Владислав Крапивин - Гваделорка

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Гваделорка"
Описание и краткое содержание "Гваделорка" читать бесплатно онлайн.
Эта книга является второй частью дилогии «Стальной волосок». В первой части дилогии, романе «Бриг «Артемида», рассказывалось о событиях, происходящих в XIX веке, «Гваделорка» рассказывает уже о современных школьниках, разгадывающих сложные и запутанные тайны прошлого.
Они посмотрели друг на друга. Быстро сошлись.
— Ты — под ноги, я — башкой, — быстро сказал Федя.
— Почему это я под ноги, а ты… — привычно возмутился Чикишев. Но тут же понял, что не время для спора. Незаметно шагнул за Артура и прилег позади него на половицы. В ту же секунду Федя с разбега врезал Сенокосову головой в живот.
Длинный Сенокосов отпустил Никеля и загремел через Андрюшку, будто дон Кихот с мельничного ветряка. Только вот не было звона доспехов. Зато были грозные вскрики:
— Это! Что! Такое! Это! Опять! Чикишев и Трубин!.. — Разумеется, на месте происшествия возникла вездесущая и бдительная завуч Карина Эдуардовна. Было бы странно, если бы не возникла. И потому никто не удивился. Хнычущий Сенокосов воздвигся над полом. Андрюшка тоже вскочил. А Никитка Кельников вежливо и безбоязненно разъяснил завучу:
— Карина Эдуардовна, они не виноваты ни капельки. Они просто заступились за меня.
Карина Эдуардовна была крикливой и не очень — то доброй. Но она не была глупой. Ее педагогического опыта хватило, чтобы сразу понять, что к чему.
— Сенокосов! Марш ко мне в кабинет, там поговорим!.. Кельников, ты не пострадал?
— Не успел, — виновато улыбнулся Никитка.
— Чикишев и Трубин… гм… Я не верю глазам. Вы впервые оказались не друг против друга, а плечом к плечу. Это вселяет надежду… Хотя драться все равно недопустимо… Но я не стану ничего писать в ваши дневники, если вы дадите обещание!
— Какое? — спросил Андрюшка, снова тронув языком губу.
— Вы дадите мне торжественное обещание больше никогда не драться друг с другом… А?
— Конечно! — весело отозвался Федя.
— Ага, торжественное, — беззаботно подтвердил Андрюшка.
У того и другого был богатый опыт подобных обещаний.
Карина Эдуардовна глянула с сомнением, но решила поверить и удалилась. Разбираться с дураком Сенокосовым. Трубин и Чикишев тоже пошли, рядом.
— Если бы ты не упал пузом на пол, а встал на коленки, он бы загремел сильнее, — сказал Федя.
— А если бы ты вделал ему покрепче, он бы…
И в эту секунду они ощутили спинами не то легкий укол, не то мягкий толчок. Оглянулись. Никитка Кельников глядел на них то ли с упреком, то ли с виноватой просьбой. Они одинаково засопели, отвернулись и пошли в свой класс молча.
На следующий день (за неделю до летних каникул) уроки закончились раньше обычного, и радостная толпа рванула к дверям. А оставшийся на месте Никель вдруг сказал в спину Трубину:
— Федя…
Негромко сказал, но тот почему — то сразу услышал. Остановился (его толкали).
— Чего?
— Подойди, пожалуйста… Нет, сначала позови Андрюшу…
— Чикишева, что ли? Чего это я буду его звать!
— Ну, пожалуйста, — все так же тихо сказал Никитка. И Федя пошел искать Андрюшку. Догнал.
— Тебя… нас… Никель зачем — то зовет. Идем…
— Чего это я должен… — конечно же, начал Чикишев. И мигнул. И буркнул: — Ну, айда… если зовет.
В классе было уже пусто. Лишь Никитка сидел на прежнем месте. Чуть — чуть улыбнулся навстречу.
— Ну, чего… — нерешительно сказал Чикишев. — Вот я… мы…
— Ага… — проговорил и Трубин. — Вот…
Они были оба коренастые, круглолицые, с лохматыми волосами пеньковой окраски и вздернутыми носами. С глазами цвета чайной заварки. Светлые бровки их были хмуро сведены.
Сидевший Никитка Кельников смотрел на них снизу вверх. Он опять слегка улыбнулся.
— Вы такие… прямо как два брата. Вам бы не драться, а быть все время рядом… друг за дружку…
— Чё, воспитывать надумал? — сумрачно проговорил Федя и стал смотреть на доску с нарисованной теткой (тетка была похожа на завуча Карину Эдуардовну — кто — то успел на бегу). — На фиг надо…
— Да. Не надо, Ник… — мягко сказал Андрюшка.
— Нет, я не воспитывать… Я вам подарить хочу… — Никель выложил на парту два шарика из волокнистого хрусталя. Размером с грецкий орех. В шариках зажглись искры.
Трубин и Чикишев посмотрели друг на друга. Потом на Никеля. Федя подумал, какое у того бледное треугольное лицо и большущие глаза. И тонкая беспомощная шея. Андрюшка, видимо, подумал что — то похожее.
— Да зачем… — пробормотал Федя.
— Ага… зачем… — повторил за ним Андрюшка.
— Ну… вы вчера вон как заступились за меня. Вместе…
— Ну и что? Не ради подарка, — насупился Трубин.
