Илья Стогов - Пепел империй

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Пепел империй"
Описание и краткое содержание "Пепел империй" читать бесплатно онлайн.
Что бы вы по этому поводу ни думали, современная наука «история» ни к каком смысле не является наукой. Сегодня за этим словом скрывается частично набор колотых горшков, частично — коллекция допотопных анекдотов, а по большей части — дырка от бублика. Никакой науки за этим словом не скрывается. Я собираюсь изменить такое положение вещей. К последней странице книги, которую вы держите в руках, законы истории будут найдены. История станет полноценной научной дисциплиной. Ее ход можно будет не только правильно описывать, но и предсказывать. Не верите? Зря.
Сам перелом ждать себя не заставил.
3
На протяжении XI—XII веков процесс дробления территорий, некогда входивших в состав единого Танского государства, набирал обороты.
Уже в Х веке Китай был поделен на восемь больших феодальных владений. Десятилетие за десятилетием их число менялось. Неизменным оставалось одно: внутри себя все эти княжества и царства дробились чем дальше, тем на все более мелкие уделы.
Единой нацией китайцы себя не ощущали. В качестве самоназвания жители использовали название княжества или правящей династии. Царьки-цзедуши увлеченно рубились друг с другом. К XIII веку этот процесс достиг пика.
Желающих занять трон… хотя бы самый маленький трон… появилось много. Удержать власть в условиях жесткой конкуренции было сложно. Побеждал тот, у кого имелась сильная и хорошо обученная армия.
В результате уже в XI веке до двух третей имперского чиновничества составляли военные. Собственной армией не обзавелся только ленивый. Вооруженные отряды создаются удельными князьями, деревенскими общинами и даже буддийскими монастырями.
В начале XI века армия Китая составляла полтора миллиона человек. Спустя полстолетия — уже четыре с половиной миллиона человек. Для справки: приблизительно такова же численность китайской армии и сегодня.
Как следствие меняется сам характер власти. Идеалы теократии отходят на второй план. Теперь типичный владыка — не обожествленный Сын Неба, а воинственный князь, знаток оружия и дорогих лошадей. По совместительству такой правитель-воин мог являться покровителем искусств и ремесел.
Типичным монархом той эпохи был современник Ричарда Львиное Сердце император Хуэй-цзун. Свои дни этот «ветротекучий» монарх проводил за возвышенными беседами с мудрецами и специально вызванными во дворец духами. Кроме того, он был одаренным живописцем и сочинил несколько гимнов, до сих пор используемых в даосском богослужении.
На центральные образцы ориентируются и региональные владыки. В 916—926 годах киданьский князь Амбагань разбил манчжуров и тангутов, подчинил земли уйгуров и смел Бохайское царство. В 947 году кидани провозгласили создание собственной державы Ляо.
Армию монарх спаял железной дисциплиной. Крестьянам и ремесленникам было гарантировано мирное небо над головой. Культурные люди могли спокойно заниматься своим делом.
Пример киданей оказался заразительным. В XI—XII веках собственные державы основывают множество народов с бывших окраин Поднебесной.
Тангутский царек Чжао Юань-хао разбил армии тибетцев и уйгуров и основал государство Си-Ся. Чжурчженьский князь Агуда основал царство Цзинь. В те же годы расцвет переживали корейская держава Силла и могучее королевство Кхмер.
Первое время эти царские и княжеские династии еще никак не прикреплены к земле.
Когда в 1127 году чжурчжени князя Агуды атаковали китайское государство Сун, император вместе с двором просто перебрался за Янцзы. Туда же перебралось большинство образованных чиновников. Особых перемен никто не заметил.
Однако чем дальше, тем больше в культуре этих эфемерных, появляющихся и тут же распадающихся держав проявляются неповторимые МЕСТНЫЕ черты.
Официальным языком региона — от Японии до Индокитая — по-прежнему остается вэньянь — мертвый язык литературы Древнего Китая. На этом языке давно никто не говорил. На нем только писали.
Однако уже в начале XII века стало видно, что монополия вэньянь подорвана. Повсюду начинаются попытки создания литературных произведений на НАЦИОНАЛЬНЫХ языках.
Какое-то время эти попытки робки. В Японии национальной азбукой катакана книги пишут исключительно образованные женщины: мужчины считают такое баловство ниже своего достоинства. Тем не менее с каждым десятилетием процесс набирает обороты.
Скажем, в те же годы, когда на Руси скрипел пером Нестор, автор первой русской летописи, в Корее появилась первая национальная история — «Исторические записи Трех государств».
Автор «Записей» Ким Бусик писал:
Нынешние ученые мужи способны глубоко проникать в смысл конфуцианского Пятикнижия и сочинений китайских мудрецов.
Но когда дело доходит до событий, свершавшихся в нашей стране, они оказываются в полной растерянности, не зная ни начала этих событий, ни их конца.
