» » » » Александр Богданов - Непокорные


Авторские права

Александр Богданов - Непокорные

Здесь можно скачать бесплатно "Александр Богданов - Непокорные" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Историческая проза. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Александр Богданов - Непокорные
Рейтинг:
Название:
Непокорные
Издательство:
неизвестно
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Непокорные"

Описание и краткое содержание "Непокорные" читать бесплатно онлайн.



«Непокорные» это роман-эпопея, охватывающий 45 лет русской истории начала прошлого века. Напуганная внезапно налетевшей революцией, петроградская семья Кравцовых переезжает на свою дачу в Финляндии, рассчитывая там переждать смуту. Но большевики никак не уходят, беспорядок на родине никак не улегается и 5 лет спустя Кравцовы в поисках лучшей доли перекочевывают в Германию. Веймарская республика ошеломляет их гиперинфляцией, декаденством и безработицей, но трудолюбивые Кравцовы успешно устраивают свою судьбу. Проходят годы, некоторые из них «онемечиваются» до такой степени, что присоединяются к нацисткому движению. Наступившую Вторую мировую войну молодая поросль Кравцовых встречает с противоречивыми чувствами — кто-то из них симпатизирует Гитлеру, а кто-то нет. В центре повествования находится фигура Сергея Кравцова — одаренного и прекраснодушного идеалиста, втянутого в гитлеровский вермахт. Геолог по профессии, он послан на Pусский Cевер, где еще с 1914 года тайно хозяйничают немцы. С кайзеровских времен там на полярных островах и архипелагах действуют военно-морские базы, ведутся исследования Арктики и на пользу рейха добывается руда. Сергей не согласен с этим и начинает борьбу. Один против Гитлера и против Сталина… Примечание автора: На фотографии на website запечатлены прообразы героев моего романа — первая русская диаспора — уцелевшие белогвардейцы. Встречу членов РОВС в Германии в 1941 году возглавляет ген. А. А. фон Лампе, легендарный борец против советской власти. Позже фото этой встречи было выслано в форме почтовой открытки всем ее участникам. По моей просьбе отпрыск одного из моих престарелых друзей любезно снабдил меня копией этого редкого документа. События, изложенные в романе, могут кому-то показаться невероятными, такие как попытка спасения царской семьи, полет Фау -3 или покушение на Сталина; нет доказательств, что они не случились, как нет прямых доказательств, что приведенное ниже никогда не имело места. Свидетелей тому не осталось и до самой смерти голоса их были приглушены и смутны.






