Юрий Поляков - Треугольная жизнь (сборник)

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Треугольная жизнь (сборник)"
Описание и краткое содержание "Треугольная жизнь (сборник)" читать бесплатно онлайн.
В романах «Замыслил я побег…» и «Грибной царь» и повести «Возвращение блудного мужа» Юрий Поляков так подробно разбирает затейливый механизм, который принято называть многозначным словом «семья», будто пытается сообщить нам некую тайну, которая одним поможет семью спасти, а другим – вообще уберечься от брака.
Вслед за автором и вместе с ним мы вновь и вновь переживаем драмы и трагедии, которые выпали на долю его героев. Ну и, конечно, смеемся. Над наивностью и ограниченностью; над себялюбием и воздушными замками; над тем, что нам особенно дорого, – над самими собой.
В своеобразном «семейном цикле» от Юрия Полякова, как водится, присутствуют все характерные для его прозы качества: захватывающий сюжет, искрометный юмор и эротическая дерзость.
– Сколько? – обычно спрашивал он, имея в виду количественный показатель свидания.
– Не считал! – значительно ответствовал Олег.
– Да ты что?
– Честно!
– Слушай, давай я тебя с одной моей официанткой познакомлю – ее вся Казанская железная дорога удовлетворить не может!
Но однажды родители все-таки дождались его возвращения. Мать нервно вязала, стуча спицами, а отец играл желваками, как Шукшин в «Калине красной», и курил папиросу в комнате, хотя обычно выходил для этого на лестничную клетку.
– Ну и как ее зовут? – спросила Людмила Константиновна.
– Оксана. Мы, наверное, поженимся, когда мне восемнадцать исполнится…
– Не рановато? – усмехнулась мать.
– Женилка выросла? – сурово поинтересовался Труд Валентинович. – Когда тебе восемнадцать исполнится, ты не в загс, а в армию у меня пойдешь, засранец, Родину защищать! Может, поумнеешь за два года. Хватит того, что ты из-за нее в институт провалился!
– Это не из-за нее…
– А из-за кого – из-за него? – Отец настойчиво углублял тему топографического низа.
– Где она работает? – продолжила мать перекрестный допрос.
– На «Трехгорке».
– Москвичка?
– Не совсем.
– Ясно – лимитчица, – определил Труд Валентинович.
– Ты больше с ней встречаться не будешь! – объявила мать таким тоном, каким обычно сообщала посетителям, что высокое начальство не примет их ни сегодня, ни в обозримом будущем.
– Буду! – огрызнулся Олег.
– Что-о-о? – взревел Труд Валентинович, расстегивая ремень. – Мы из него человека с высшим образованием хотели сделать, а он из-за какой-то давалки… Эх ты, бабашка!
– Она не давалка!
– Тем более!
Порки не получилось по причине буйного несогласия воспитуемого с такой непедагогической мерой воздействия. На грохот упавшей этажерки и крики Людмилы Константиновны сбежался Дмитрий Сергеевич. Он и оттащил разъяренного, побагровевшего Труда Валентиновича от Олега.
– Убирайся отсюда! – орал отец, вырываясь.
– Это и мой дом! – всхлипывал Башмаков, потирая помятую шею.
– Твои одни только сопли!
Олег хлопнул дверью так, что домик, выстроенный давным-давно, содрогнулся вековой штукатуркой. Ночевал он на Ярославском вокзале, где до рассвета рассказывал свою печальную историю какому-то командированному, который тоже грустно поведал про утраченный чемодан с совершенно новой пижамой:
– И ведь глаз с него не сводил… Только задумался на минуточку!
На следующий день Башмаков – без эскимо – встретил Оксану возле проходной и объяснил, что подрался с отцом и ушел из дому.
– Из-за меня? – восхитилась она.
– Из-за института.
– Значит, из-за меня. Горе ты мое! Ну, поехали в общагу – Нюрка как раз в деревню за салом отвалила.
Оксана отвлекла дежурную легким скандальцем, и Олег проскользнул мимо поста. Стены комнатки были заклеены портретами Муслима Магомаева, Евгения Мартынова и Анны Герман, вырезанными из журналов. На веревке, натянутой наискосок, сушились женские мелочи. На столе лежала записка:
«Харчо я доела, а котлеты остались тебе. Н.».
Олег насчитал две орфографические и одну синтаксическую ошибки.
В ту ночь Оксана была готова, казалось, на все, но Башмаков проявил удивившую ее сдержанность и лег спать на Нюркину кровать.
– Ты чего? – удивилась она.
– Мужу твоему ничего не останется.
– А ты передумал жениться, что ли?
– Нет, не передумал.
Большой знаток жизни, сосед Дмитрий Сергеевич как-то сообщил Олегу, будто «нераспечатанные» подружки, которым девственность служит чем-то вроде пояса верности, обычно дожидаются парней из армии, а, соответственно, «распечатанные» пускаются во все тяжкие.
– У меня вот одна официантка, целехонькая, парня три года с флота ждала. Никого к себе не подпустила.
Когда Олег через два дня вернулся домой, испуганные родители мудро и дальновидно сняли свои требования и настояли лишь на том, что все разговоры о женитьбе откладываются до возвращения из армии. Сейчас смешно даже вспоминать, но в ту пору он совершенно серьезно воображал, как придет из армии, возможно, даже с орденом, как они поженятся, вместе поступят в институт, и он приучит свою молодую жену читать книжки.
