Иван Седов - Оригами. Ничто не бывает случайно!
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Оригами. Ничто не бывает случайно!"
Описание и краткое содержание "Оригами. Ничто не бывает случайно!" читать бесплатно онлайн.
То, что мы испытываем и чем дышим каждый взрослый день – рутина; все, что мы воплощаем в течение дней свыше, – бутафория судьбы. Мы все в минимальной или более степени даны друг другу, чтобы как-то повлиять на дальнейший ход мыслей, жизни, целей. Каждое наше действие порой принципиально меняет намеченный маршрут на день, каждая встреча вводит нас в различные эмоции, также влияя на дальнейшую судьбу дня, недели, месяца и лет.
Доверил бы ее улыбке жизнь свою переменить?
Искра
Из глаз. Из фраз ораторов. Из-под скрипящих колес старых башенных часов на площади. Та, что отправляет в небо салюты в честь главных праздников города, а может, те, что упорным трудом добывали на протяжении лет в пещерах древние потомки?
– «Совершенно нет».
Разве что способно затмить ту искру, что в нас разжигает любовь? В наполненные метаниями, резкими движениями и напряженным дыханием ночи невозможно спокойно лежать даже на самой удобной подушке. А за миг, когда ваши взгляды совпали, держишься до самого утра, страстно желая повторить его.
– «Во всем прочем, эта история не о прошедшем дне».
«И способен ли вообще этот самолет взлететь? Благополучно приземлиться…» – спрашивал я себя в четыре часа ночи, потеряв всякий сон и последнюю надежду заснуть, поднимая в руках оставленный незнакомкой бумажный самолетик. Так и не ответив себе, я отправил его в стену. «О, приземлился. Ну теперь не взлетит. А, к черту!».
Через пару часов очередная утренняя чашка кофе, новоиспеченная шутка Скотта, нетленная лысина Ларри. Не желаемая никем поездка на Браун Стрит, ставшая родной столовая на Пампл с пловом Чарли и множество безответных вопросов. А в сознании моем витает белый мотылек, стремящийся полететь прочь от клетки, яркого света, пророчащего притяжение всех остальных мотыльков. И даже если вопреки законам природы его замыслу суждено сбыться, никто даже ресницей не моргнет, услышав ничтожную весть о том, что мотылек не покорился неписанной истине. Другое дело – человек. Представитель пролетариата, работник мыслей, превращающий безжизненные полотна в произведения искусства, сойдя с нужного поворота системы, мнит себя творцом революции! И континенты блещут овациями, история вписывает его инициалы в свои бескрайние страницы! А я допил утренний кофе и вышел на улицу.
Осенний ветер норовил растрепать и без того ленивою рукой уложенные волосы. Больше всего мне не хотелось вновь поехать на Браун Стрит и на весь день окунуться в криминальную струю, с коей ничто меня не роднило. Нет, в детстве было интересно читать старые детективы или с такими же сорванцами лазить, куда бы нормальный ребенок посмотреть бы боялся, и представлять себя победителем всех дворовых опасностей! Впрочем, матушка отреагировала бы ровно также, как и в мои детские года. Благо, от обязанности носить закрывающие уши шапки я успешно избавился.
Все-таки полезно иногда импровизировать. Да, я, заспанный удрученный флегматик, это подметил, вы не ослышались! Владея запасом времени ровно в четырнадцать минут, по пути на работу я прокатился вниз до Соул Стрит, известной теми самыми круассанами, и захватил своим доходягам по плюшке. И даже придумал на то шутку про Чарли, уж очень он, черт возьми, похож на промасленную пышущую жаром мясную плюшку! И подхваченный осенним ветром, несущим меня вперед, достиг любимой лишь в день зарплаты, менее любимой в день аванса, родной мастерской. Кстати, интересно сейчас расспросить бы Скотта, что же Ларри ему возразил на вчерашний рапорт о нашем тупике.
«Внимание, три… два…» – (шепотом отсчитал я, переступив порог мастерской).
– О, Лаз! Ты сегодня свежее чем обычно! Тебя постирали? – не уступая никогда в пунктуальности и изощренности приветствия никому, обнял меня Скотт.
– Старина! Ты как всегда в своем духе! Приветствую, рад видеть! – радушно похлопал я Скотта по плечу.
– Взаимно! О, это мне?
– Не Ларри же!
– Мм, те самые, с лавки на Соул! Сегодня ты уже заслужил мою любовь! Тогда предлагаю срочно освоить эти кулинарные шедевры, пока Чарли не добрался до нас.
– Ну как тут отказать, а! Кстати, что с ним?
– У меня есть две версии.
– Давай с плохой.
– Он помирился с женой. И либо она забрала его машину, либо его самого вместе с совестью, и поэтому он прибудет на восточном экспрессе до станции, оттуда наверх по Памплу пешком взгромоздит наеденное за плотным завтраком пузо, и распахнет наши двери, когда Ларри будет уже рвать и метать все подручное.
– Что мы имеем с хорошей стороны?
– Он поругался с женой.
– Тогда его пузо должно иметь причину на опоздание.
– Точно! Предполагаю, он выехал, забыв надеть подтяжки…
– Ха, вернулся домой, там злая жена…
– Именно, вернулся на Пампл, а там уже пробка!
– Хуже, если сегодня на Пампл вышли бастовать рабочие Северного вокзала.
