Елизавета Михайличенко - «Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "«Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»"
Описание и краткое содержание "«Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»" читать бесплатно онлайн.
Он выдал девице крыс, пробирочку и послал проверять биологическую активность.
Далекая от лабораторных крыс девица ничего не обнаружила. А проведший с ними последние двадцать лет Умница понял, что происходит что-то новенькое.
Крысам было хорошо. Понятие, конечно, не научное, но это бросалось в глаза.
Умница быстренько написал девице дипломную работу и отправил ее восвояси. А сам наложил лапу на мутанта. Оказалось, что крысам было так хорошо уже от микроскопических доз нового вещества.
— Так что, это был просто наркотик?! — скривился Вувос. — И из-за какого-то паршивого наркотика…
Умница искренне оскорбился:
— Это не просто наркотик! Это даже и не наркотик в вашем понимании. Это… это следующий уровень удовольствия!
— Ты пробовал?
— Что я, дурак? Ты Светку, лаборантку Максика знал? Ну, неважно. В общем, девица… красивая, да и толковая. Но на игле сидела, плотно, все пробовали, ничего надолго не помогало. А у нее уже ни денег, ничего, пустая комната в коммуналке. Шырялась чем попало. Последний раз ее в реанимации еле откачали… Ну, я и подумал… Вдруг ей поможет. Терять-то ей уже было нечего.
— Добрый доктор Менгеле,[52] — прокомментировал Вувос и пнул мангал.
— А что?! На ком я должен был это пробовать?! Она, между прочим, до сих пор жива благодаря мне. И благодарна. Когда узнала, что я уезжаю, чуть не повесилась.
— Интересный препарат, — сказал я на это.
— Не то слово! — кажется, Умница тащился от одного упоминания об «ахматовской культуре». — Светка божилась, что побывала в раю. А ведь я ей дал одну десятитысячную того, что можно произвести за сутки на кухне… Вы понимаете, что это значит? Через год все эти колумбийские наркобароны остались бы только в детективах…
— Подожди, Умница, — попросил я, пытаясь по-новому посмотреть на это существо. — У меня как-то не укладывается. Ты что, решил наркобароном заделаться?
Умница запнулся и посмотрел на меня не без вызова:
— А что? Наркобароном я еще не был. Все интереснее, чем ходить на службу и лизать жопу начальнику, у которого мозг, как жопа. Тоже с одной извилиной. Или руководить лабораторией с тремя научными сотрудниками — с тремя извилинами. Боря, меня недавно представили академику Урлову, я еще студентом об этом мечтал. И что? Старик мне вдруг говорит: «Приятно познакомиться с таким творческим человеком. Это же вы написали „Как у нас в виварии шимпанзе повесился“? Я сразу подумал, что автор знает о биологии не понаслышке.»… А ведь в этой песне, Боря, я написал о трагедии почти каждого незаурядного человека, который все равно ни хера не реализуется, потому что не может вырваться из вивария… А меня судьба наградила шансом. Мутантом. И я не мог им не воспользоваться. Жизнь зашла в тупик, потому что мне неинтересно жить, как живут люди среднего ума и среднего достатка. И чтобы жить не так, мне не хватает именно достатка. А как у тебя с этим, Боря? Тебе не хочется проломить стену? Тебе нравится вести жизнь очень среднего человека?
Вувос с удивлением наблюдал, как я все это терплю. А мне было горько. Я уже давно старался ничего подобного себе не формулировать. И я грубо опустил уровень разговора:
— Мне многое не нравится, Умница. И когда пытаются снять комнату в моей квартире, и когда распоряжаются моим временем, как своим, и когда меня выставляют идиотом перед шефом, да и перед Максиком тоже, и когда пули бьют по бронежилету. А уж как мне не нравится искать наркотик под предлогом спасения человечества, я тебе передать не могу!
Я перевел дух. Светало по-левантийски лениво. Серый грязный рассвет цеплялся за верхушки деревьев рыхлыми пальцами. Уже и рассвет, до которого я мечтал и почти не надеялся дожить, мне не нравится… А что мне вообще в этой жизни нравится? Я вздохнул и зло продолжил:
— А знаешь, что мне нравится? Наркоторговцы. Каждому, даже потенциальному продавцу наркотиков я готов позволить устраивать у себя дома пьянки, водить блядей, ломать протезы теще и аппаратуру сыну, запугивать жену и близких эпидемиями, наговаривать на моих друзей…
— Исповедь добропорядочного бюргера! Вот поэтому я и не хотел тебе ничего рассказывать! — в сердцах выпалил Умница. — Вот посмотри, Боря, что ты с собой сделал. Твой дед был крупный ученый. Я уже через сколько лет его работы в своих цитировал… Твой отец, если бы, извини, не спился, стал бы выдающимся архитектором. А спился он, между прочим, потому, что не мог реализовать свои идеи. А ты мент. Стандартный мент. Сам себя таким сделал. А я ведь помню, что мне Ленка в юности о тебе рассказывала. Я ведь комплексовал. А сейчас не комплексую… Забудь на минутку, что ты мент. И вспомни, что лет двадцать назад ты еще был способен абстрактно и логично мыслить.
