Журнал «Если» - 2005 № 10

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "2005 № 10"
Описание и краткое содержание "2005 № 10" читать бесплатно онлайн.
Краткое содержание номера:
Мария ГАЛИНА
ЗАПЛЫВАЯ ЗА БУЙКИ
Исторический процесс — материя хрупкая. На него способны повлиять даже самые мелкие детали классической литературы.
Дмитрий ВОЛОДИХИН
ПЛАЦДАРМ
Это военно-историческое общество способно привести питомцев под знамена генерала Корнилова. Да-да, в 1919 год.
Николай ГОРНОВ
ТРАФИК
Более двухсот лет тяготеет над Сибирью проклятие — Hysteria Siberina. Разобраться в ситуации послан специальный полевой Трибунал.
Джон МИНИ
БОМБА-СВАСТИКА
Британский шпион с особыми полномочиями может решить исход второй мировой войны. Правда, война в этом альтернативном мире ведется с помощью биотехнологий.
Крис РОБЕРСОН
О, ЕДИНСТВЕННЫЙ!
Консервативный Китай — привычная мишень для насмешек фантастов. Но и подмяв под себя Европу, он остался прежним.
Шон МАКМАЛЛЕН
ГОЛОС СТАЛИ
Сила любви неизмерима. А пытливый ум ученого делает ее и вовсе безграничной, позволяя менять реальность.
ВИДЕОДРОМ
Экспроприация экспроприаторов, деперсонализация импер-сомации, кража личности… Стипль-чез клонов-запчастей по городам и весям будущего… Рекламофобия, алиенофобия, клаустрофобия…
«КРУГЛЫЙ стол»
ПЕРЕМЕНА МЕСТ
Все-таки рыцарям за Круглым столом короля Артура было куда проще… Во всяком случае им не приходилось решать проблему: «Трэш в литературе».
РЕЦЕНЗИИ
Рецензенты журнала не делают скидок ни маститым авторам, ни дебютантам.
КУРСОР
Третий год подряд лучшими писателями Европы становятся наши. На этот раз — Марина и Сергей Дяченко. Русские участники «Worldcon — 2005» делятся впечатлениями.
Сергей НЕКРАСОВ
ДИНОЗАВРЫ ИЗ ЛЕГЕНДЫ
Но на самом деле роман одного из самых интеллектуальных фантастов Америки, конечно же, о людях.
Глеб ЕЛИСЕЕВ
ПУТЕВОДИТЕЛЬ ДЛЯ ГАЛАКТИЧЕСКИХ ТУРОПЕРАТОРОВ
Оказывается, даже заядлые фэны, участники традиционного интернет-голосования на сервере «Русская фантастика», не очень-то жалуют экстремальный вид космического отдыха.
«БАНК ИДЕЙ»
Конкурсанты легко справились с задачей, которая поставила в тупик суперлингвистов.
Вл. ГАКОВ
ПРОПАВШИЙ В ПЕСКАХ
Эта книга стала одной из самых знаменитых в истории научной фантастики XX века, а вот биография ее создателя, которому в этом году исполнилось бы 85 лет, известна далеко не каждому.
ПЕРСОНАЛИИ
В правом углу ринга — команда России, в левом — гости журнала. Но правило боя для всех одно — литературное мастерство.
Алферьев с необыкновенной ловкостью распихал всех нас по богатым хозяевам. Мы с Ванькой Блохиным, Андрюшей Евсеичевым и Андрюхой Епифаньевым попали к дородной купеческой вдовице Антониде Патрикеевне. Ее дом стоял вплотную к вокзалу, и двое Андреев, пойдя прогуляться как раз в том направлении, скоро вернулись — один пунцовый, другой белее покойника, и оба злые.
— Что такое? — спрашиваю.
— А ты сходи, поинтересуйся! — шипит Евсеичев.
На вокзале они подвели меня к трупу старенького станционного чиновника. К ребрам его пожарным багром пришпилена была фотография молодого человека в офицерской форме — то ли сына, то ли внука.
— Пойдем-ка, это не все, Денисов.
…Солдаты вытаскивали тела из бревенчатого железнодорожного склада и опускали на землю тут же, рядом, у огромной ямы, предназначенной для всех. Сколько же здесь мертвецов!