Черноволосый и сухощавый мужчина лет тридцати с кавалерийскими усами согнулся за письменным столом в накуренной подвальной комнате. На нем была форма офицера государственной безопасности, на плечах блестели погоны майoра. Сквозь полукруглое зарешеченное оконце под потолком просачивались розоватые лучи восходящего солнца. В левой руке его была зажата изжеванная папироса, в правой химический карандаш. Настольная лампа под зеленым стеклянным абажуром освещала лежавшее перед ним раскрытое дело задержанного врага народа Калошина, схваченного при расклеивании листовок в Ленинграде. Майор потер виски. Коричневые тени залегли под его глазами, голова трещала от похмелья, курева и бессонных ночей на допросах. «Какое совпадение,» подумал он и с ужасом обернулся. Он был один в этом каземате следственной тюрьмы и никто не мог подслушать его мысли. «Выходит, что брат мой Сергей Кравцов живет и действует где — то неподалеку. По агентурным сведения он борец против Советской власти.» Вывод был неприятен и грозил осложнениями вплоть до ареста. «Ничего,» успокоил себя Павел. «Кравцов фамилия нередкая и никто, кроме меня и жены не знает, что у меня есть родственники за границей.» Невольное воспоминание о семье пронзило егo щемящей болью. Четыре года назад они погибли в Таллине под немецкой бомбежкой и Павел никак не мог привыкнуть к их отсутствию и к пустоте в своем жилище. Пьяный разгул, бесконечная череда женщин и жестокость к арестованным не могли смягчить его душу и утолить звериное чувство одиночества. Он превратился в исчадие ада, в грозу обвиненных в сотрудничестве с фашистами и пособничестве врагам, а уж если в его кабинет попадал настоящий немец, румын или венгр, то пощады им ожидать не следовало. Изощренные пытки и побои, бесчеловечные допросы, круглосуточные издевательства становились их Голгофой и прибывали они в лагеря со сломанной психикой и физически покалеченными. Усердие и энергия в раскрываемости «преступлений» прославили Павла среди его коллег, заслужили одобрение начальства, принесли ему повышение в звании, медали и ордена. Однако с Павлом не все было так просто. Когда в 1945–1946 годах через его ведомство стали проходить сотни освобожденных из немецкого плена советских солдат, чтобы, осужденными на 25 лет каторги, оказаться в плену советском, его охватил праведный гнев. «Ктo виноват в этом? Один Сталин?» Этот вопрос застрял в его смятенном сознании уже без того замутненным табаком и водкой. Его пальцы дрожали, сердце колотилось и во рту была сухость неимоверная. «Виноват не только один вождь. Весь его класс коммунистов ответственен за нищету, бесправие и голод в моей стране,» вывел он. «И я один из его помощников,» с горечью он хлопнул себя в грудь. «Дракону надо отсечь голову, я убью Сталина!» Эта идея захватила Павла. «Мне все равно, когда умереть, без жены и сына мне жизни нет; я попробую сразить тирана! Гитлер и Сталин сцепились в схватке за Европу; Гитлер проиграл и погиб, Сталин уцелел и победил. По прежнему мечтает он о мировом господстве и строит заговоры. Он и его клика быстро рассорились со своими союзниками. Если Сталина не будет, может быть его режим переродится во что-то миролюбивое?» Павел поскреб в затылке и закатил глаза в потолок. «Один фюрер давно скопытился, а co второгo все как с гуся вода. Непорядок. Это дело надо поправить. Я убью Сталина!» Озлобление клокотало и бурлило в черной ночи души его, и изливалось через край. Последственные трепетали; весть о сумасшедшем следователе переходила из уст в уста, из камеры в камеру. Павел зверел, стервенел и в припадке ярости невзначай задушил на одном из допросов Никиту Калошина. Непосредственный начальник Павла, комиссар государственной безопасности 2-го ранга Тепловский, с тревогой наблюдавший его горячий и неуемный пыл, посовещался с коллегами и сделал вывод, что Кравцов, хотя и свой в доску, но чекист отработанный и к следовательской работе более непригоден. Его оставили в госбезопасности и перевели в Москву охранять семью члена Президиума Верховного Совета СССР. Казалось, что судьба шла Павлу навстречу. Новые обязанности вынуждали его часто посещать центр столицы.

Бывший доходный дом Шереметева в Романовом переулке видел разных жильцов. На рубеже Двадцатого века здесь проживали директор банка, биржевой делец, преуспевающий отпрыск дворянского рода, генерал, модные адвокаты и доктора — все до одного люди степенные, с достатком и репутацией. После победы Октября дом недолго стоял пустым и вскоре стал наполняться новой знатью — заслуженными коммунистами, советскими деятелями и другими членами совнаркома. Романов переулок переименовали в улицу Грановского, а Воздвиженку в ул. Коминтерна. К 1946 году дом?3 населяли министры и маршалы — верхушка нового класса. Здесь со своими семьями жили Буденный и Тимошенко, Рокоссовский и Конев, Жуков и Ворошилов, Молотов и Жданов, Косыгин и Хрущев, разве всех упомнишь. Тех, кто попадал в опалу быстро выселяли и отправляли в лучшем случае в провинцию, их место занимала ликующая семья следующего фаворита. И всех их надо было охранять. Во дворе с фонтаном и чашей всегда было полно играющих детей, отпрысков наших вождей тех времен. Ограда с воротами и калиткой препятствовала посторонним доступ внутрь. Возле калитки стояла будочка, в которой сидели непримечательные люди в штатском, у которых под пиджаками и пальто топорщилось что-то тяжелое. Они то и обеспечивали покой руководства.

