Антон Первушин - Война по понедельникам (сборник)

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Война по понедельникам (сборник)"
Описание и краткое содержание "Война по понедельникам (сборник)" читать бесплатно онлайн.
Странный подземный мир Пеллюсидар.
Здесь реальность длится ровно сутки — а потом наступает реальность ИНАЯ.
Здесь за ночь меняется ВСЕ — согласно капризу правителя, именуемого Великим Муравьем.
Здесь есть все — кроме свободы.
Потому что СВОБОДА в Пеллюсидаре — удел горстки стоящих вне закона «чужаков», зовущих себя Витязями.
Их трудная, грязная, кровавая работа — бороться со Злом, которого слишком много в вечно изменяющемся Пеллюсидаре...
— Мне лестно, — признался Вячеслав. — Продолжай в том же духе — суд это учтет.
— Вот-вот, сначала: «суд это учтет», а потом выдашь по полной программе: какой я плохой, какой я сякой. Дроблю реальности, не проводя референдума; сталкиваю миры, не подумав о последствиях; порчу девок, не испросив на то твоего персонального согласия. Давай. Начинай.
— О дроблении реальностей и порче девок мы поговорим в другой раз. А сейчас, если ты все-таки настаиваешь на беспристрастном судилище, я выступлю в привычном амплуа ходячей совести и спрошу: что сделал ты с КОЗАПом?..
— Как ты сказал? — Вячеслав-прим изобразил недоумение. — КО-ЗАП?
— Корпус Защиты Понедельников.
— А-а, ты этих коммунистических проходимцев, оказывается, имеешь в виду. А то я успел испугаться, что совершил нечто такое, о чем и сам не помню…
— Короче, твоя работа?
— Допустим, моя. Но даже в таком случае неужели у тебя найдется чем меня попрекнуть?
— Значит, твоя?
— Зануда ты, товарищ Красев. Не найти для беседы темы повеселей?
— Ответь честно.
Вячеслав-прим вздохнул.
— Я не понимаю, Слава, чего ты о них так печешься? Они изначально были обречены. Хотя, конечно, об этом не догадывались. Время при всей своей податливости не терпит насильственного обращения с собой, не тебе это объяснять. И чем дольше они занимались бредовой игрой в защиту понедельников, тем быстрее приближали свой собственный конец. И я надеюсь — я не знаю, что там с ними произошло, — но надеюсь, они получили по заслугам. И теперь уж точно прослежу за тем, чтобы подобное явление никогда не повторилось.
— С какой непринужденностью ты об этом говоришь. Ведь это были люди, Вячеслав, сотни тысяч, миллионы живых людей. А теперь их нет.
— Люди?! — Вячеслав-прим даже привстал, уронив том энциклопедии на пол. — После всего ты еще называешь их людьми? Ты что, никогда ничего не слышал о методах Корпуса?..
«Да, и не только слышал, но и видел, испытал на собственной шкуре», — думал Вячеслав, наблюдая, как наливается кровью праведного гнева лицо двойника.
Промелькнуло, трепеща, ожившее воспоминание. Вернулась на долю секунды, как при приступе дежа вю, вся совокупность давних ощущений: свобода, веселость, азарт, когда невыносимо захотелось чисто мальчишеской выходки, придуманной и лелеемой с момента прочтения «Архипелага ГУЛАГ», проснулось желание сыграть пару циничных (тогда он не понимал, насколько циничных) шуток с забитыми обывателями, не сумевшими противостоять террору (помните, наверное, этот знаменитый конъюнктив: «Если БЫ во времена массовых посадок, например, в Ленинграде, когда сажали четверть города, люди БЫ не сидели по своим норкам, млея от ужаса при каждом хлопке парадной двери и шагах на лестнице, — а поняли БЫ, что терять им уже дальше нечего, и в своих передних бодро БЫ делали засады по несколько человек с топорами, молотками, кочергами, с чем придется? Органы быстро БЫ не досчитались сотрудников и подвижного состава, и несмотря на всю жажду Сталина, остановилась БЫ проклятая машина!»).
И ведь какая же ты все-таки был тогда скотина: пошел на это, твердо зная, что ничего тебе не грозит — даже девять граммов свинца в затылок не страшны, разве что в плане острой, но непродолжительной боли. И не задумался хотя бы на минуту, а что грозит тем, с кем решил ты сыграть злую циничную шутку?
Не задумался…
А суть шутки заключалась в следующем. Отправляется новоиспеченный путешественник по времени в сорок девятый, скажем, год. Берет в Москве билет до Владивостока и, расположившись в купе идущего через всю страну поезда, быстренько знакомится с пассажирами и, не хмурясь, не оглядываясь через плечо и ничуть не понижая голоса, начинает травить забористые анекдоты из жизни Сталина и компании.
Ты даже не подумал тогда, что тебя вполне могут принять за сексота-провокатора, и тут же легко, без малейших угрызений совести заложить — и что в таком случае станется с твоим удовлетворением от изобретательно сконструированной хохмы?
