Светлана Ягупова - Твой образ (сборник)

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Твой образ (сборник)"
Описание и краткое содержание "Твой образ (сборник)" читать бесплатно онлайн.
В книгу украинской писательницы вошли три повести, написанные в жанре социально-психологической фантастики. Внимание автора направлено на земной духовный космос. Обыденная реальность замешивается на фантастике не с развлекательной целью и не с замыслом чем-то изумить читателя, а для того, чтобы заново взглянуть на вечные ценности и проблемы нравственности.
— Пойду встречу. — Котельников ушел.
Во двор шумно выбежали Ирина и Майя. За ними, что-то мурлыча, плелся Манжуров.
— Куда это все разбежались? — Майя притянула к себе Тошу. — Да что с тобой?
Обхватив себя скрещенными руками, Тоша тряслась в нервном ознобе.
Вернулся Котельников, взъерошенный, растерянный. Подошел к компании и неестественно громко сказал:
— Ребята, тут вот что, только не паниковать. Словом, тетка у магазина сказала, что недавно кого-то сбила машина.
— Ну и что? — беспечно повела плечами Ирина. — За день уйма происшествий.
Котельников молча подошел к Тоше, взял под руку, и ноги ее ватно провалились в пустоту.
Потом Манжуров обзванивал больницы. Из областной клиники ответил молоденький, почти веселый голосок дежурной, что да, около часа назад на одной из центральных улиц «рафик» сбил мужчину лет двадцати пяти — тридцати. На этом же «рафике» пострадавшего доставили в реанимационное отделение. Кто-то из персонала узнал в раненом ученика профессора Косовского, Его срочно вызвали в клинику, и сейчас идет операция. Положение больного тяжелое. Возможен летальный исход.
2
Профессор Косовский сидел, запершись в своем кабинете, и перечитывал два эпикриза. Первый констатировал смерть некоего Бородулина Ивана Игнатьевича, тридцати пяти лет, умершего вследствие черепно-мозговой травмы. Это был несчастный и трагикомичный случай. Жена Бородулина попросила его достать с антресолей вязальный аппарат. Ножка табуретки, на которую влез Бородулин, надломилась, и он упал. Высота мизерная, и все бы ничего, если бы аппарат не свалился на него и не проломил левую височную кость.
Второй эпикриз сообщал о гибели Некторова Виталия Алексеевича, двадцати восьми лет, сбитого машиной. Пролом грудной клетки, тяжелое ранение тазовых органов.
Оба пострадавших были одовременно доставлены в реанимационное отделение и скончались в один и тот же час с интервалом в одну минуту. Все попытки спасти того и другого оказались тщетны. Но аппараты искусственного кровообращения не отключили и после того, как раненые умерли. Косовский, однако, не заметил этого. Нелепая гибель любимого ученика потрясла его, и когда Петельков шепнул ему на ухо: «Михаил Петрович, может, попробуем?» — он взглянул на него, как на сумасшедшего. Петельков выдержал взгляд.
— Последняя надежда, — сказал он. — Биологические индивидуальности одинаковы.
Косовский оцепенел. Он еще не успел принять решения, как что-то уже сработало в нем, и он машинально спросил:
— Изоантигенная карта готова?
— Конечно.
— Группа крови?
— Вторая.
— У того и у другого?
— Разумеется.
— Резус?
— Положительный.
— Лейкоцитарные антигены?
— А I, 2, 7, 15.
— Все совпало? — не поверил он. И лишь тогда понял — это единственный шанс. Коротко приказал: — На стол!
Седьмой день его кабинет осаждают репортеры из Киева и Москвы, а он решительно избегает всяких интервью и не перестает удивляться иронии судьбы, сделавшей именно Некторова пациентом нейрохирургического отделения.
Опять настойчивый стук в дверь:
— Доктор, откройте! Минутное интервью — всего два вопроса! Согласен выслушать и за порогом. Вопрос первый: о чем вы думали, приступая к операции? Вопрос второй: каково будущее пациента?
Ну о чем думаешь, когда от тебя зависит человеческая жизнь? А тут еще жизнь дорогого тебе человека. В такой ситуации не до размышлений. Тут превращаешься в комок нервов, сосредоточиваешь всю свою энергию на одном — спасти! Позже от этих бесконечно растянутых, напряженнейших часов остаются лишь смутные воспоминания о тревоге, тоске перед возможной потерей, о заливающем глаза поте со лба и полуавтоматических командах: «Салфетка! Зажим! Скальпель!» Мысль легче передать словами, а чувству в оболочке слов всегда тесновато. Но как объяснишь это корреспондентам? Они наверняка считают, что у тебя эмоции атрофированы. Второй же вопрос требует целой монографии, а сейчас не до этого.
Косовский встал, спрятал бумаги в сейф и быстрым шагом вышел из кабинета, не дав опомниться отскочившим от двери журналистам. По его лицу они поняли, что интервью опять не состоится, и с досадой убрались восвояси. Но один, самый дотошный, в зеленой куртке, с портативным магнитофоном, пустился следом.