Евдокима Филиппова оперативники из смежных управлений госбезопасности называли с оттенком иронии «топтуном», но Евдоким не обижался; он любил свою работу. Было ему лет за тридцать; руками работать он не любил и не умел, и голова была бестолковая, куда же ему еще? Конечно — в органы правопорядка. Всю жизнь мечтал он об этом: сидеть и созерцать, понукая своих ближних. Пять лет назад существование его было куда более волнующим. Восседал он тогда на лошадиной спине, как на троне, одетый в синюю форму и фуражку со звездой. Много их было в грозном и несокрушимом строю конных милиционеров и каждый чувствовал себя князем, с превосходством посматривая вниз, и оттесняя толпу взбудораженных болельщиков от ворот спортивного клуба или утихомиривая разбушевавшеюся очередь за докторской колбасой; а лучше всего было проскакать на рысях по московским улицам к стадиону Динамо и там создать живой забор из конских морд, ног и копыт, чтобы ни один стервец без билета не просочился. Так бы и прошла жизнь Евдокима, если бы не его феноменальная память; запомнил он, глазея сверху, номер автомобиля и приметы толсторожего шпингалета в черном велюровом пальто и каракулевой шапке пирожкoм, которого разыскивал МУР; того задержали и Евдоким получил благодарность в приказе. Его заметили, повысили и продвинули в НКВД. Ответственная служба, да при таком правительственном сооружении, очень полюбилась новоявленному чекисту: сиди себе целый день, зырь по сторонам и на ус наматывай.

