Елена Ительсон - Философия чашки (сборник)

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Философия чашки (сборник)"
Описание и краткое содержание "Философия чашки (сборник)" читать бесплатно онлайн.
Книга Елены Ительсон – это творчество истинно интеллигентного, тонко чувствующего человека. Настолько тонко, что порой становится страшно за автора. Она живет в этом материальном мире, чувствуя невидимое, солидаризируясь в чувствах и переживаниях со всеми живыми существами (людьми, животными), окружающими ее. Эта книга может пробудить в нас доброе, растревожить нашу душу. Рассказы Елены напоминают каждому: не надо ранить неосторожным словом или равнодушием никого в этом мире, и если все будут жить по этим принципам, то мир будет прекрасен…
Издатель Э. Ракитская, член Союзов писателей Москвы и Иерусалима.
«Вот сейчас придет Мама, вот сейчас придет Мама… – думал Боря, – И все закончится. И Юленька от меня отстанет».
Пришла Мама. Уставшая. Побрела на кухню. Спросила удивленно:
– Боря! Чего же ты не накормил Юленьку картошкой?
А потом к Юле:
– Ну, как вы себя чувствуете, Юленька?
И Юленькино смущенное:
– Хорошо…
И Борина мысль: «Нет, никак ее не выгнать, даже Мама этого сделать не может…».
Юленька начала есть картошку, заверещала:
– Я, между прочим, с дороги, а вы даже не спрашиваете, как поживает моя диссертация! Подай, пожалуйста, Боренька, соли!
Он уже «кричал», он уже рвался наружу, он лез в форточку за своим сигаретным дымом: «Зачем я ее впустил? Она опять «вопьется» в меня. Опять. Опять…». Вода закапала в ванной.
– Юленька, вы кран плохо закрыли, – сделала Борина Мама замечание.
– А я вообще подумаю, стоит ли мне приезжать сюда, – встрепенулась Юля.
Боря перескочил через назревающий скандал:
– Мама. Ты знаешь, кого я сегодня встретил?
– Юрика? Эдюню? – начала угадывать Мама.
«Наташу… Вот сейчас так и скажу: Наташу!» – подумал Боря, рассматривая свое отражение в дверном стекле. Он действительно видел сегодня Наташу, когда бегал за сигаретами. Наташа хотела пройти мимо, но вдруг остановилась и словно остолбенела.
«Боря! Я думала, ты уже в Москве!» – это было написано на ее лице. Он хотел броситься к ней, все объяснить, что вот сегодня он встретит Юлю, встретит и тут же выпроводит ее обратно. А потом. А потом… Он возьмет Наташу, и они вместе пойдут… Нет, не в ЗАГС, конечно, но хотя бы в кино. Домой-то нельзя: Мама-то ждёт Юленьку… Он ничего не сказал и закурил. Наташа отвернулась и пошла дальше, будто ничего не произошло.
– Ну так кого же ты встретил? – спросила Мама, когда Боря задышал все дверное стекло.
«Наташу, вот сейчас действительно скажу: Наташу!», – подумал Боря и закричал:
– Ну, отстань, ма-ма! Нельзя же понимать все так буквально! Ну, встретил и встретил! Мишку-алкоголика встретил! Давно не видел! Поняла?
– Поняла, – тихо сказала Мама и развернула газету. – А что ты не ешь ничего?
– Я тоже ничего не ем, – Юленька отодвинула тарелку. – Невкусно у вас. Моя Мама лучше готовит. Боренька, во сколько мы завтра идем заявление подавать?
– А во сколько ЗАГС открывается? – вяло спросил Боря.
– А что же ты не узнал? Сидел, сидел и позвонить не мог. Ждал, видите ли, меня! Мне же надо сейчас Мамочке позвонить, сказать, во сколько мы пойдем.
«А что, твоя Мамочка вылетит в Ленинград?» – подумал Боря и вспомнил Наташу.
– Мама, мой костюм готов? – спросил он.
– Готов, – сказала Мама. – Я пошла спать. Мне завтра рано вставать. У меня отчет.
Юленька стала немыслимо причесывать свои волосы и спрашивать:
– Мне как лучше, Боренька: так или так?
Он вяло кивал и вспоминал Наташу. Наташа вроде бы подстриглась. После того, как они расстались. После того, как Боря сказал, что он уезжает в Москву. «Наташа как мышка, – подумал он. – Принесёт книгу или журнал, тихо даст мне, сказав только: прочитай – может быть, понравится… И никогда не лезет ни в ванную, ни на кухню, ни в ЗАГС».
– Боренька, так мне лучше или так? – уже совсем перекрутила Юленька свои волосы.
– Ты знаешь… – начал Боря.
Он хотел сказать, что незачем идти в ЗАГС, что все развалилось, что, может быть, лучше было бы Юленьке выйти замуж за москвича, чтобы жить поближе к Мамочке… – Он всё это хотел сказать, но молчал и поперхнулся.
– Ну-ну, милый, что ты хотел сказать? – выдавливала из него Юленька любовь.
– Я хотел сказать, что… Люблю тебя, Юленька.
– Ну вот, – Юленька успокоилась. – Только потолки надо побелить: никуда не годны. Сколько лет ремонта не было?
– Десять.
– Вот видишь…
За стеной вздыхала Мама.
Боренька уже видел умных лобастых детей. Юленькиных детей. Всё было окончательно решено.
Чашка с бледным недопитым чаем стояла на тумбе. Юленькина чашка.
«Потом я научу его заваривать чай», – думала Юленька.
«Потом она будет допивать у меня любой чай», – мечтал Боря.