— Человек шестьдесят, — тихо сказал Епифаньев, — все больше пленные, но и местных немало.
Я вспомнил, как нас встречали, вспомнил барышень, священников, мещан… Вот почему нас так встречали.
Евсеичев смотрел на меня исподлобья.
— Тебя все еще интересует, Денисов, отчего мы воюем по эту сторону фронта?
Начало октября 1919 года, Орел и его окрестностиЗа Орел корниловцы тягались с красными страшно. Взвод потерял полдюжины бойцов. За неделю я побывал в пяти штыковых атаках. Несмотря на это, наш дух был необыкновенно силен в те дни. Мы устали, но были веселы, большинство пребывало в отличном настроении. Москва совсем недалеко, рукой подать! Кажется, дыхание древних ее стен наполняло нас силой и надеждой. Пока корниловцам везло в боях. Мы нападали на более сильного противника и отбрасывали его.
Но… добровольческие полки двигались вперед все медленнее и медленнее. Больше отбивали атаки красных. И тут я начал припоминать то, чему меня учили в Невидимом университете. Что они говорили? «У всякого процесса есть точка бифуркации, иными словами, точка, в которой ход дел может внезапно измениться, может остаться прежним, а может раздвоиться, растроиться и потечь разными руслами. В отношении истории правильнее говорить о точке динамического равновесия. И она, эта самая точка равновесия, для гражданской войны всего одна. Поверьте, мы подняли тысячи томов источников, проиграли все возможные сценарии на компьютере и… убедились в том, что правы участники войны, интуитивно чувствовавшие этот пик. Один из них писал: «Воля нашего командования в это время была кем-то парализована…». Его слова относятся к Орловско-Кромской наступательной операции. Ваше дело — подтолкнуть процесс в правильном направлении. Растормозить волю начальственных людей белой армии. Вас почти три десятка, не считая тех, кто отправился на другую сторону… Возможно, хоть один достигнет поставленной цели, и этого будет достаточно».
А будет ли достаточно трех лишних корниловских штыков?
Рано утром, до подъема, я встал и вышел в город. Бродил по притихшим улицам, слушал молчание времени. И заразился от города чувством неясной тревоги: да, где-то здесь точка равновесия. Наверное. Говорят, генерал Май-Маевский недавно приезжал в войска и, выступая перед строем, говорил: «Мы поймали ворону за хвост! До встречи в Туле!».
В Туле… удержать бы Орел.
13 октября 1919 года, ТулаМы вошли в Тулу с боем. С боем продвинулись до середины города. Под ногами хлюпала ледяная каша, мороз пробирал до костей. Наши силы были на исходе.
Красная латышская дивизия встала намертво. Роль центра ее позиции играл тульский кремль. С высоких стен по нам били пулеметы. С колоколен, возносящихся на площади перед кремлем в тяжкую небесную стынь, по нам били пулеметы. Из мещанских домов крепкого купеческого вида по нам били, били, били пулеметы.
Наша цепь откатывалась дважды. Ванька Блохин остался на площади, пуля попала ему прямо в лоб.
Наконец на фланге зарокотала наша батарея. Кремлевские стены отозвались всплесками битого кирпича. А я смотрел на этот разор и не верил своим глазам: неужели кто-то из наших все-таки добрался до Деникина? Или, может быть, до Романовского? Или до кого-то еще из высших чинов штаба?! Кое-кого в Невидимом университете учили не как нас, олухов, а всерьез, основательно, целый год учили, да и легендировали тщательно. И что же они там сдвинули с мертвой точки: остановили разложение корпуса Мамонтова и бросили казаков на фронт? провели тотальную мобилизацию, вычистили тылы, сформировали лишнюю дивизию? или второй отряд, работающий у красных, добрался до глотки Троцкого? Егорова? Нет, наши не палачи. Хотя…
В «нормативной» реальности Добровольческая армия так и не дошла до Тулы.
Орудия смолкли. Алферьев подал команду.
— Корниловцы, вперед!
До чего страшно было бежать через площадь, усыпанную мертвецами! Казалось, все пулеметные команды мира сейчас выцеливают меня. Мы ворвались в кремль через пролом, и через час латышской дивизии не существовало.