Отец устроил Олега к себе в типографию курьером. Зарплата была маленькая, а носиться на своих двоих по всей Москве приходилось с утра до вечера. Зато пошел трудовой стаж, да и на любовное томление, как рассудили мудрые родители, сил поменьше оставалось. В апреле Олег с разрешения матери пригласил Оксану на свой день рожденья, фактически совпавший с проводами в армию. Народу собралось много: несколько школьных друзей, взиравших на Оксану с определенным недоумением, соседи по коммуналке. Приехала из Егорьевска бабушка Евдокия Сидоровна, отцова мать. Людмила Константиновна была внешне дружелюбна, даже беседовала с Оксаной о состоянии текстильной промышленности, но лицо ее при этом выражало следующее: «Если случится невозможное и эта лимитчица станет моей невесткой, я приму цианистый калий – и никакой помощи от меня не ждите!»
А бабушке Дуне, напротив, Оксана понравилась, и она радостно делилась с соседями:
– Справная деваха. Телистая. Повезло Олежке!
Дмитрий Сергеевич опоздал, но принес из вагона-ресторана кастрюлю затвердевших эскалопов и разглядывал Оксану с настойчивым интересом. А выпив, даже стал зазывать ее к себе на работу, живописуя железнодорожную романтику и красоты Транссибирской магистрали. Отец был в веселом расположении духа, соорудил из старой наволочки макет армейской портянки и учил сына наворачивать ее на ногу. Они окончательно помирились, и Труд Валентинович под большим секретом, выведя сына на лестничную клетку, рассказал, что в 52-м, до женитьбы, у него тоже была ткачиха, раскосая татарочка – Флюра:
– Девка непродолбенная!
Потом Олег поехал провожать свою основательно захмелевшую возлюбленную. Они всю дорогу буйно целовались под неодобрительными взглядами прохожих, а когда добрались до общежития, Оксана сунула дежурной трешку и буквально силой затащила Олега к себе. Сонную Нюрку, в ужасе закрывающую руками зеленые бигуди, она буквально вытолкнула из комнаты. Едва заперев дверь, Оксана прямо-таки набросилась на смятенного призывника.
– Зачем?! – отбивался он.
– Чтоб ты меня не забыл, дурында ты правильная! – Она стала торопливо расстегивать башмаковские брюки, горячо дыша ему в лицо выпивкой и закуской.
И он решился… Но, увы, – его неопытное вожделение тут же бурно скончалось.
– Недолет! – ласково и в то же время обидно рассмеялась в темноте она. – Ладно. Поезжай домой! А то Нюрка обозлится. И мамаша твоя глаза мне повыковырит!
– Ты меня будешь ждать?
– Уже жду. Ты разве не видишь?
Мучительные воспоминания об этом «недолете» еще долго, до самой встречи с Катей, осложняли Башмакову личную жизнь. Родители дождались своего часа и, специально разведав, подробно, с деланным сочувствием написали Олегу про то, чем занимается его первая любовь, покуда он выполняет ратный долг. Рядовой Башмаков сначала не поверил, но писем от Оксаны в самом деле не было – ни одного. И с ним началось такое, что месяц его даже не пускали в караул, боясь оставить наедине с АКМом. Замполит, присмотревшись, вызвал Олега в Ленкомнату и первым делом приказал:
– Фотку покажи!
Олег, серый от переживаний, вынул вложенный в военный билет снимок и протянул капитану.
– Кандидатка в мастера спорта, – мрачно молвил замполит, чья жена, по слухам, наотрез отказалась ехать с ним сюда, на Сахалин.
– Какого спорта? – оторопел рядовой Башмаков.
– Какого? Троеборье в койке. Забудь о ней! – приказал замполит.
И Олег не сразу, но забыл. Во всяком случае, ему так казалось. Напомнил рядовой Дарьялов, за что и получил по фанере, да так, что Башмаков уже увольнялся, а разговорчивый салабон все еще покашливал, хватаясь за грудь. Со временем Дарьялов стал модным художником, а прославился он во второй половине 80-х картиной «Неуставняк». Полотно изображало кровожадных волчар, одетых в дембельские кители и рвущих на куски нагого, беззащитного салажонка. Ветин отец, оказывается, даже купил несколько картин Дарьялова. Недавно Башмаков и Вета навестили его выставку в Манеже и даже подошли, чтобы пожать художнику руку. Дарьялов, чахоточно покашливая, поблагодарил за лестные отзывы, но однополчанина, конечно, не узнал. А сам Олег Трудович не решился напомнить живописцу о своей роли в становлении его недюжинного таланта…
Когда Башмаков, одетый в новенькую парадку с гвардейским значком, напоминавшим орден Боевого Красного Знамени, ехал домой на поезде через все безразмерное Отечество, он клялся и божился, что даже не спросит про Оксану. И уже на второй день примчался в общежитие. На стенах висели все те же Муслим Магомаев, Евгений Мартынов и Анна Герман. На Нюрке были все те же зеленые бигуди. Оксана, оказывается, давно уже уволилась с «Трехгорки» и снимала однокомнатную квартиру. Адрес Нюрка с готовностью написала на бумажке, сделав при этом невероятное количество ошибок.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Треугольная жизнь (сборник)"
Книги похожие на "Треугольная жизнь (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Юрий Поляков - Треугольная жизнь (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Треугольная жизнь (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.