«Потом я оставлю его, как этот недопитый чай», – решила Юленька.
1990Шарф
Успеть приблизиться к щеке, пока не начался дождь, пока лето выпустило солнце.
Успеть потереться о смородиновое ухо (весь день собирали ягоды и пропахли ими).
Лица людей навытяжку: все отвыкли от влюбленных. Или они попадаются в стае: раз, два… и…
Обчелся.
Этих мгновений было два в моей жизни. Два. Когда нужно было решать. Когда можно было решить. И тогда громада яблонь не отсвечивала бы на моем лице, и я сидела бы в ленфильмовском буфетике, жуя салат…
Нет, нет, не торопите, я знаю, что вся моя жизнь прошла на ваших глазах, и всех моих немногочисленных поклонников вы видели.
…Я не решилась тогда, в темном метро, когда губы его уже прошептали «люблю». Я знала, что он любит другую. Я видела эти очертания той, другой. Нам было по пути. Он пошел провожать. «Темно, мне не страшно…» – шептала я, боясь, что он кинется на меня, а за спиной стояла та, другая.
…Встретились через 10 лет в буфете, брякнулись обручальными кольцами, раскланялись.
Я встала тогда, в буфете, чтобы пойти за ним. Я уже видела, как он вздрогнул. Обернулась – нет его.
…А ну-ка еще раз, если мы встретимся в гостях у каких-нибудь общих знакомых, откуда можно будет пойти вместе хотя бы до метро…
«Ну-ну…» – думаю я и огорчаюсь: нет, в гости со мной увяжется муж.
Он не любит ходить в гости, но тут, видно, почувствует что-то неладное и увяжется.
Весь вечер я буду на подъеме. Мы выйдем на кухню. Хозяйка благосклонно запрет дверь кухни:
– Курите, девочки! Курите, мальчики!
– Что ты тогда убежал из буфета? – это спрошу я. Я не боюсь спрашивать первой.
– Из буфета? Когда?.. Не помню, не помню… – забормочет он, поглаживая свое кольцо. – А ты вообще где сейчас?
В коридоре протопает муж и осторожно спросит у хозяйки, показывая на кухонную дверь:
– Там у вас курят?
– Нет, курят в коридоре, – ответит хозяйка и еще шире расправит плечи, загораживая нас (Я люблю таких хозяек: они вносят разнообразие в семейный быт и обычно помогают не разрушить, но встряхнуть семью).
– Где я сейчас? Все там же, – отвечу я, хотя тогда, в метро, я еще училась в школе и была не там. И знал ли он что-нибудь обо мне тогда, кроме того, что он хотел меня?
– Ну ладно. Я пойду жене позвоню.
– Дзинь-дзинь-дзинь… – это в кухне на висящем тайваньском аппарате отдается семь дзиней.
И знаю я, что он скажет, что здесь заскучал. И придет через час и будет долго собираться, расчесываться.
А я, стоя в прихожей, вдруг увижу, что он не тот: он мил, воспитан, ухожен, и страсть улеглась и ушла в любовь к жене, к ребенку.
– Ну, мы идем? – это спросит муж, всегда готовый уйти из любых гостей.
– Идем… – и мы прошагаем вместе: я в окружении двоих дымящих сигаретами мужчин.
– Я сегодня даже не пил, – скажет муж.
Мы пройдем по улице Первой.
– Улица Первая, – прочитаю я вслух.
– Что? – встрепенутся они оба.
– Я здесь любила.
– Кого? – спросит муж.
– Кого-нибудь. Он был высок, смугл, и ладони его пахли сирийским одеколоном.
– Бред! – скажет муж, – вечно ты что-нибудь выдумаешь!
Втроем мы войдем в метро, проходя мимо любопытных старушек. И там я спрошу:
– Нам опять в одну сторону?
– Опять? – ты удивишься. – Почему опять?
Я махну рукой:
– Ну, как тогда.
– Ничего не помню.
– Ну, пока. Еще на пять лет.
– До свидания, – вежливо откланяется мой муж и ничего не спросит: он привык ни о чем не расспрашивать.
И легкий мужской плащ, привезенный из экзотической страны, прошелестит мимо.
– А знаешь, мы когда-то вместе ходили в студию… – я прижмусь к плечу мужа.
– Не засни только. Нам через остановку выходить. – Муж поцелует меня в мочку уха.
…А как тогда все ликовало:
– Лика, Лика, будь моей! Твои волосы, Лика, как шелковые паутины. Лика, Лика. Мне нет жизни без тебя!
Мы ехали в старом вагоне метро с мягкими креслами. И я вспомнила тогда про зачет по геометрии, про невычерченные сечения.
– Я сделаю, я сделаю тебе сечения, – ты глотал воздух, – только будь моей!
– Ну, не надо, не сейчас. Потом. После. Когда я сдам зачет.
Потом грипп и глухие разговоры со стенкой шкафа:
– Ты просишь меня стать твоей. Ты понимаешь, я тебя не знаю. Не знаю, вдруг ты подлый человек. Я ведь школьница, школьница, – я показываю шкафу руки, испачканные мифическими чернилами. – Вот погоди, давай, я закончу школу, – я внимательно вглядываюсь в шкаф, – а там посмотрим.
…В тот день я только встала после гриппа, оделась, натянула новый самодельный шарф и побежала в студию.
Там, в перерыве, в полутемном коридоре, он представлял свою жену.
– Жена… – удивленно тянули вышедшие передохнуть студийцы.
Он женился первый.
– Ну, что твой зачет? – спросил он.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Философия чашки (сборник)"
Книги похожие на "Философия чашки (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Елена Ительсон - Философия чашки (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Философия чашки (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.