* * *…После того, как нас выбили из города и стало ясно, что наступлению конец, что не откроет перед нами ворота Белокаменная, Яшка Трефолев отыскал меня и заговорил, от горячности глотая слова, путая падежи:
— …Ты слышишь?! Я все равно останусь с ними! Я хочу остаться с этими люди… с такими людьми нельзя не остаться, слышишь ты, Миша! Я тут… я останусь тут с ними до конца. До самого конца! И пусть убьют, если надо, пусть убьют! Я верю, мы все равно одолеем этих… этих…
Я положил ему руку на плечо и ответил:
— Я, наверное, тоже останусь, Яша.
Хотя уверенности в победе у меня не было. Ни малейшей.
29 марта 1920 года, Феодосия— Боже мой, какой идиот! — бесстрастно сказал Вайскопф, подавая всему взводу дурной пример.
Но что правда, то правда. На феодосийской пристани стоял не кто иной, как генерал Май-Маевский, вчистую отставленный от дел и теперь возомнивший, что сможет поднять нам настроение своей грузной фигурой, облаченной в корниловский мундир, да еще воплями:
— Здравствуйте, мои родные! Мои родные корниловцы!
Оркестр играл корниловский марш — то ли в честь появления генерала в порту, то ли в честь нашего позора, то ли в честь того отрадного факта, что некоторые из корниловцев все еще живы. Глядя на толстяка, от энтузиазма схватившего фуражку за козырек и размахивавшего ею над головой, я все острее и острее переживал злое, нехристианское чувство: «Жаль, что не пристрелили тебя, урод!».
Двое из наших, хроноинвэйдоров, тайно поделились со мной планом добраться до Май-Маевского и пустить ему пулю в голову, не считаясь с тем, что сами они при этом не вернутся домой. Где-то теперь их могилы! Этому человеку, не самому плохому военачальнику, знававшему когда-то победы, да и не самому скверному по характеру и способностям своим, судьба вручила ношу не по силам. Он пытался взять Москву, будучи в лучшем случае хорошим дивизионным командиром. Ни ума его, ни силы воли, ни способностей не хватило для того, чтобы выдержать на плечах груз общерусской судьбы. Его выбросили из армии с формулировкой «за кутежи и развал тыла». И впрямь, он был запойным пьяницей, но правда состоит в другом: Май-Маевский перестал командовать армией в тот момент, когда ее отделяло от сердца России несколько часов езды по железной дороге…
Я не хочу рассказывать о тех несчастиях, которые постигли нашу армию после сдачи Орла. Слишком гадостно. К тому же у меня в памяти слились в унылое озеро дни и недели, проведенные на морозе без пищи, шинели, снятые с мертвецов, беспорядочные бои с красными, когда мы, «цветные»[1] дивизии, прикрывали отступление всех остальных, смерть Епифаньева от случайной пули на Тамани, смерть многих отважных и благородных людей от холода и голода, суетливое воровство наших же, белых интендантов, отчаяние и тоску, тоску страшную, ноющую в душе, как ноет гнойный нарыв на ступне, давно прорвавшийся, полузалеченный, а потом растертый портянкой до состояния безобразной язвы, поминутно дающей о себе знать.
Под Ростовом я совсем было собрался вернуться в 2005-й год. Но в день, когда я планировал совершить это, рядом со мной разорвался снаряд, а дальше… дальше чернота с редкими проблесками. Потом ребята рассказали, что Епифаньев и Евсеичев тащили меня с версту, если не больше. Как их бросить после такого?
На протяжении нескольких дней я отходил от той контузии. Голова трещала миллиардами зимних цикад. В общем-то повезло: ни единой царапины, только сапожную подметку оторвало, и мизинец оказался обмороженным. Почернел, тьфу, гадость…
То ли в декабре, то ли в январе, когда мы были еще относительно боеспособны, командир полка есаул Милеев отправил нашу роту в разведку. Нас посадили на платформы, прицепленные к бронепоезду, и рота поехала на север — выяснять, какова дистанция от нас до авангарда красных. Стоял лютейший мороз, дышать было трудно, губы трескались, руки-ноги стыли мертвецки. Вьюжило. Бронированная корма состава худо защищала нас от ветра.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "2005 № 10"
Книги похожие на "2005 № 10" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о " Журнал «Если» - 2005 № 10"
Отзывы читателей о книге "2005 № 10", комментарии и мнения людей о произведении.