День, когда во дворе дома?3 появился новый шофер, был теплым и солнечным. По голубому небу плыли перистые облачка, снег давно растаял, оставив на сером асфальте сырые, темные пятна, и теплый ветерок шевелил первомайские флаги и транспаранты. Жизнь в скверике била полным ключом — детишки помладше возились в песочнице, те что постарше гонялись друг за другом со счастливым смехом; их мамы судачили и сплетничали по углам. Несколько нянь или по новому лексикону, домработниц, закутанные в платки и выгоревшие кацавейки, молча и неподвижно стояли в разных местах двора как безликие каменные бабы из половецких степей. Сверкающий черным лаком ЗИС-101 бесшумно подкатил к чугунным воротам и вежливо бибикнул. Евдоким сразу узнал знакомую машину и Киру Никитичну, супругу тов. N, на переднем пассажирском сиденье. Ни на что не обращая внимание, она охорашивалась, повернув к себе зеркальце заднего вида. Охранник пошел открывать, но вначале проверил документ нового водителя — Кравцов, Павел Павлович, майор МГБ — написано было тушью в красной книжечке. Сверил личность с фотографией, все сходилось — исхудавшее, усатое лицо с черными острыми глазами и тонкими губами, растянутыми в нервной усмешке. Кравцов остановил лимузин у подъезда?5, Кира Никитична вышла, oн последовал за ней и отнес наверх шесть бумажных свертков в двух авоськах; через четверть часа новый шофер, помахав рукой часовому на прощанье, уехал со двора. Все виденное Евдоким аккуратно заносил в свой ежедневный рапорт. Другой раз Кравцов появился на Эмке и Евдоким без промедления его пропустил. Они никогда не разговаривали и изъяснялись только односложными междометиями, брошенными сухим, недовольным тоном: «Проезжай», «Открывай», «Никого нет дома». Пролетела весна и закончилось лето, наступала хмурая осень. Не многие в тот год мечтали о любви, опадающих листьях, поздних яблоках и прогулках вдвоем в парке. Разоренная войной страна поднималась из руин, ей требовались пищевые продукты, техническое оборудование и стройматериалы, но больше всего — рабочие руки. Порочная социалистическая система десятилетиями уничтожавшая собственное население теперь взялась за население восточноевропейских стран, депортируя определенные классы в Сибирь на стройки пятилетки. Советское правительство заседало дни и ночи и кавалькады длинных, черных ЗИСов с воем носились по городу. Уставшая охрана сбивалась с ног и перестала обращать внимание на автомобиль ГАЗ М-1, часто припаркованный на углу ул. Грановского и Коминтерна, там где проходила ежедневная трасса Сталина из Кремля на Ближнюю дачу и обратно. Приметил этот непорядок и Евдоким со своего поста у ворот, но в журнал не занес, так как это его не касалось. Видел он, как агенты в штатском подходили к Павлу, предъявлял он им каждый раз свою красную книжечку, указывая на дверь без вывески, ведущую в столовую лечебного питания при четвертом главном управлении Минздрава СССР, и на свертки с продуктами на заднем сиденье, которые он там получил; каждый раз его оставляли в покое. Через месяц Кравцова знала вся охрана, к нему привыкли, его перестали опасаться и беспокоить. Звездный час Павла Кравцова настал! Сегодня или никогда! В деревянном ящике из — под овощей, стоявшем на полу Эмки, лежал десяток гранат — лимонок Ф-1, накрытых кочанами капусты. Павел верил, что если он столкнет свою Эмку с автомашиной Сталина и в этот момент взорвет одну из лимонок, зажатую в его левой руке, то взорвутся и остальные, уничтожив всех пассажиров сталинского автомобиля. Павел не знал, что диктатора перевозит бронированный Packard, весящий шесть тонн и взрыв десятка ручных противопехотных гранат вряд ли пробьет защиту полированного броневика; да и сдетонируют ли гранаты от взрыва одной в метре от ящика? Он знал лишь, что цель его находится в средней машине в кортеже из трех. Согласно его подсчетам и наблюдениям, кремлевский властитель после ночных заседаний и совещаний возвращался в свою обитель примерно в одно и тоже утреннее время. Вот и сейчас, чуткие уши Павла уловили шорох шин кортежа Сталина. Они торопились. Перед ними был 35-и километровый бросок в Кунцево. Не теряя ни секунды Павел включил зажигание и, завидев первый лимузин, вдавил педаль газа. Легкая как пушинка Эмка выскочила на ул. Коминтерна. Три громоздких, черных, абсолютно одинаковых автомобиля с зашторенными окнами мчались мимо него по пустому, асфальтовому пространству. Последний из них резко свернул и ринулся легковушке наперехват. Массивный бампер Паккарда настиг ее недалеко от Сталина. Глухой удар, Эмку отбросило на тротуар, разлетелись щепки и битое стекло. Машина Павла завалилась на правый бок, колеса вывернуты, резина содрана с ободьев, капот и дверь всмятку, сам он оглушенный, потерял ориентировку и выронил гранату. Эхо взрыва заложило уши. В копоти, пламени и клубах дыма кортеж, ни на секунду не задержавшись, продолжил свое стремительное движение вперед. Третья машина, с ревом набрав скорость, унеслась вслед, догоняя процессию. Толпа, доселе прячущихся в подъездах и подворотнях агентов и оперативников, высыпала из своих засад. Их было сотни и сотни; потрясая кулаками от возмущения, они расследовали и записывали, окружив догорающий, изрешеченный осколками остов Эмки. Они искали подлецов, посягнувших на самого Сталина. Улица была перекрыта, квартал оцеплен и сыр-бор продолжался до темноты. Евдоким был там тоже, взахлеб давая ценные показания. С той поры подозрительность вождя народов усилилась безмерно и стал он носить под мундиром генералиссимуса стальной пластинчатый доспех на манер чикагских гангстеров.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Непокорные"

Книги похожие на "Непокорные" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Александр Богданов

Александр Богданов - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Александр Богданов - Непокорные"

Отзывы читателей о книге "Непокорные", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.