Аньес Ледиг - Уходи с ним

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Уходи с ним"
Описание и краткое содержание "Уходи с ним" читать бесплатно онлайн.
Герои романов французской писательницы Аньес Ледиг вполне себе земные люди, только очень разные, а жизнь далеко не всегда к ним благосклонна. Персонажей ее новой книги «Уходи с ним» зовут Ромео и Джульетта, однако непохоже, чтобы судьба предназначила их друг другу. Она медсестра в реанимации, ее пациентам достаются внимание, нежность, забота – словом, все то, в чем отказывает ей человек, с которым она живет под одной крышей. А Джульетта ждет ребенка, и это для нее важнее всего на свете. Ромео – работает в пожарной части, незаметный герой хроники происшествий. Крепкий парень, впрочем недостаточно крепкий, чтобы выдержать падение с восьмого этажа. Встреча в реанимации не предвещает романтики: перевязки, уколы, капельницы. Но откуда-то пробивается робкая мелодия: «Что остается от любви?..» – спрашивает певец. Если что-то и остается от такой хрупкой штуки, как жизнь, то это любовь, уверена автор романа.
Мне смешно смотреть, как они пускают слюни. Он очаровательный парень, но меня не привлекает. С Лораном мы знакомы пять лет, и я ему верна. К тому же ему было бы слишком больно узнать, что я была в объятиях другого. Но я действительно очень люблю Гийома. Он знает мою историю, путь, который я прошла, и на что мы сейчас решились с Лораном. Он меня поддерживает. Успокаивает, иногда сердится, когда я рассказываю про домашние ссоры. Уж больно я мягкая, по его словам.
Возможно.
Но всего и он не знает.
Дерзкая хрупкость
Рука Ванессы в моей – самое нежное чувство, которое я когда-либо испытывал. Я брал ее за руку, чтобы перевести через улицу перед школой. Я был старшим братом. А теперь старшей становится она, сестра, потому что я не знаю, в каком я состоянии, умру или буду жить, вернусь к прежней жизни или буду как овощ. Я даже не знаю, цел ли я еще или каких-то кусков не хватает. Означает ли боль существование того, что болит? Может, все четыре конечности, которые я ощущаю, – фантомы, и на самом деле их нет. Человек-обрубок. Без ничего. Нет, с указательным пальцем. А если остался указательный палец, значит есть и рука. Значит, человек-обрубок с одной веткой. Птички могут на нее садиться, хоть составят мне компанию.
Я не помню имени этой медсестры. Я вообще мало что помню. Только что я серьезно травмирован. Но до какой степени серьезно? На данный момент я слышу только мягкий голос этой женщины и шум аппаратов вокруг. И еще ощущаю прикосновение Ванессы. Я слышал их разговор. Медсестра объяснила ей, как со мной общаться. Но она все равно ничего мне не говорит. А я так хотел бы ответить ей «да» или «нет» своим пресловутым пальцем на простыне.
Она могла бы спросить меня: «Ты рад, что я здесь?»
ДА.
«Ты не оставишь меня?»
НЕТ.
«Ты умрешь?»
НЕТ.
«Я могу красить ногти лаком?»
ДА.
Она ничего не говорит.
Ванесса.
Резкая и робкая, строптивая и неуверенная. Она ничего не боится и боится всего. Она хорохорится дома, перед учителями и социальным работником – но только чтобы надежней укрыться в глубине своих внутренних разломов. Ванесса, дерзкая хрупкость.
Я не имею права умирать. Не раньше, чем ей исполнится восемнадцать. А до того это было бы трусостью и гадостью. Я не могу так с ней поступить. Исключено! И потому я цепляюсь, пусть даже мне больно. Ужасно больно. Но ей будет еще больнее, если я уйду. Я это знаю. Мы с ней вечно ссоримся, она мне устраивает небо в алмазах, но я знаю, что она привязана ко мне. А я, соответственно, к ней.
Она ничего не говорит.
Может, просто не знает, что сказать.
А что тут скажешь?
С этого, наверно, и начинается молчание.
Мне удается пошевелить большим пальцем под ее ладонью. Чуть-чуть. Обычно ей щекотно, и она отдергивает руку. Однако сейчас она руку оставляет.
А потом, от усталости или от боли, я вновь погружаюсь в туман. Я так и не смог сказать ей «спокойной ночи», как каждый вечер.
Неузнаваемый
– Он больше не шевелится.
Я подскочила, услышав голос Ванессы. Не заметила, как она вошла. Я задремала, сидя в кресле. С улыбкой – хотелось бы верить, успокоительной – я ответила, что он заснул.
– А долго он будет спать? – спросила она.
– Несколько часов. Может, ночью ненадолго проснется.
– Я спрашиваю про день.
– Нет, врачи скоро уменьшат дозу седативных препаратов.
– Седативных?
– Такие лекарства, чтобы он спал, из-за боли.
– Ему больно?
– Возможно. Лучше он сам скажет, когда придет в себя.
– А он правда очнется?
– Мы все сделаем, чтобы очнулся.
– Я смогу еще прийти?
– Конечно. Хотите макарони? – спросила я, протягивая ей коробку.
– Нет, спасибо, я не хочу есть. И потом, его шеф ждет меня.
– А ваши родители не приехали?
– У нас нет родителей. Обо мне заботится Ромео, – она немного помолчала. – Он сможет снова ходить?
– Слишком рано об этом говорить. Не торопитесь, ему предстоит еще долго лежать, знаете ли. Придется вам как-то устраиваться, он не скоро вернется домой. У вас уже есть какие-то варианты?