Тебе очень хотелось посмотреть на то, как вытянутся лица попутчиков — нет, какая ты все-таки был скотина, нашел удовольствие — наслаждаться чужим страхом. И ведь почти шагнул за эту черту, предвкушал уже эмоциональный подъем, возбуждение от осознания себя Повелителем Миров, Олимпийским Божеством, стоящим над людьми, над моралью, над любой авторитарнейшей властью. Но вмешался Корпус, и это остановило тебя.
…Он купил билет, устроился в купе, он дождался, когда попутчики сначала робко, затем увереннее начали знакомиться друг с другом. Завязался уже скучный разговор о каком-то прокатном стане и социалистических обязательствах, и Вячеслав открыл было рот, чтобы наконец всласть повеселиться, как вдруг дверь купе рывком отъехала в сторону, и очередь, выпущенная без прицела из ручного пулемета, швырнула, разбросала пассажиров; и в ту же секунду мир вокруг — Вячеслав воспринимал это сквозь пелену болевого шока — стал сминаться, скручиваться в жгут; и поплыли, обесцвечиваясь на глазах, углы измерений; и солнечный свет за окнами вагона померк и скоро погас совсем. Кто-то успел пронзительно крикнуть, но крик этот неожиданно огрубел, растянулся тягуче и басовито, как голос певца на пластинке, если остановить проигрываемый диск.
Из переделки Вячеслава вытащила Нормаль. Так Красев познакомился с Темной Стороной Времени. Так он познакомился с тактикой Корпуса.
А тактика была проста и даже изящна в своей простоте. Вячеслав-прим очень правильно заметил: «Время при всей своей податливости не терпит насилия». Потому достаточно решительным способом устранить в момент образования новой реальности причину, благодаря которой новая реальность получила шанс реализоваться, как Время само собой отторгнет новообразовавшуюся альветвь в пустоту и мрак Темной Стороны. Два лика Времени, два свойства: легко порождать новые реальности и так же легко убивать их. Хронос, пожирающий своих детей.
Понятно, что для выполнения подобной задачи Корпусу требуются смертники — заведомые камикадзе, которые умеют только убивать и умирать вместе со своими жертвами, которых легко отправить умирать во имя Идеи. И Корпус воспитывал таких людей; целую школу Корректоров для этого организовал.
Да, тактика была проста и даже изящна.
— …Семьдесят лет, — красноречиво разглагольствовал между тем двойник, — семьдесят лет они истребляли свой собственный народ; семьдесят лет занимались производством дерьма и производством дерьма в квадрате; породили самое бездуховное общество в мире, и вместо того чтобы успокоиться наконец, с энтузиазмом некрофилов занялись защитой этого своего квадратного дерьма от каких-либо посягательств. Организовали для этого целый Корпус, воспитали миллион киборгов, не заметив даже, с какой легкостью докатились в славном этом деле до примитивного фашизма. И после всего этого ты приходишь ко мне и, рыдая в голос, призываешь поплакаться и покаяться, пожалеть эту банду? А они кого-нибудь когда-нибудь жалели? Знаешь, Вячеслав, раньше я не понимал фразеологического оборота «интеллигентские сопли». А сегодня, после твоих заявок, начинаю понимать.
— Я знаю, как ты до них добрался, — сообщил Красев бесстрастно, словно его и не касалось вдохновенное обращение Вячеслава-прим. — Я сам обдумывал такую возможность. Чисто теоретически, конечно. При наших с тобой способностях подобный план вполне осуществим… Кстати, давно хотел тебя спросить: когда ты обращаешься к своему нормализованному подсознанию, какое имя ты используешь?
— Нормаль, — не стал скрывать двойник, хотя и несколько обиженный невниманием к его патетическому монологу, — а что?
— И в этом, как того следовало ожидать, мы с тобой совпадаем… Так вот, пришла мне в голову с час назад интересная мысль. Если я сумел до такого вполне законченного плана низвержения Корпуса додуматься, то тебе сам бог велел. А принципиальная разница между нами в том, что я только обдумываю подобные идеи, ты же — всегда готов действовать.
— А что за план? — жадно поинтересовался Вячеслав-прим.
— Ну-ну, продолжаем, значит, наши игры? — Красев старался изобразить сарказм, но не слишком хорошо это у него получилось. — Ты ведь наверняка понимаешь, что я имею в виду. Ну бог с тобой, иначе мы тут просидим столетие, переливая из пустого в порожнее. А план прост. Если нельзя никак «добраться» до КОЗАП из основного вектора; значит, нужно зайти с другой стороны — через «Эталон»…
— Через «Эталон»? Любопытно.
— Может быть, ты еще и не знаешь, что это такое? Ладно, расскажу. Как известно, Большой Компьютер Корпуса прослеживает состояние понедельников контролируемого вектора, сравнивая их с состояниями в особой эталонной реальности, после чего, интерполируя положения изменений вектора, выдает указания сектору коррекции. Изменив состояние эталона, описывающего некий ключевой момент истории Корпуса, ты таким образом заставил БК заслать корректоров в основной вектор и в результате Корпус уничтожил сам себя. Далее все происходит быстро и красиво: Корпус рассыпается в пыль, вектор дробится, ты победил, справедливость торжествует, благодарные потомки и так далее и тому подобное. Так все было?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Война по понедельникам (сборник)"
Книги похожие на "Война по понедельникам (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Антон Первушин - Война по понедельникам (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Война по понедельникам (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.