломило в голове от шума и мелькания несущихся вниз и вверх мальчишек и девочек.
Для ребят горка — место радости, смелости, риска. Кто ты такой? Трусишь? Жмёшься в сторонке? Несешься сломя голову? Уступаешь всем дорогу? Или тебе все уступают? Разные характеры, разные люди.
— С дороги, куриные ноги!..
Скоро весна. Совсем особенно пахнет воздух. Наверное, это один из последних вечеров на горке. Скоро она потемнеет, снег станет некрасивым, грязным — и растает. И все эти мальчишки и девчонки будут проходить мимо, не глядя в сторону горки.
Галина Ивановна садится на скамейку. Ей некуда спешить: дома её никто не ждёт, Галина Ивановна живёт одна. Она сидит, с удовольствием вдыхает чистый воздух. Воздух холодный, а пахнет весной.
Рядом садится старушка, она держит на поводке белую кудрявую болонку.
— Бэби хочет побегать? — наклоняется старушка к болонке. — Бэби не будет выходить на проезжую часть? Не будет подходить к бульдогу? Не будет убегать далеко?
Старушка отцепляет поводок, Бэби радостно несётся по дорожке.
— Отдыхаете? — спрашивает старушка Галину Ивановну. — Сейчас все такие переутомлённые.
— Да, вот сижу.
— А вам шум не мешает?
— Какой шум? Ах, этот? Нет, я не реагирую. Привыкла.
— На заводе, наверное, работаете? В шумном цехе?
— В горячем цехе, — отвечает Галина Ивановна.
— Что вы говорите! Вредное производство? Вы такая хорошенькая…
— Ну что вы, — смущается Галина Ивановна. — Я люблю свою работу. Конечно, у меня не всё получается.
— Простите… Я не вижу Бэби. Бэби! — Старушка зовёт, волнуется, а Бэби ввязался в драку с двумя большими собаками.
Старушка убегает разнимать, а Галина Ивановна остается одна. Ей хочется в этот синий вечер посидеть, подумать.
Директор Вячеслав Александрович на педсовете, как всегда, говорил о каждом классе. И Галина Ивановна волновалась, ожидая, когда он начнёт говорить об её пятом «Б». Перед Вячеславом Александровичем Галина Ивановна всегда робеет, как ученица перед учителем. И сама себя за это ругает. Она напоминает себе, что она взрослый человек, педагог. Она окончила педагогический институт с отличием. И работала в ПТУ. Она справлялась с работой, добросовестно относилась к своим обязанностям так написано и характеристике. Почему же, когда она встречает директора Вячеслава Александровича, она смущается, как будто в чём-то виновата?
На педсовете Галина Ивановна села у самой двери, подальше от стола Вячеслава Александровича. И тут же сама себе сказала: «Могла бы сесть поближе, нечего бояться».
Шёл педсовет. Завуч Роза Семёновна читала сводку успеваемости. Высказывались учителя. О хороших учениках говорили немного, с ними и так, без разговоров, было всё в порядке. Говорили о слабых учениках много и подробно. О том, что им надо подтянуться, что с плохими оценками пора кончать, что многие учащиеся учатся ниже своих возможностей.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Ступеньки, нагретые солнцем"
Книги похожие на "Ступеньки, нагретые солнцем" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Людмила Матвеева - Ступеньки, нагретые солнцем"
Отзывы читателей о книге "Ступеньки, нагретые солнцем", комментарии и мнения людей о произведении.