— Всего одно слово: Павлов или Сеченов были бы в восторге от всего этого?
— Не знаю, спросите у них сами, — грубо отмахнулся он и зашагал в палату, размышляя на ходу, скоро ли оперированный выйдет из состояния коматоза. И выйдет ли?
Распахнул дверь и усомнился — туда ли попал? Больной смотрел на него осмысленным взглядом. Лежал и улыбался. Рядом налаживала капельницу медсестра.
— Чудесно, — пробормотал Косовский. — Улыбайтесь двадцать три раза на день и скоро будете танцевать. Глюкозу с инсулином вводили? — спросил он сестру.
— Да, — кивнула она. Поправила на капельнице бутылочку с плазмой и вопросительно взглянула на Косовского. Взгляд ее был чуть растерян. Вероятно, больной чем-то взволновал ее.
— Давление?
— Сто двадцать на восемьдесят.
— Отлично. — Он моргнул ей, и она понимающе вышла. Придвинул к кровати стул, сел. — Итак, как вас зовут?
Больной удивленно поднял брови.
— Чем заслужил столь официальный тон, Михаил Петрович? К чему этот вопрос? Есть угроза амнезии? Наверное, меня здорово зацепило? — спросил он, прислушиваясь к своему голосу, хриплому и какому-то вялому. Прокашлялся. — Что со мной?
Память воспроизвела эпизод, когда он, возвращаясь из магазина, позвонил по автомату Верочке Ватагиной, и та скорбно поинтересовалась, правда это или сплетня, что он расстается со своей холостяцкой свободой.
— Правда, — нарочито трагически ответил он, удивившись, однако, быстрым ногам молвы.
— Поросенок, — процедила Верочка. — Не ожидала от тебя. Впрочем, лишнее доказательство вашей мужской несамостоятельности — ни шагу без няньки. — И частые гудки.
Вероятно, в эту минуту Верочка усомнилась в соответствии его телесной формы душевным качествам. Ничего, ей встряски полезны — напишет цикл хороших стихов. Да, именно об этом думал он, переходя дорогу, когда уронил на мостовую сигареты. Тут-то и выскочил из-за угла «рафик». Едва успел инстинктивно выставить ладони, как его швырнуло на землю. Все. Больше ничего не помнил.
— Кто ты? Где работаешь? Живешь? Кто твои родители? — перешел Косовский на «ты».
— Что за допрос, ясное море! — Больной повернулся на бок, придерживая иглу в вене левой рукой. Закружилась голова.
К горлу подступила тошнота.
— Ого! — вырвалось у Косовского. — Мы не забыли свои изящные выражения?
— Так жив я или нет? Вроде жив. — Он ощупал себя. — Михаил Петрович, руки-ноги целы, а вы не радуетесь, задаете странные вопросы. — И попытался сесть.
— Ради бога, лежи! — испуганно придержал его Косовский.
— Надеюсь, это не тот свет?
— Этот, этот, но радоваться рановато.
— Что у меня? Сотрясение? — Он ощупал забинтованную голову. — Черепок не снесло? — и снова хотел сесть, но профессор грубовато притянул его к подушке.
— Что-нибудь серьезное? — всполошился он.
— Да, — кивнул Косовский.
— Что именно?
— Пришлось делать трепанацию. Эпидуральная гематома, — сказал он первое, что пришло на ум. — И для большей убедительности уточнил: — В левой височно-теменной области.
— Вот как? Значит, сапожник не без сапог, — хмыкнул больной. — С ангиограммой ознакомите?
— Расслабься, — попросил профессор. — Ляг поудобней и сними зажимы. Проверим рефлексы.
— Парезов нет, все в порядке, — больной стал сгибать и разгибать колени, голеностопные суставы. — И угораздило меня! Столько дел, а я… Кстати, как там обезьянки? Клеопатра здорова?
— Можешь не болтать? — Косовский укрыл его одеялом и зашагал по палате. Нервы профессора явно сдавали, и больной заметил это.
— Скажите, наконец, что со мной?
Косовский подошел к нему, положил ладонь на лоб. Стараясь быть спокойным, повторил:
— Расслабься. Вот так. Еще. Хорошо. А теперь выясним, что тебя беспокоит.
— Я, кажется, охрип. Голос совсем чужой. Однако о каких пустяках мы говорим! Меня спасли, я жив-здоров и безмерно благодарен родной медицине. Кстати, кто оперировал? Вы или Петельков? Вдвоем? Чудесно. Может, я теперь стану гениальным, как тот средневековый монах, которого трахнули палкой по башке и пробудили в нем необыкновенные способности?
— Еще! Какие еще изменения!
— Ноет низ живота справа. Похоже на хронический аппендицит, если бы его не вырезали у меня три года назад. И голова раскалывается. Одним словом, не в своей тарелке. Но вы до сих пор не посвятили меня в детали операции. Какой был наркоз?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Твой образ (сборник)"
Книги похожие на "Твой образ (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Светлана Ягупова - Твой образ (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Твой образ (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.