Журнал «Если» - 2005 № 10

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "2005 № 10"
Описание и краткое содержание "2005 № 10" читать бесплатно онлайн.
Краткое содержание номера:
Мария ГАЛИНА
ЗАПЛЫВАЯ ЗА БУЙКИ
Исторический процесс — материя хрупкая. На него способны повлиять даже самые мелкие детали классической литературы.
Дмитрий ВОЛОДИХИН
ПЛАЦДАРМ
Это военно-историческое общество способно привести питомцев под знамена генерала Корнилова. Да-да, в 1919 год.
Николай ГОРНОВ
ТРАФИК
Более двухсот лет тяготеет над Сибирью проклятие — Hysteria Siberina. Разобраться в ситуации послан специальный полевой Трибунал.
Джон МИНИ
БОМБА-СВАСТИКА
Британский шпион с особыми полномочиями может решить исход второй мировой войны. Правда, война в этом альтернативном мире ведется с помощью биотехнологий.
Крис РОБЕРСОН
О, ЕДИНСТВЕННЫЙ!
Консервативный Китай — привычная мишень для насмешек фантастов. Но и подмяв под себя Европу, он остался прежним.
Шон МАКМАЛЛЕН
ГОЛОС СТАЛИ
Сила любви неизмерима. А пытливый ум ученого делает ее и вовсе безграничной, позволяя менять реальность.
ВИДЕОДРОМ
Экспроприация экспроприаторов, деперсонализация импер-сомации, кража личности… Стипль-чез клонов-запчастей по городам и весям будущего… Рекламофобия, алиенофобия, клаустрофобия…
«КРУГЛЫЙ стол»
ПЕРЕМЕНА МЕСТ
Все-таки рыцарям за Круглым столом короля Артура было куда проще… Во всяком случае им не приходилось решать проблему: «Трэш в литературе».
РЕЦЕНЗИИ
Рецензенты журнала не делают скидок ни маститым авторам, ни дебютантам.
КУРСОР
Третий год подряд лучшими писателями Европы становятся наши. На этот раз — Марина и Сергей Дяченко. Русские участники «Worldcon — 2005» делятся впечатлениями.
Сергей НЕКРАСОВ
ДИНОЗАВРЫ ИЗ ЛЕГЕНДЫ
Но на самом деле роман одного из самых интеллектуальных фантастов Америки, конечно же, о людях.
Глеб ЕЛИСЕЕВ
ПУТЕВОДИТЕЛЬ ДЛЯ ГАЛАКТИЧЕСКИХ ТУРОПЕРАТОРОВ
Оказывается, даже заядлые фэны, участники традиционного интернет-голосования на сервере «Русская фантастика», не очень-то жалуют экстремальный вид космического отдыха.
«БАНК ИДЕЙ»
Конкурсанты легко справились с задачей, которая поставила в тупик суперлингвистов.
Вл. ГАКОВ
ПРОПАВШИЙ В ПЕСКАХ
Эта книга стала одной из самых знаменитых в истории научной фантастики XX века, а вот биография ее создателя, которому в этом году исполнилось бы 85 лет, известна далеко не каждому.
ПЕРСОНАЛИИ
В правом углу ринга — команда России, в левом — гости журнала. Но правило боя для всех одно — литературное мастерство.
Я стоял, смотрел и думал: все кончилось. И когда на подгибающихся ногах брел домой, вернее, к тете Вале, думал: все кончилось, все как всегда, больше ничего не изменится, и я никуда от себя не денусь, и, наверное, завтра меня вызовут туда, хорошо бы они меня нигде не нашли, поэтому лучше я не пойду на работу, а пойду куда-нибудь в городской сад, послушаю духовой оркестр, поем мороженого из круглой алюминиевой вазочки, покатаюсь на цепной карусели или просто посижу где-нибудь на траве, потому что сегодня мне предстоит бессонная ночь, надо подготовиться, шоколад лежит под кроватью в чемодане с вещами, который я до сих пор так и не успел разобрать до конца, и я наполню презервативы высококалорийной смесью шоколада и толченых орехов, и привяжу к поясу, и на следующую ночь войду в теплую воду и поплыву, и катер в территориальных водах напрасно будет шарить своим лучом по волнам; потому что одинокого пловца не так просто заметить.