— Пивка бы, — тоскливо сказал Вувос. — Боря, у тебя в машине ничего нет?
— Ну конечно, — горько кивнул Умница. — Пойдите, пивка попейте. Хорошее мужское дело. А потом в морду дайте.
Я и не заметил, как инициатива перешла к Умнице. Для серьезого разговора главное найти подходящее место и время. Эта двуногая Козюля во многом была права. В тринадцать лет, узнав от дедушки о новообретенном духовном совершеннолетии и взрослой ответственности, я батарейным набатом известил об этом подъезд — разбил скрипочку о батарею. А футляр не выкинул и раз в несколько лет им пользовался — то водку в общежитие пронести, то Сенькин обрез спрятать. И каждый раз, когда открывал футляр, словно несуществующая струна рвалась… Мне стоило неимоверных усилий вылепить из себя нормального мужика. Эти бы усилия в противоположном направлении… кем бы я сейчас был? А кто я есть? Нормальный крепкий мужик, которому ужасно скучно среди себе подобных. Есть минуты, когда я просто чувствую себя какой-то вышедшей замуж блядью, обреченной до смерти прикидываться порядочной женщиной. Но слышать такое от Умницы! Неужели, это так заметно?..
— Молчишь?! — торжествующе обличил Умница. — Вся жизнь промелькнула? Это потому, что ты…
— Короче, — оборвал я. — Ближе к термосу, наркобарон.
— Ах, короче? — понимающе усмехнулся Умница. — Ну, конечно… Телеграфирую: Светка поделилась препаратом с какими-то приятелями. Среди них оказался дальний родственник Ахмата. Утечка информации, Ахмат — интеллектуально-полноценный профессионал, все понял. И я понял, что он понял. Меня стали терроризировать наркоманы, и Светкины приятели, и какие-то новые. Я испугался. Потому что знаю — иметь дело с российскими криминалами — не для меня. Быстро оформился на ПМЖ. А перед отъездом убил все, что не поместилось в термос.
— Мутанта убил?
— Убил. Тебе теща передала? Старая школа… А Ахмата теперь, скорее всего, убьют. Оказалось, он уже успел продаться кавказской мафии. Наверное, взял деньги, наверное потратил. Все. Можно поехать домой? Или в тюрьму?
— Тебе больше нечего нам рассказать? — спросил я на всякий случай. Потому что сам не знал что теперь с ним делать, а Вувос ждал конкретных действий.
Умница сладко потянулся, огляделся, подошел к скамейке и сел. И важно сказал:
— Мне есть что предложить. Новую жизнь. Ты только вдумайся. Абсолютно. Новая. Жизнь… В которой ты больше не будешь ментом, Боря. А будешь тем, кто ты есть на самом деле. Или кем ты себя считаешь. Или кем хочешь казаться. Хочешь, а не должен, улавливаешь разницу? И всего-то для этого надо сначала концентрированным интеллектуальным усилием освободиться от принятых в виварии иллюзий, а потом найти термос. Что не так сложно, потому что он близко, и дерево вариантов уже почти без веток.
— А потом?
— Потом будем партнерами в скромном миллиардном бизнесе. Боря, это официальное предложение. Никому другому я бы этого не предложил. И тебе бы не предложил, если бы какая-то сука термос не сперла. Но все равно, я планировал тебя привлечь — нанять за очень большую зарплату. Но раз уж так вышло, то я тебе предлагаю долю — тридцать пять процентов.
А забавно было бы… Могло бы даже получиться. Без человека вроде меня у него нет шансов. Не ему строить структуру, выбивать долги, разбираться с конкурентами, командовать боевиками и прочая, и прочая. И выбора у него нет — кому он еще может доверять…
В прежней жизни все, что могло быть — уже было. Что осталось? Десятилетия инерции… Прожить вторую жизнь, что ли… Крупномасштабную. Жизнь боевой вши под микроскопом. Я взглянул на сидящего по-зековски на корточках Вувоса, сосредоточенно выдыхавшего ровные кольца дыма. Наверное, чтобы провести красную черту, как и прямую линию, нужны две точки. И я был благодарен Вувосу просто за присутствие при этом разговоре.
— Я буду заниматься технологией и производством. А ты обеспечением безопасности и контактами, — прояснял Умница.
— А я? — вдруг спросил Вувос.
Умница метнул в него кривой нож взгляда:
— А ты понадобишься Боре. Об условиях договаривайся с ним. Ну что?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "«Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»"
Книги похожие на "«Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Елизавета Михайличенко - «Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»"
Отзывы читателей о книге "«Ахматовская культура» или «Не ложи мне на уши пасту!»", комментарии и мнения людей о произведении.