– Что-нибудь придумаю. Но я имела в виду, с ним все очень серьезно?
– Да. Не стану вас обманывать, что это пустяки. Это серьезно, но могло обернуться куда хуже.
– Он действительно мог умереть?
– Упав с восьмого этажа? Конечно. Его спасли деревья.
– Но, м-м-м, он сейчас такой… вообще ни на что не похож. Это тоже пройдет?
– Да, отек спадает, кожа заживает, кровоподтеки рассасываются, лицо становится розовым. Конечно, останутся несколько шрамов, но черты лица не изменятся. У вас есть его фотография?
– Да, в тетради для домашних заданий.
– Если вы не против, мне бы хотелось взглянуть.
– Только верните.
– Разумеется.
Она роется в своем плохо уложенном рюкзаке, открывает тетрадь, достает фотографию и, поджав губы, дрожащими руками протягивает ее мне. Она тоже старается, как может, сдерживать чувства.
Я внимательно вглядываюсь в изображение. И верно, его невозможно узнать. Я понимаю смятение девочки. Он прижимает ее к себе, обвив руками, оба улыбаются фотографу. Он не очень высокий, но крепкий и мускулистый, он внушает доверие. Сестра выглядит такой хрупкой в его объятиях. У него широкий лоб, большие глаза, едва заметные брови. Малышом он наверняка был блондином. Квадратная челюсть и невероятно широкая шея. Очень короткие, по-военному подстриженные волосы. У него чудесная улыбка. Чувствуется, что на этой фотографии он счастлив. Тем разительнее для меня контраст.
– Обещаю, что он станет совершенно таким же, – с уверенностью говорю я.
Никакой уверенности я не испытываю, но можно же слегка подправить действительность, когда она слишком неприглядна. И потом, кто знает, может, он и впрямь вновь обретет те же черты, что на фотографии. Пусть лучше сестра цепляется за эту надежду, чем впадает в тоску, представляя себе нечто обратное.
– Чем ему можно помочь?
– В моих силах только выполнять свою работу как можно лучше. А вы будьте рядом, чтобы подбадривать его. Ему сейчас нелегко.
– Когда я могу снова прийти?
– Когда захотите.
– Разве у вас нет расписания?
– Не для вас.
А потом она уходит, не добавив ни слова, так же бесшумно, как появилась в кабинете, так же молча, как сидела рядом с братом. Кажется, что, перемещаясь, она не касается земли. Не знаю, то ли у этой девочки такой сдержанный характер, то ли она в состоянии шока, но она идет вдоль стен, словно боится потерять опору и упасть. Мне делается не по себе.
Гийом тоже наблюдал за ее неуверенной походкой, прежде чем взглянуть нам в глаза – мне и моей растерянности.
– Что еще ты можешь поделать? Он же не по твоей вине разбился.
– И все равно у меня тяжело на душе.
– Твоя тяжесть на душе ничего не изменит.
– Она совсем юная, и кроме него у нее никого нет.
– Так забери ее к себе.
– Ты же знаешь Лорана!
– У тебя есть другие предложения?
– Думаю, у кого-нибудь такие предложения есть.
– Значит, дальнейшее от тебя не зависит. Ну и хватит переживать. Что до ее брата, делай свое дело, а волнения прибереги для чего-нибудь позитивного, самоедство до добра не доводит.
– Ты прав.
– Я всегда прав.
Оставляю его в этой убежденности, но Гийом набит противоречиями. Ему нравится думать, будто он всегда прав и следует верной дорогой. Даже если эта дорога не всегда ведет туда, куда он хочет, он, по крайней мере, продвигается вперед.
Дорогой Ты,
ты лежал среди всяких вещей, которые я запихала в рюкзак, прежде чем выйти из квартиры. Как хорошо, что ты здесь, иначе мне было бы слишком одиноко сегодня вечером. Я позвонила Шарлотте, но чем она может помочь, кроме как сказать, чтоб я звонила в любое время, если она мне понадобится.
Черт! Дерьмо! Мой брат! Я знаю, что это он, потому что видела татуировку у него на плече. Большое V и три маленьких цветочка вокруг. Он ее сделал два года назад, когда мы поругались и я начала в нем сомневаться, боялась, что он уйдет и забудет меня. Но если б не тату… Мне могли б подсунуть кого угодно. «Здравствуйте, мадемуазель, вот ваш брат», вот что они могли бы сказать, усаживая рядом с перебинтованной мумией.
Да здравствуют татуировки!
Может, после всей этой истории он согласится, чтоб и я себе сделала. А что, ведь правда, это может оказать полезным, если в один прекрасный день я окажусь в таком же состоянии.
Его шеф, которого я вижу раз в год на праздновании Рождества в пожарной части, ждал меня у входа в коллеж. Моих подружек очень заинтересовало, что происходит. Я получила как минимум дюжину эсэмэс, пока он объяснял мне, что везет меня в больницу, потому что с Ромео произошел несчастный случай. Поэтому он вчера вечером и не позвонил. Пока мой брат был в больнице между жизнью и смертью, я спокойно лопала чипсы и смотрела «Анатомию страсти». Вот козлы, могли бы и позвонить. Ну вообще-то, зря я на них злюсь, им там было чем заняться, в больнице, кроме как меня предупреждать.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Уходи с ним"
Книги похожие на "Уходи с ним" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Аньес Ледиг - Уходи с ним"
Отзывы читателей о книге "Уходи с ним", комментарии и мнения людей о произведении.