Так думал я, поднимаясь по темной, пропахшей кошками лестнице, мимо таблички «Трусить в парадном воспрещается», мимо похабных надписей на стенах, мимо почтовых ящиков с полустертыми номерами.
Я уже машинально вытер ноги о половичок и нашарил в кармане ключ, но остановился. Оставалось еще одно дело.
Я обернулся к соседней двери и нажал облупленную кнопку звонка. Я жал и жал, наверное, минут пять, пока за дверью не раздались шаркающие шаги.
— Кто там? — спросил дребезжащий голос.
— Откройте, Илья Маркович, это ваш сосед, Алик.
— Алик, — удивился Илья Маркович, снимая цепочку с двери, — что случилось?
Он был в пижаме и тапочках.
Я молча отодвинул его и прошел в коридор. Хрусталь в румынской стенке переливался острыми гранями, а на подоконнике стоял круглый аквариум с рыбками, и они таращились на меня своими выпуклыми глазами и шевелили губами, будто хотели что-то сказать. Я прошел мимо, к стенке, на которой висел новенький ковер, и сорвал его со стены. Нашитые петли треснули, а вот гвоздики полетели в разные стороны — под ними обнаружилась фанерная дверь с круглой ручкой. Я дернул ее на себя и, подхватив ближайший стул, с размаху ударил им в блестящую панель, подмигивающую огоньками.
— Не включайте больше свою машину, Илья Маркович! — сказал я сквозь зубы. — Никогда больше не включайте свою машину!
Дмитрий Воложихин
ПЛАЦДАРМ
Белая гвардия, путь твой высок:
Черному дулу — грудь и висок.
Божье да белое твое дело:
Белое тело твое — в песок.
Не лебедей это в небе стая:
Белогвардейская рать святая
Белым видением тает, тает…
Старого мира — последний сон:
Молодость — Доблесть.
Вандея — Дон.
Марина Цветаева.Запах дорогого табака смешивался с вонью ядрёного самосада. — …что у него в мешке?
Помощник старого офицера вежливо осведомился:
— Вы позволите? — и, дождавшись моего кивка, вытряхнул содержимое сидора на стол. — Белье… консервы… ножик… иконка… — он с улыбкой продемонстрировал ее старику, — всякая безобидная мелочь… тетрадки… стишки господина Анненского… о! стишки собственного сочинения… господин приват-доцент, мы с вами маемся одной и той же хворью… Здесь, кажется, все.
— Все?
— Филипп Сергеич, господин Денисов предъявил письмо от покойного генерал-майора Заозерского. Его превосходительство в течение двух месяцев возглавлял в Москве «Союз помощи Дону» и характеризует нашего собеседника отличнейшим образом. Пар экселленс — хвалебные слова.
— Другие документы? Деньги? Литература?
— Только немного денег. Старых двадцатипятирублевых купюр и червонцев сотен на пять, с тысячу керенок, пятаковская дрянь… Что, в общем, естественно: Михаил Андреевич пробирается из большевистской Москвы…
Передо мной сидел очень дряхлый полковник, помнивший, наверное, Плевну и Шипку. Семьдесят ему лет или больше? Волосы седенькие, редкие, не способные скрыть кофейного цвета рябины на макушке. Седенькие же брови. Дряблые веки. Морщинистый подбородок.
Ветхий, посивевший мундир кавалерийского офицера. И тихий голос: строгие команды Филиппа Сергеича звучали едва слышно.
— Ваше мнение, поручик?
— Господин приват-доцент от истории не вызывает у меня подозрений. Всего вероятнее, нам были бы за сей подарок благодарны в ОСВАГе или… или, скажем, харьковские приказные люди. В нынешних условиях немногие готовы взять на себя чиновный труд, а из тех, кто готов, каждый второй — сущий невежда. Филипп Сергеич, нам и так пеняют за террибль суровость!
Я внутренне возликовал. Если попаду в городскую администрацию, возможностей помочь наступлению будет хоть отбавляй. Да и встречаться придется по долгу службы со значительными людьми — опять же шанс повлиять на общий ход дел…
Старик отрешенно покачал головой: то ли согласился с поручиком, то ли просто принял к сведению эту благопожелательную тираду. Он пожевал ус, поглядел в окно и заговорил с неожиданной твердостью в голосе:
— Одежка-то у него свеженькая, непотертая, сапоги не стоптаны, а говорит, что пешком шел от самой Тулы. Это раз. Да и сам свеженький, розовенький, не по времени и не по месту… Загара нет. На руках — ни грязинки. Это два. Слова выговаривает чудно. Это три. Вы, молодой человек, не латыш ли часом?