– Ну-ка, Скотти, просвети меня, отстал нынче от курса последних городских событий.
– Все то же, что и пять лет назад у рудников за Западной окраиной Роджерса. Задержки выплат, сокращения, клопы в матрасах, отсутствие мяса в щах…
– Дай угадаю, еще ненормированный рабочий день и табак втридорога?
– Да-да-да…
– Если этот лысый черт задержит нам аванс, будем иметь такую же участь.
– Меланхолия от Лаза. Точно, удручающе и никогда не поддержит!
– Даже не поспоришь, старина. – с улыбкой я вздохнул, заканчивая доедать последний, и от этого самый вкусный круассан.
Конечно же, в этот момент распахнулись широко двери мастерской, и влетел запыхавшийся Чарли.
– Я не опоздал? Ларри уже здесь?!
– Куда не опоздал? – с мировым спокойствием спросил Скотт, цивильно дожевывая завтрак.
– Ну на работу естественно! – нервно отозвался Чарли, вытирающий пот со лба.
– Какую работу? Тебя уволили еще час назад.
Холодок пробежал от затылка до пяток нашего толстого недоумевающего друга. И правда, еще чуть-чуть, и Чарли буквально бы оледенел, но Скотт начал тихонько посмеиваться.
– Да расслабься, старина, Ларри нет, ты здесь! – Идиллия!
– Аллилуйя, черт побери!
– Правда, одна плохая новость у нас для тебя все же есть… – подыгрывая Скотту, сказал я Чарли.
Снова наш успешно начавший день толстячок напрягся.
– Круассаны так до твоего прихода и не дожили, ха!
Скосила выражение лица Чарли очень приплюснутая злорадная улыбка, будто бульдогу наступил на хвост маленький мальчик, и ему не больно, не смешно и нелепо.
– А черт с вами! В обед наверстаем! – вдруг сменился на позитивную волну наш бульдог, – Какие будут указания?
– Прогревай мотор, старина! Едем на Браун, оттуда на обед, далее на ковер к Ларри, но сначала мы с Лазом за авансом. Ты с нами?
– Ого, сегодня ж мы станем любимы бухгалтерами! Конечно с вами, нужно же мириться сегодня с женой.
Мы со Скоттом понимающе переглянулись, мол, что и требовалось доказать. Через 15 минут карманы наших рубашек заветно полнились, мы размещали наши зады в плоскости «Бьюика» Чарли. Скотт медленно докуривал, опершись локтем о капот, ветер развевал ему галстук. Такая драматическая картина перед триллером, что вновь ожидал нас на Браун менее чем через час. Наконец, Чарли запустил двигатель, и мы двинулись в путь.
Искра. При зажигании спичек. При горении бенгальских огней в канун Рождества под звон пенящихся фужеров.
– «Да нет же! Совершенно нет!»
Не сравнится по яркости своей ни одна искра с той, что возникает между людьми. Та, что способна освещать стадионы, не вызовет и робкий холодок стеснения между людьми, еще не знакомыми, но чувствующими взаимные взгляды на себе. Когда Чарли распластывается аки барин на водительском сиденье, набивает сполна щеки арахисом и возмущенно пялится на тебя, мол, что в этом такого, ты волей-неволей испытываешь холодок стеснения. И когда тебе оставляют бумажную поделку вместо встречи, пробегает холод стеснения. Вдобавок это еще и бесит! Черт подери тот случай у городского фонтана, который мне непременно еще предстоит разгадать! Замаячили на горизонте узнаваемые кирпичные дома, что вот-вот сменятся на двухэтажные Браунинские.
Вот мне всегда было интересно, кто и как придумывал эти чертовы нелепые названия? Почему улица Браун? Там что, проблемы с канализацией, и от этого вся улица стала Браун? Или раньше был там гетто-квартал с выходцами из Африки? Хорошо, почему Соул Стрит? Что в ней такого «душевного», кроме круассанов? Но больше всего меня забавляет в нашем городке переулок Safety, который ну никак не соответствует своему громогласному имени! Ну никто еще, чувствуя защищенность, по этому переулку не проходил! Тот берет свое начало у Южного моста, и для многих искателей полуночных приключений начало этой улицы становится ее концом! Все же, мы втроем надеялись, что сегодня Браун Стрит не станет нашим концом. Ибо Чарли нужно было мириться с женой, Скотту спешить после работы за подарком Марго, а мне разгадывать головоломку. Звук накатанной бетонной колеи сменился на жесткую брусчатку, мы минули разъезд на Браун. Завиднелся конец улицы с путаницей номеров домов в паутине криминальных событий.
На секунду мне показалось, что асфальт стал холоднее и жестче, а лица пешеходов смотрели недружелюбно на хрипящий «Бьюик». Это ощущение подтверждалось напрягающим звуком перестукивания: то ли у Скотта стучали зубы, то ли Чарли забыл смазать свои суставы. Впрочем, в этот момент все мы втроем с радостью смазали душу градусным напитком, прежде чем снова лезть к ищейкам. Наконец, мы припарковались, и еще не выйдя из машины, мы со Скоттом закурили. В этот раз Чарли даже слова ни сказал.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Оригами. Ничто не бывает случайно!"
Книги похожие на "Оригами. Ничто не бывает случайно!" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иван Седов - Оригами. Ничто не бывает случайно!"
Отзывы читателей о книге "Оригами. Ничто не бывает случайно!", комментарии и мнения людей о произведении.