Валерия Тишакова - Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!"
Описание и краткое содержание "Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!" читать бесплатно онлайн.
«Ты – Избранная! Ты владеешь великой магией! Ты спасешь наш мир!» – именно такую фразу я ожидала услышать, когда очнулась в параллельном мире. Увы, льгот для избранных там не предусмотрено. Вот и приходится работать «цербером в юбке» в приемной ректора. А вместе с этим получить все прелести проживания в общежитии, работы в женском коллективе и общения со спесивыми дворянами. Вместо магии – трезвый расчет, вместо команды друзей – призрак собаки и мурена из аквариума. А между тем спасательную миссию никто не отменял. Тем более спасти надо не мир, а свою жизнь.
Получасом позже граф застал меня сидящей на рабочем столе в позе лотоса и кидающей свой обед здоровенной венериной мухоловке. Второй день фигуру блюду по милости животных.
– Как питомцы?
– Прелесть! Едят с руками… В смысле, с рук! Вы вообще в курсе, откуда сия прелесть взялась? Фу! Нельзя!
С этими словами я хлопнула папкой по особо наглой ловушке, попытавшейся спереть мой пончик. Ну, нет! Мясо жри, а пончик не трогай!
Граф озадаченно запустил пятерню в волосы.
– Ну, мурена из моего кабинета. Кстати, зовут Немо, его так моя уборщица прозвала, и кличка прижилась. А цветы попросил у травников, какие не жалко и пооригинальней.
А я уж подумала, что этот гад воссоздает свою родную атмосферу. Еще немного, и объел бы рыбок, потребовал бы мотыля.
– Вот сволочи экономные! Эту пакость Караль велел утилизировать!
Цветок словно почувствовал, что говорят о нем, и принял исходное положение в горшке. Мол, я невинный кактус, воды и мяса не требую, и вообще расту на сантиметр в год. Я порывалась обрезать его, как бонсай, ножом для писем, но Джонатан неожиданно за него вступился.
– Да что он тебе сделал?
– Вы еще не смотрели расписание на следующий месяц? – я гаденько ухмыльнулась. – Через месяц у нас суд. Вот из-за него!
Я, забывшись, ткнула пальцем в сторону цветка. Хорошо, что у меня реакция неплохая, а то бы экономила на маникюре. Все-таки есть разница, за десять пальцев платить или за девять.
– На нас подали в суд из-за цветка?
– Нет, из-за двух загубленных кошек и студента в психушке.
– А цветок тут при чем?
Вздохнув, я поведала Джонатану суть его будущей головной боли:
– Видите ли, несмотря ни на что, общение между попаданцами и аборигенами все-таки происходит. И не всегда знания первых идут во благо. Вот, рассказали одному оболтусу о говорящих зверях из наших сказок, а тот возьми и вдохновись идеей. И теоретическую базу ведь под нее подвел, правда, практика не задалась. Пока он перемещал сознание кошек в цветы, все молчали. Вроде бы получалось, результат – как раз за вами, как видите, вполне разумный.
– Он тренировался на кошках?
– Да, общества защиты животных у вас ведь не было.
Кинув последний кусок колбасы цветку, я продолжила:
– Но потом он решил, что можно попробовать на людях. Нашел бедного студента с бюджета, пообещал денег. В общем, проявил смекалку, когда не надо. Ну, я не особо понимаю в магии, поэтому скажу, как мне объяснили его манипуляции. У растений разум кошки приживался, потому что своего нет. А вот с кошкой такой номер не прошел.
– Что в итоге? – заинтересовался граф.
– Вы газет не читали? У вас появилось общество защиты животных! Только защищает оно почему-то студента. Оно сейчас как раз выступает против того, чтобы держать его в психушке. Это калечит сознание котика в теле человека. Зато в больнице резко исчезли все мыши! Правда, медсестры с содроганием ждут весны, да и главврачу надоело, что ему в тапки гадят.
– А котик?
– Котик сдох, и вернуть все, как было, теперь не представляется возможным. Общество защиты животных и родители студента подали на нас иски. Между прочим, именно тогда Караль заработал первый инфаркт. А вы как себя чувствуете? Сердечко не барахлит? Рука! – Я заметила хищные намерения цветка относительно конечности Джонатана и поспешила его предупредить.
Граф среагировал вовремя и отделался только разодранным рукавом.
– Мои запонки! – он потряс перед моим носом прорехой на пиджаке. – Он сожрал мою запонку! С рубином!
Я, не удержавшись, засмеялась.
– Интересно, откуда она вылезет? Кишечника-то у этой дряни нет. Разве что через корни выйдет. Будете каждый день землю просеивать.
Мужчина с неприязнью осмотрел десятилитровый горшок с хищником-мутантом. Видно, он был чистокровным дворянином и в его родне никаким боком не затесались люди от сохи, поскольку жгучей потребности покопаться в земле он не ощутил.
– Почему я?
– Потому, что эта пакость меня не любит, и я к ней не подойду. А если она цапнет уборщицу, то охрана труда нас сожрет с потрохами, – предупредила я очередную гениальную мысль начальника. – Так что придется вам вспомнить детство, когда вы лепили куличики и ковырялись в песке.
На этом мы разошлись по кабинетам.
