» » » » Валерий Гвоздей - Секреты чеховского художественного текста


Авторские права

Валерий Гвоздей - Секреты чеховского художественного текста

Здесь можно скачать бесплатно "Валерий Гвоздей - Секреты чеховского художественного текста" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русская классическая проза. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:
Название:
Секреты чеховского художественного текста
Издательство:
неизвестно
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Секреты чеховского художественного текста"

Описание и краткое содержание "Секреты чеховского художественного текста" читать бесплатно онлайн.








Наряду с такими сравнительными оборотами, претендующими, по крайней мере, на некоторое своеобразие, в произведении немало проходных: "как полотно", "как отцу родному", "как полубога", "как у себя дома", "как в лихорадке", "как свои пять пальцев". Их художественный потенциал также невысок, читатель на них почти не реагирует, воспринимая как избыточные.

Зато обязательно обратит на себя внимание цепочка выразительных сравнений из этого описания: "Выйдите вы на улицу, и ваши щеки покроются здороС.42

вым, широким румянцем, напоминающим хорошее крымское яблоко. Давно опавшие желтые листья, терпеливо ожидающие первого снега и попираемые ногами, золотятся на солнце, испуская из себя лучи, как червонцы. Природа засыпает тихо, смирно. Ни ветра, ни звука. Она, неподвижная и немая, точно утомленная за весну и лето, нежится под греющими, ласкающими лучами солнца, и, глядя на этот начинающийся покой, вам самим хочется успокоиться..." [С.1; 401].

Куда-то отступает, казалось бы, всепроникающая ирония повествователя, для которой нет ничего святого, и даже "червонцы" здесь не являются ее порождением.

Финальная часть, держащаяся на пространном олицетворении, не так впечатляет, как первая половина. В ней нет конкретных отчетливых образов, она - несколько абстрактна, отвлеченна.

Куда выигрышнее фрагмент, предметно скрепленный "хорошим крымским яблоком" и "червонцами", заслонившими желтые листья. Вспыхнувшая на мгновение тема золотого тельца тут же отступает перед чисто эстетическими, зрительными ассоциациями. Здесь тоже возникает маленькая цепочка: желтые листья - золотятся - червонцы.

Показавшиеся поначалу неуместными, слишком "юмористическими", эти червонцы срабатывают и еще в одном аспекте, на уровне подсознания.

Желтые листья, попираемые ногами...

Червонцы как несомненная ценность, будь то эстетическая или меркантильно-материальная, вступают в противоречие с таким положением, делая ценностью и опавшие листья, проецируя на них свою сияющую ауру.

Принцип цепочки сравнений обнаруживается и на более широких участках текста.

Трудно пропустить сравнение из пассажа, описывающего позорное возвращение домой "мертвецки пьяного князя Егорушки. Егорушка был в самом бесчувственном состоянии и в объятиях болтался, как гусь, которого только что зарезали и несут в кухню" [С.1; 395].

Очень зримая картина, привносящая в контекст и некий дополнительный смысл в связи с оценочной функцией слова "гусь" в речевой практике.

"Птичья" тема подхватывается через несколько страниц другим сравнением, пусть и не очень оригинальным, но, во взаимодействии с другими звеньями цепочки, вполне выполняющим свою задачу, когда требуется описать Приклонскую-старшую в момент оплаты врачебных услуг Топоркова:

"Княгиня, покачиваясь, как утка, и краснея, подошла к доктору и неловко всунула свою руку в его белый кулак" [С.1; 403].

И даже княжна Маруся не избежала "фамильной черты" Приклонских: "Входя в этот кабинет, заваленный книгами с немецкими и французскими надписями на переплетах, она дрожала, как дрожит курица, которую окунули в холодную воду" [С.1; 421].

"Птичья" линия в рассказе - вряд ли случайность. Ведь это тоже концепты. И С.43

за каждой из упомянутых птиц в обиходной речи закреплен определенный смысл, вписывающийся в контекст персонажа, чего никак не мог упустить едко ироничный повествователь.

Доктора Топоркова тоже сопровождает в рассказе цепочка сравнений, выполняющих не менее интересные функции.

Сначала доктор просто монументален: "Его огромная фигура внушала уважение. Он был статен, важен, представителен и чертовски правилен, точно из слоновой кости выточен" [С.1; 397]. И тут же нечто отменяющее его холодное величие и мужскую неприступность: "Шея белая, как у женщины" [С.1; 397]. Между прочим, и здесь, как в случае с Марусей и "перепуганной собачонкой", связующим звеном между слоновой костью и женственной шеей выступает белый цвет.

Выточенный из слоновой кости - предполагает также твердость, жесткость, негибкость статуи, таящуюся в "статности". Данный мотив подкрепляется такими, например, художественными определениями: "Ей вдруг захотелось приласкать этого деревянного человека" [С.1; 404].

Чтобы победить эту жесткость, необходимы серьезные усилия. Но доктор не безнадежен, что подтверждается другим сравнением:

"Топорков положил шляпу и сел; прямо, как манекен, которому согнули колени и выпрямили плечи и шею" [С.1; 404].