— Да. Не из — за него ведь… — согласился Чикишев.
Никель шевельнул шарики, щелкнул ими друг о дружку. И, глядя на них, объяснил:
— Ну… я тоже не из — за этого. А так, на память…
Федю и Андрюшку словно кольнуло холодной иглой. Одинаково. (Они потом признались в этом, когда вспоминали тот случай.)
— На какую еще… память? — выговорил Федя. Андрюшка же опасливо промолчал.
Никель опять вскинул глазищи.
— Да, вы ведь не знаете… Завтра меня увезут в Москву. На операцию.
Трубин и Чикишев опять посмотрели друг на друга. Потом на шарики.
— Ни фига себе… — вполголоса сказал Федя.
— Это… на сердце, да? — неуклюже выговорил Андрюшка.
— Ну да… — с ненастоящей беззаботностью отозвался Никель. И стал смотреть в окно.
Федя посильнее свел брови и решил:
— Ты вот что! Ты шарики сейчас не дари, а отдашь нам, когда вернешься.
Никель глянул на них, словно из темного пространства.
— «Вернешься». Вы же сами понимаете… Это же сердце, а не аппендицит. Сколько там шансов?.. Родители не хотели даже, чтобы операция… а я заставил согласиться. Надоело жить, как в клетке… Ребята, вы возьмите… Посмо́трите потом на них и вспомните про меня. А я буду знать про это и думать там о вас…
Тихо — тихо стало. Наконец Федя выговорил:
— Чё про нас думать — то…
Никель лег щекой на локоть.
— А потому что… я и раньше про вас думал. Вы такие… крепкие. Думал: вот бы помирились навсегда, а я бы с вами… подружился. Как мушкетеры… Ну, я никакой не мушкетер, конечно, только все равно… хотелось…
И ясно было Трубину и Чикишеву, что похожий на журавлиного птенца Никель говорит это, потому что боится: вдруг потом не сможет сказать уже никогда… («Еще бы секунда, и я бы заревел», — хмуро признавался потом Феде Андрюшка. Федя на слезы был покрепче, но понятливо сопел.)
Федю вдруг осенило:
— Ты тогда вот что! Возьми это!.. — Он выхватил из брючного кармана деревянный свисток. Простенький, из тонкого тополиного сучка. Такие свистульки туренские мальчишки умели делать еще в позапрошлом веке, и умение это сохранилось до наших дней. Вот Федя и смастерил недавно (и был выставлен из класса за то, что пробовал свое изделие на уроке; хорошо, что Юлия Васильевна свисток не отобрала).
— Вот! — решительно сказал он. — Это… от нас обоих. Чикиш, на, подержи, чтобы он стал и твой… — (Андрюшка послушно подержал. И даже дунул осторожно.) — Ты, Никель, там, в больнице, спрячь его под подушку. И… ну, если заскучаешь там или что еще, свистни потихоньку… Сразу станет легче…
— Точно, — кивнул Андрюшка.
— Ладно, — довольно твердо пообещал Никитка. Взял свисток, а шарики тихонько катнул Феде и Андрюшке. Те сжали их в кулаках.
— Только вы… не деритесь больше, ладно? Или… хотя бы не очень часто. Ладно?
— Никель, да ты чего… — насупился Федя. — Мы теперь… это… Ты сам — то, главное, держись там…
— И думай только про хорошее, — добавил Андрюшка. — Если думаешь про хорошее, так все и получается.
— Да, — улыбнулся Никитка. — Я буду…
— А чего ты тут сидишь один — то? — вдруг встревожился Андрюшка. — Давай мы тебя проводим домой!
— Нет, я посижу. За мной сейчас мама придет… А я знаете, как вас называл? Ну, в уме, про себя… «Трубачи». Трубин, Чикишев — Трубачи.
— Ух ты… — прошептал Андрюшка, потому что не нашелся, что еще сказать.
А Федя подумал секунду и кивнул:
— Годится…
В дверь заглянула молодая женщина с тревожным лицом.
— Ник, ты здесь? Пойдем…
— Ник, пока, — шепнул Федя.
— Ага… Держись там, — шепнул и Андрюшка. Они одинаково тронули Никиткино плечо кулаками, в которых были зажаты шарики. И пошли, не оглядываясь. Бормотнули «здрасте» женщине у дверей. В коридоре вдруг услышали долетевшую из класса трель тополиного свистка. И быстро — быстро зашагали на первый этаж, к выходу.
За школьной калиткой Андрюшка разжал кулак, поглядел на шарик.
— У меня с прожилками… А у тебя?
— Вот… Они похожие…
— Давай поменяемся, а?
— С чего это я буду… — привычно взвинтился Трубин, и… они встретились глазами.
— Давай.
3С того дня они всегда были вместе. Это «вместе» помогало справляться с печалью и тревогой. Но полностью тревога не исчезала. Занозой сидела в обоих Трубачах. Чтобы унять ее и чтобы восстановить в жизни хоть какую — то справедливость, они в последний день учебного года подкараулили на улице Артура Сенокосова. Встали на пути.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Гваделорка"
Книги похожие на "Гваделорка" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Владислав Крапивин - Гваделорка"
Отзывы читателей о книге "Гваделорка", комментарии и мнения людей о произведении.