К обеду я вполне успокоилась. Поэтому очередного посетителя встречала во всеоружии, а именно: перед его визитом накапала в ромашковый чай несколько капель настойки пустырника и залпом выпила. Посетитель был на диво вредный. Это был один из немногих людей, глядя на которых мне хотелось взять в руки автомат, вырыть окоп и вести огонь на поражение. Зря, что ли, я в универе с ребятами в тир ходила?
– Лада Борисовна, добрый день.
– Галлий Гибонсон? Добрый. – Моя улыбка сошла бы за милую, если бы у меня не дергался в это время глаз. – Вы записаны?
Робкая надежда развернуть его обратно рухнула, когда мне предъявили три расписки с печатями и показания двоих свидетелей, что он записывался на прием. Да, дедуля подготовился. Бедный граф, он еще не имел чести пообщаться с этим страдающим кверулянтством[1] дедушкой. По-хорошему, успокаивающий чай надо было отнести ему, а не пить самой, тем более что я-то уже закаленная, в отличие от графа.
– Говорят, этого старого взяточника посадили! Давно пора! Вот пусть новый ректор меня выслушает, – потрясая толстенными книгой учета и папкой с бумагами, провозгласил пенсионер.
Я мысленно сделала жест «рука-лицо». Может, охрану вызвать? Я с сожалением отмела эту мысль. Вони будет… Шустрый дедок тем временем уже открывал дверь в кабинет Джонатана. «Все, поздно», – пронеслась в голове паническая мысль, и я кинулась за посетителем. Еле успела втиснуться перед ним, чтобы объявить:
– Господин ректор, к вам посетитель.
Эверо поднял голову от бумаг.
– Никого не пускать. Я занят.
– Я не могу.
Граф выронил ручку и уставился на меня как баран на новые ворота. Наверное, до этого момента он думал, что фраза «не могу не пустить» не входит в мою базовую комплектацию. Сюрприз! Да, да, из всех посетителей только этот старикашка может обыграть меня. Даже вам это редко удавалось.
– Ладно, пропусти.
Дед грубо оттолкнул меня, стремясь поскорее войти к Джонатану.
– Почему я жду? Я записан! Это нарушение моих прав, – с порога начал Галлий предъявлять претензии. – Почему я должен ждать под дверью, как собака? Я отдал лучшие годы жизни этой Академии! И что получил взамен? Мои заслуги ушли коту под хвост!
Глаза графа потемнели от злости. Ага, не нравится? А сам так раньше врываться не стеснялся!
– Лада Борисовна, вы будете стенографировать. Я не хочу, чтобы суть этого разговора была потом искажена.
Дедуля начал отдавать приказы. Круто.
Раздался треск. Жаль, хорошая была ручка.
Я села в уголке и приготовилась записать очередную порцию чуши. По мне, все претензии Галлия надо фиксировать на туалетной бумаге, им там самое место, а не переводить хорошие листы.
Галлий достал пачку исписанной бумаги и устроился напротив Джонатана. Откашлявшись, он начал:
– Я ветеран. Отдал лучшие годы своей жизни Академии. Как награда, мне была выделена квартира в многоквартирном доме по адресу: Цветная улица…
– Какая улица? – не врубился граф.
– Сейчас она Бирюзовая, – объяснила я, как более опытная в этом деле. Не в первый раз эту ересь слышу.
Дедок резко подскочил.
– Нет, она Цветная!
Впрочем, он быстро успокоился и сел обратно.
– Этот дом был в собственности Академии и квартиры в нем выдавались только работникам этого учебного заведения! Но двадцать лет назад этот дом был передан в собственность города!
– Да, помню. Мы тогда вышли из союза с Восточным королевством, сменилась власть, были трудности с финансированием.
– Вы не имели права! Отдавать дом с живыми людьми!
Граф собирался что-то сказать, но я сделала знак молчать. Удивительно, но он меня послушался.
– И наш мэр, чтобы отмыть деньги, переименовал улицу в Бирюзовую! Не спросив жильцов! По кодексу Вильгельма…
– Прошу прощения, – снова влез граф. – Но кодекс Вильгельма действовал, когда мы были одним целым с Восточным королевством и страна носила название Светлая! Сейчас этой страны нет! И действуют другие законы! Мы руководствуемся кодексом Нормана!
Но Галлий, распалившись, его не услышал.
– На основании этого я требую признать незаконными тарифы, установленные после переименования улицы!
Наша песня хороша, начинай сначала. Видно, непреодолимое стремление воевать с ЖЭКом заложено на генном уровне у пенсионеров любых миров. А у данной особи проявилось в критической форме. Пять лет высчитывал все вплоть до медяка и не побоялся явиться с этой горой макулатуры к налоговому следователю. Тот, видно, сразу просек, что дело – дрянь, и отправил его в комитет градостроительства. Спустя год и десяток инстанций старик оказался здесь. И песня с тех пор не меняется. Деньги и старые тарифы вернуть, моральный ущерб возместить. Угу, тарифы тебе подавай старые. А пенсию получать ты хочешь по-новому.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!"
Книги похожие на "Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Валерия Тишакова - Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!"
Отзывы читателей о книге "Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!", комментарии и мнения людей о произведении.