Жесткость слоновой кости, хотя бы частично, преодолена.

Позже, еще одним сравнением, отменяется и жесткость манекена: "Поза, в которой его застала Маруся, напоминала те позы величественных натурщиков, с которых художники пишут великих полководцев" [С.1; 421].

Тройное сравнение-цепочка, объединившее Топоркова, натурщиков и полководцев, несколько диссонирует с "десяти- и пятирублевками", которые валялись "около руки его, упиравшейся о стол". Но все же натурщик уже не манекен, не статуя из слоновой кости. Натурщик неподвижен, когда принимает чужие позы, однако он все же - человек, живой, теплый. И это может обнаружиться, стоит ему только перестать изображать "великих полководцев" и стать самим собой.

Золотой телец ощутимо присутствует и здесь.

Уже приводившееся сравнение с червонцами, испускающими лучи, отзывается в следующем фрагменте: "Из-за пушистого воротника его медвежьей шубы ничего не было видно, кроме белого, гладкого лба и золотых очков, но Марусе достаточно было и этого. Ей казалось, что из глаз этого благодетеля человечества идут сквозь очки лучи холодные, гордые, презирающие" [С.1; 410].

Глаза-червонцы. Похоже на карикатуры, изображающие алчных богачей. А тут еще десяти- и пятирублевые бумажки возле самой руки доктора.

Но это те же самые червонцы, что ранее "выразили" собой желтые листья, опавшие, "терпеливо ожидающие первого снега и попираемые ногами". Живые еще, быть может, но обреченные.

Доктор Топорков перестал быть статуей из слоновой кости, манекеном и даже - натурщиком, изображающим кого-то другого, - когда "около его золотых очков заблистали чужие глаза" [С.1; 430].

К сожалению, безнадежной оказалась Маруся, еще живой, но - опавший листок с фамильного древа князей Приклонских, жалких, напоминающих иногда С.44

неказистых птиц.

В цепочке сравнений, связанных с ее семьей, нет эволюции. Их мир замкнут, выморочно нелеп.

Цепочка сравнений из контекста доктора Топоркова создает эффект движения от неживого - к живому.

Стремление спасти живое, в себе и в Марусе, погнало его в Южную Францию. И уже червонцы, как желтые листья, "в огромнейших дозах рассыпались теперь на пути" [С.1; 430].

Это было путешествие обреченных. "Не цвести цветам поздней осенью", потому что осень - время желтых листьев.

Думается, именно так участвуют рассмотренные цепочки сравнений в раскрытии смысла произведения, не прямо, "по касательной", воздействуя на сознание и подсознание читателя.

Конечно же в произведении есть и другие сравнения, меньшего радиуса действия, выполняющие локальные художественные задачи.

Вот в какой форме выражено отношение повествователя к зиме: "То суровая, как свекровь, то плаксивая, как старая дева (...)" [С.1; 408]. Расхожий бытовой оттенок сравнений также выполняет оценочные функции.

А здесь в одной фразе совместились два сравнения, соединенные, как мостиком, художественным определением: "Он не любил старух, как большая собака не любит кошек, и приходил чисто в собачий восторг, когда видел голову, похожую на дыньку" [С.1; 412]. "Собачий восторг", расхожее сочетание, подкрепляется, освежается исходным сравнением и соотносится с "перепуганной собачонкой" из контекста княжны.

Средством, помогающим убедительнее, более зримо раскрыть утомление доктора, тоже становится сравнение: "Глаза мигали, как у человека, которому не дают спать" [С.1; 424].

Следует, пожалуй, отметить и следующий оборот: "Она глядела, как подстреленный зверек" [С.1; 429]. Этот штамп литературного происхождения еще не раз появится в текстах Чехова разных лет, видимо, благодаря своей негаснущей экспрессивности, воздействию на самую чувствительную сферу читателя, подсознательной связи с образом слабого, маленького, нуждающегося в заботе живого существа, быть может, - ребенка. В данном случае оборот органичен еще и потому, что вписывается в контекст обреченности, смертельной болезни Маруси.

Стремление сравнивать свойственно и героям рассказа: "Она глядела на него и сравнивала его лицо с теми лицами, которые ей приходится каждый день видеть" [С.1; 406].

Еще один пример из сферы княжны Маруси: "Ей почему-то вдруг стало казаться, что он не похож на человека непризнанного, непонятного, что он просто-напросто самый обыкновенный человек, такой же человек, как и все, даже еще хуже..." [С.1; 409].

Даже глуповатый князь Егорушка находит нужным говорить о сходствах, реальных или мнимых:


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Секреты чеховского художественного текста"

Книги похожие на "Секреты чеховского художественного текста" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Валерий Гвоздей

Валерий Гвоздей - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Валерий Гвоздей - Секреты чеховского художественного текста"

Отзывы читателей о книге "Секреты чеховского художественного текста", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.