Генри Джеймс - Повести и рассказы

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Повести и рассказы"
Описание и краткое содержание "Повести и рассказы" читать бесплатно онлайн.
В сборник входит девять повести и рассказы классика американской литературы Генри Джеймса.
Содержание:
ДЭЗИ МИЛЛЕР (повесть),
СВЯЗКА ПИСЕМ (рассказ),
ОСАДА ЛОНДОНА (повесть),
ПИСЬМА АСПЕРНА (повесть),
УРОК МАСТЕРА (повесть),
ПОВОРОТ ВИНТА (повесть),
В КЛЕТКЕ (повесть),
ЗВЕРЬ В ЧАЩЕ (рассказ),
ВЕСЕЛЫЙ УГОЛОК (рассказ),
ТРЕТЬЯ СТОРОНА (рассказ),
ПОДЛИННЫЕ ОБРАЗЦЫ (рассказ),
УЧЕНИК (рассказ),
СЭР ЭДМУНД ДЖЕЙМС (рассказ).
Я встречаюсь со многими американцами, которые, должна признаться, говоря вообще, не так вежливы со мною, как местные жители. Местные жители, в особенности мужчины, гораздо, если можно так выразиться, внимательнее. Не знаю, может быть, американцы более искренни; на этот счет я еще не пришла ни к какому заключению. Единственная неприятность, которую я испытываю, это когда американцы иногда выражают удивление, что я путешествую одна; как видишь, замечания эти идут не от жителей Старого Света. Ответ мой всегда готов: «для культурных целей, чтобы ознакомиться с языками и видеть Европу своими глазами», — по-видимому, это вообще удовлетворяет их. Дорогая мама, с деньгами я управляюсь отлично.
II
Та же к той же.
16 сентября
Со времени моего последнего письма я оставила отель и поселилась в одном французском семействе. Это нечто вроде пансиона в соединении с чем-то вроде школы, только это не похоже ни на американский пансион, ни на американскую школу. Здесь человека четыре-пять поселились с целью изучить язык — не брать уроки, но найти случай разговаривать. Я очень обрадовалась возможности поселиться в таком месте, потому что начинала сознавать, что не делаю особенных успехов во французском языке. Мне казалось, что мне будет совестно провести два месяца в Париже и не ознакомиться ближе с языком. Я всегда так много слышала о французском разговоре, а между тем оказывалось, что здесь я имела столько же случаев упражняться в нем, как если б оставалась в Бангоре. Говоря по правде, я гораздо более слышала французских разговоров в Бангоре от тех французов из Канады, что приезжали к нам рубить лед, чем могла надеяться когда-нибудь услышать в этом отеле. Дама, которая вела книги, казалось, так сильно желала разговаривать со мной по-английски вероятно, также для практики — что я никак не могла решиться дать ей понять, что мне это неприятно. Горничная была ирландка, все лакеи — немцы, так что я никогда не слышала ни одного французского слова. Вероятно, в магазинах можно было бы найти хорошую практику, но, так как я ничего не покупаю, предпочитая тратить свои деньги для культурных целей, — то лишена этого удобства.
Подумывала я взять учителя, но я и так уже хорошо знаю грамматику, а учителя вечно засадят вас за глаголы. Я находилась в порядочном затруднении, так как чувствовала, что мне не хотелось уехать, не приобретя, по меньшей мере, общего понятия о французском разговоре. Театр много помогает и, как я уже писала тебе в моем последнем письме, я часто посещаю увеселительные места. Я не встречаю никаких затруднений, посещая подобные места одна, со мной всегда обращаются с той вежливостью, которую, как я уже писала тебе, я встречаю повсюду. Я вижу множество дам без провожатых — по большей части француженок — и им, по-видимому, так же весело, как и мне. Но в театре говорят так скоро, что я едва могу понимать разговор; кроме того, встречается множество вульгарных выражений, знакомиться с которыми бесполезно. Тем не менее, театр навел меня на мысль. На другой же день по отсылке последнего моего письма к тебе, я отправилась в Palais-Royal, один из главных парижских театров. Он очень невелик, но очень известен, и в моем путеводителе отмечен двумя звездочками, что служит признаком значения, придаваемого только первоклассным достопримечательностям. Но, просидев там с полчаса, я убедилась, что не понимаю ни единого слова пьесы, так они трещали, употребляли странные выражения. Я была сильно разочарована и смущена, боясь, что не добьюсь всего, зачем приехала. Но пока я размышляла об этом — соображая, что мне делать — я услыхала разговор двух джентльменов за моей спиной. Был антракт, я невольно прислушивалась к их разговору. Они говорили по-английски, но я узнала в них американцев.