— Я русский.
Мой ответ прозвучал как-то неуверенно. Неужели восемьдесят шесть лет наложили на русскую речь столь сильный отпечаток? Какие-такие слова я неверно выговариваю?
— А коли русский, перекрестись и прочитай «Верую…».
Я встал и выполнил требуемое — все, вплоть до финального поклона после слова «аминь».
Однако полковник по-прежнему смотрел на меня хмуро и недоверчиво.
— Не знаю, не знаю… — глуховато сказал он.
— Но рекомендация генерала Заозерского… — заикнулся было щеголеватый поручик.
— Знавал я Павла Александровича. Замечательный храбрец и лихой рубака, но умишка невеликого человек… Да и то сказать, зря я прах его честный беспокою бранными словами. Достаточно и того, что мы не ведаем, сам ли он писал письмецо да не стоял ли рядом человек с револьвером, не держал ли под прицелом этот, с позволения сказать, человек всю семью Заозерского. Так-то.
Вот тебе и дедушка. Седенький, песок сыплется…
— Знаете что, поручик, я и прежде в ученых мерехлюндиях силен не бывал, а нынче совсем память никуда. А вы вот, я знаю, в Петербургском университете науку превосходили. Давайте-ка, спросите что-нибудь этакое у господина историка.
Поручик откашлялся и приступил ко мне с извинениями:
— Вы должны простить меня, право же, я вижу в вас, сударь, порядочного человека. Но нам попадались разные… хм… ракальи. Иногда, на первый взгляд, честнейший офицер, а вспорешь подкладку и обрящешь бумажки с совдеповскими печатями…
— Приступайте, поручик! — оборвал его старик.
— Да-да! Извольте. Э-э-э… продолжите, пожалуйста: Quosque tandem abutere Catilina…
— …patientia nostra.
— Отлично! Тогда… Gallia omnia divisa est…
— …in partes tres. Издеваетесь, милостивый государь? Это же гимназия.
Поручик быстро взглянул на меня, и в глазах его я не отыскал и капли добродушия. Он проверял меня всерьез и, надо полагать, ждал реплики в этом роде. А защищал перед стариком, надо думать, желая усыпить мое внимание.
— Не обессудьте… Я ведь и сам не дока по части мерехлюндий. Вот разве что… Даниил Московский, Юрий Данилович, Иван Калита, Симеон Гордый… и?
— …Иван Милостивый.
— Кто победил при Левктрах?
— Эпаминонд.
— Что первым приходит вам в голову, когда вы слышите слово «Саллюстий»?
— Югуртинская война.
— Кого из своих учителей вы сможете назвать?
Это хуже. Не дай Бог, сыщется университетский человек, и тогда я не в городскую администрацию пойду, а прямиком к стенке.
— Прежде всего, доктора Роберта Юрьевича Виппера. А также…
— Отставить! — велел полковник. — Какую прическу носил генерал Заозерский?
Вот подвох так подвох! Я ведь даже фотографии его не видел.
Мужчины не обращают внимания на прически, они просто не в состоянии удержать в памяти, какая у кого прическа. Да и чем особенным мог выделяться строевой генерал среди коротковолосых военных людей? Особенно ровным пробором? Всего вероятнее, у генерала был какой-нибудь запущенный сад, романтические дебри… Прической это не назовешь.
— Никакую.
— Верно, — с оттенком удовольствия откликнулся старик. — Он был совершенно лыс. Как бильярдный шар.
Однако видно, что полковник все еще не удовлетворен. И он продолжит мучить меня вопросами, раз уж заподозрил. А у меня все шансы провалить экзамен, хоть я никак не связан с армейской разведкой красных. Я тут чужой. Любой комиссар в офицерском мундире намного роднее меня этому времени… Чувствуют они во мне дичь, интуиция у них такая — чувствовать дичь, и разве я не диверсант в каком-то смысле? А значит — дичь.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "2005 № 10"
Книги похожие на "2005 № 10" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о " Журнал «Если» - 2005 № 10"
Отзывы читателей о книге "2005 № 10", комментарии и мнения людей о произведении.