Увы! Как это печально!
Народы открывают собственную культуру. В Египте той поры впервые записывается сборник «1001 ночь». Во Франции — героические песни-«жесты».
Тот же процесс можно видеть и на Дальнем Востоке: народы открывают собственное героическое прошлое… открывают себя… впервые обращают внимание на каждого отдельного себя.
Внимание к человеку видно во всем. На протяжении эпохи Тан китайские живописцы писали исключительно пейзажи. Зато начиная с XI века на Дальнем Востоке расцветает ПОРТРЕТНАЯ живопись.
Историк религии Генрих Дюмезиль писал:
В эпоху Сун (X—XIII века) китайская цивилизация достигла вершин, которые знала лишь в эпоху классической древности.
Можно с полным правом говорить о культурном и экономическом возрождении Китая. Науки процветали. Бурно развивалась религиозная философия. Китайский буддизм переживал свой «золотой век».
Достижения великих учителей и наставников прошлого были систематизированы и рационализированы. В дальневосточной культуре XI—XIII веков во всем видна чрезмерная страсть к упорядочиванию, внимание к методу.
Если в предшествовавшую эпоху единственным центром культуры был Танский императорский двор, то теперь по всей Поднебесной открывается множество школ, типографий, книгохранилищ.
Одним из самых ходовых товаров становятся книги. Их производство ведется в промышленных масштабах — до тысячи экземпляров в год. Один из удельных правителей даже открыл у себя в столице музей, состоявший почти из четырех тысяч экспонатов.
Культуры настолько много, что в одиночку впитать все ее богатства уже невозможно. Энциклопедизм сменяется специализацией. Китайцы без устали пишут книги, размышляют о «мириаде вещей», исследуют классику.
В политической жизни описываемый период стал временем тотальной раздробленности. Обособление всех от всех можно наблюдать и в культурной жизни.
Например, тибетцы еще в VIII—IX веках были уверены: на свете существует всего две религии — занесенный извне буддизм и их собственное язычество (бон). В чем состояла разница между ними и есть ли она — над подобными вопросами голову никто не ломал.
Вскоре тибетцы выяснили: религия, которую они исповедуют, это не просто буддизм, а тантрические направления махаянского буддизма. В X веке здесь стали возникать собственно тибетские школы.
Сперва появилось три из четырех основных направлений тибетского буддизма: Сакья-па, Ньинма-па и Кагью-па. К началу XII века школа Кагью разделилась на четыре подшколы: Карма-Кагью, Барам-Кагью, Цхал-Кагью и Пхак Дру-Кагью.
А уже в следующем поколении подшкола Пхак Дру-Кагью развалилась на восемь самостоятельных ветвей, между адептами которых завязалась ожесточенная полемика.
Обособление всех от всех идет параллельно с систематизацией, каталогизацией уже созданного. Культура словно осознает, что конец близок, и раскладывает накопленные богатства по полочкам.
Именно в эпоху Сун жил величайший средневековый китайский философ, знаток классики и «второй Конфуций», Чжу Си (1130—1200).
Он довел до конца работу, начатую философами XI века, разработал и систематизировал положения школы, именуемой на Западе «неоконфуцианством». Именно его взгляды отныне и на века предстояло излагать на государственных экзаменах тем, кто претендовал на получение чиновничьей должности.
В произведениях Чжу Си было сказано обо всем, что было известно китайцам о мире, о человеке, о Великом Пределе. Один из современных исследователей писал:
Cтепень взаимосвязанности элементов этой системы такова, что, если будет вытащен хоть один кирпич, рухнет все здание.
Китайские даосы кодифицируют пантеон. Тибетские буддисты пытаются собрать разрозненные писания своей религии. Именно в XII веке появляются первые варианты тибетского канона «Данчжур».
Один из отечественных синологов писал:
Конфуцианство, буддизм, даосизм XII—XIII веков совершенно не похожи на самих себя двух-, трехвековой давности.
Основное отличие состоит в том, что китайцы стали БОЛЕЕ ЛИЧНОСТНО относиться к своим доктринам. Общинные формы культа, ритуалов, «внешняя алхимия» уступают место индивидуальным практикам.
Для обретения Освобождения теперь считается важным не только религиозная практика, но, например, и нравственное самосовершенствование. Многие религиозные общины начинают оказывать нуждающимся бесплатную медицинскую помощь и заниматься благотворительностью.
По всей Поднебесной живет и проповедует множество великих учителей. Под влиянием их проповедей китайцы берутся исправлять свою повседневную жизнь и реформировать жизнь религиозную.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Пепел империй"
Книги похожие на "Пепел империй" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Илья Стогов - Пепел империй"
Отзывы читателей о книге "Пепел империй", комментарии и мнения людей о произведении.