— Что ж, — говорил один из них, — все зависит от того, зачем вы гонитесь. Я гонюсь за французским языком.
— Ну, — сказал другой, — а я за искусством.
— Да, — сказал первый, — я также за искусством; но больше за французским языком.
Тут, дорогая мама, с сожалением должна сознаться, что второй употребил неприличное выражение. Он сказал: «О, к черту французский язык!»
— Нет, я не пошлю его к черту, — сказал его приятель, — я изучу его вот что я сделаю. Я поселюсь в семействе.
— В каком семействе?
— В каком-нибудь французском семействе. Это единственное средство поселиться где-нибудь, где вы можете разговаривать. Если вы гонитесь за искусством, вы, пожалуй, выходить не будете из галерей, пройдете весь Лувр, комнату за комнатой, — по комнате в день или что-нибудь в этом роде. Но если вы желаете познакомиться с французским языком, нужно приискать семейство. Здесь множество французских семейств, которые примут вас на полный пансион и дадут вам уроки. Моя кузина — та самая молодая особа, о которой я вам говорил, — поселилась в таком семействе, и они ее в три месяца вышколили. Они просто приняли ее и разговаривали с нею. Это их всегдашняя метода: посадят вас перед собой и трещат вам в уши. Вам приходится понимать их, как бы невольно. Семейство, в котором жила моя кузина, куда-то переехало, иначе я бы постарался поладить с ними. Семейство это принадлежало к очень хорошему кругу; по отъезду, кузина моя переписывалась с ними по-французски. Но я намерен разыскать другую, какого бы труда это мне ни стоило!
Я все это слушала с большим любопытством; когда он заговорил о своей кузине, я уже готова была повернуться, чтобы спросить у него адрес семейства, в котором она жила, но вслед за тем он сказал, что они переехали, а потому я не повернула головы. Другой джентльмен, однако, казалось, не испытывал того же, что испытывала я.
— Что ж, — сказал он, — можно держаться этого, если хотите; я намерен держаться картин. Не думаю, чтобы в Соединенных Штатах когда-нибудь явился значительный спрос на французский язык; но даю вам слово, что лет через десять будет большой спрос на искусство! Да и не временный, вдобавок.
Замечание это, может, было и справедливо, но мне нет никакого дела до спроса; я хочу знать французский язык из любви к искусству. Мне не хотелось бы думать, что я за все это время не приобрела основательных познаний по этой части. На другой же день я спросила у дамы, которая ведет книги в отеле, не знает ли она какого-нибудь семейства, которое согласилось бы принять меня к себе пансионеркой и позволить мне пользоваться их разговором. Она всплеснула руками с многочисленными резкими возгласами — на французский лад — и объявила мне, что ее самая близкая приятельница содержит подобное заведение. Знай она, что я ищу чего-нибудь в этом роде, она бы прежде мне сказала, а сама не заговаривала об этом, так как не желала причинить убыток отелю, сделавшись причиной моего отъезда. Она сказала мне, что это премилое семейство, которое часто принимало к себе американок, а также и дам других национальностей, желавших изучить язык, и что она уверена, что я буду от них в восторге. Она дала мне их адрес и предложила отправиться со мной, чтобы представить меня им. Но я так торопилась, что отправилась одна и без труда разыскала этих добрых людей. Они были очень рады принять меня, и мне они, на первый взгляд, очень понравились. Они, по-видимому, очень разговорчивы, на этот счет можно быть покойной.
Я поселилась здесь дня три тому назад, и за это время очень часто видалась с ними. Плата за содержание показалась мне довольно высокой; но не следует забывать, что сюда не включается множество разговоров. У меня очень хорошенькая комнатка — без ковра, но с семью зеркалами, двумя часами и пятью занавесками. Я испытала некоторое разочарование, узнав по переезду, что здесь живет еще несколько американцев с тою же целью, что и я. Собственно говоря, здесь трое американцев и двое англичан, и еще немец. Боюсь, как бы разговор наш не был довольно смешанный, но еще не имела времени судить. Стараюсь разговаривать с madame de Maison-Rouge сколько могу — она хозяйка дома, и настоящее семейство состоит только из нее и ее двух дочерей. Они все — чрезвычайно элегантные, привлекательные особы, я уверена, что мы очень сойдемся. Напишу тебе о них подробнее в следующем письме. Скажи Вильяму Плату, что я нисколько не интересуюсь тем, как он поживает.
III
Мисс Виолетта Рэй, из Парижа, к мисс Агнес Рич, Нью-Йорк.
21 сентября
Едва мы добрались сюда, как отец получил телеграмму, немедленно призывавшую его обратно в Нью-Йорк. Причиной этому были какие-то его дела, что именно, не знаю, — ты знаешь, что я никогда не понимала этих вещей, да и не желаю понимать. Мы только что устроились в отеле, в прекрасных комнатах, и мы с мама, как ты легко можешь себе представить, были сильно раздосадованы. Он объявил, что ни за что не оставит нас в Париже одних, что мы должны возвратиться и опять вернуться сюда. Не знаю, что, по его мнению, могло с нами приключиться; вероятно, он воображал, что мы замотаемся. Любимая теория отца — что у нас вечно накапливаются и накапливаются счета, тогда как некоторая наблюдательность доказала бы ему, что мы носим одно и то же старье по целым месяцам. Но у отца нет наблюдательности, ничего, кроме теорий. Мы с мамой, однако, по счастью сильно напрактиковались, и нам удалось заставить его понять, что мы ни за что не тронемся из Парижа, и что скорей позволим разрубить себя на мелкие куски, чем согласимся снова переплыть этот ужасный океан. А потому отец, наконец, решил, что поедет один и оставит нас здесь на три месяца. Но суди сама, какая он суета: отказал нам в позволении жить в отеле и настаивал на том, чтобы мы поселились в семействе. Не знаю, что внушило ему эту мысль, вернее всего какое-нибудь объявление, которое он увидал в одной из американских газет, издаваемых здесь. Здесь есть семейства, которые принимают к себе на жительство американцев и англичан под предлогом преподавания им французского языка. Можешь себе представить, что это за люди, — т. е. эти семейства. Но и американцы, избирающие этот странный способ видеть Париж, должно быть, не лучше их. Мы с мамой пришли в ужас и объявили, что и силой нас не вывести из отеля. Но у отца есть манера добиться своего — более действительная, чем насилие. Он пристает и суетится, пилит, пилит, и когда мы с мамой истомимся, торжество его бывает безупречно. Желала бы я, чтобы ты слышала, как отец распространялся насчет своего «семейного» плана; он говорил о нем со всеми, с кем встречался; заходил к банкиру и толковал со служащими в его конторе, со служащими в его конторе, со служащими на почте, пытался даже обмениваться мыслями на этот счет с лакеями гостиницы. Он говорил, что так будет безопаснее, приличнее, экономнее, что я усовершенствуюсь во французском языке, что мама узнает, как ведется французское хозяйство, что он будет спокойнее, и не знаю — что еще. Из всех этих аргументов не было ни одного основательного, но это не имело значения. Все его толки об экономии — чистая чепуха; теперь, когда, всякий знает, что дела в Америке окончательно оживились, что застой совершенно миновал и что там составляются громадные состояния. Мы экономили в течение последних пяти лет, и я полагала, что мы поехали за границу, чтобы пожать плоды этой экономии.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Повести и рассказы"
Книги похожие на "Повести и рассказы" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Генри Джеймс - Повести и рассказы"
Отзывы читателей о книге "Повести и рассказы", комментарии и мнения людей о произведении.