» » » Джаред Даймонд - Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке


Авторские права

Джаред Даймонд - Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке

Здесь можно купить и скачать "Джаред Даймонд - Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Науки: разное, издательство АСТ, год 2016. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Джаред Даймонд - Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке
Рейтинг:
Название:
Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке
Издательство:
неизвестно
Год:
2016
ISBN:
978-5-17-080132-9
Вы автор?
Книга распространяется на условиях партнёрской программы.
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке"

Описание и краткое содержание "Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке" читать бесплатно онлайн.



Международные авиарейсы, компьютеры, всеобщая грамотность, ожирение...

Все эти приметы современного общества кажутся нам такими естественными!

А так уж велика пропасть, отделяющая нас от наших первобытных предков?

Традиционные общества Новой Гвинеи, Амазонии, пустыни Калахари и других затерянных уголков планеты напоминают нам, что время на часах эволюции течет стремительно и что все блага цивилизации мы приобрели только вчера.

А что же было до этого?






Если местное население насчитывает несколько сотен человек, вы наверняка знаете всех в лицо и по имени, знаете все подробности их родственных связей, брачных союзов или усыновлений, в том числе и в каких родственных отношениях они состоят с вами. Если вы добавите к членам собственной представителей нескольких дружественных групп соседей, ваш потенциальный круг “друзей” составит, возможно, больше тысячи человек, о многих из которых вы слышали, но никогда их не видели. Теперь представьте, что, удалившись от центра своей территории и оказавшись вблизи ее границы, вы встречаете человека или нескольких человек, которых не узнаете. Если их несколько, а вы один, то вы убежите, и наоборот. Если вы один и незнакомец один, если вы заметили друг друга издалека и силы кажутся равными (то есть встретились двое взрослых мужчин, а не мужчина и женщина или ребенок), то вы оба можете и успеете обратиться в бегство. Однако если вы, завернув за угол, неожиданно сталкиваетесь лицом к лицу с незнакомцем, то убегать поздно и возникает напряженная ситуация. Ее можно попытаться разрешить следующим образом: вы оба садитесь на землю, каждый называет себя, перечисляет своих родственников, указывает точную степень родства с ними, а потом вы пытаетесь найти общих родичей. Если вы сможете найти родственные отношения друг с другом, у вас не будет оснований для взаимной агрессии. Однако если после нескольких часов такого разговора вам так и не удастся найти общего родича, то вы уже не сможете просто улыбнуться и сказать: “Приятно было познакомиться, всего доброго”. Вместо этого вы, он или вы оба должны счесть собеседника нарушителем границы, не имеющим никаких связей, которые оправдывали бы его появление, и тогда попытки изгнания или убийства чужака делаются вероятными.

Люди, говорящие на диалекте !кунг, распространенном в центральном регионе Ньяе-Ньяе, называют других людей, говорящих на том же диалекте, ю вази, где ю означает “личность”, зи — суффикс множественного числа, а примерное значение ва — “настоящий”, “хороший”, “честный”, “чистый”, “безвредный”. Постоянные взаимные визиты родственников в Ньяе-Ньяе порождают личные связи, связывающие все 19 групп (примерно тысячу жителей) региона, делая их всех ю вази друг для друга. Противоположный термин ю доле означает “плохой”, “странный”, “вредный” и прилагается ко всем белым, всем чернокожим банту и даже к некоторым !кунг — пусть и говорящим на том же диалекте, но принадлежащим к удаленным группам, в которых у вас нет родственников или знакомых. Как и члены других малочисленных сообществ, !кунг с подозрением относятся к незнакомцам. На практике им удается подобрать термин, обозначающий ту или иную степень родства, для почти каждого соплеменника, которого они встречают. Однако если вы встречаете незнакомого !кунг и не можете обнаружить никаких связей с ним после того, как проследили все свои линии родства, а он — свои, то это означает, что он пришелец, которого вы должны изгнать или убить.

Например, мужчина !кунг по имени Гао по просьбе антрополога Лорны Маршалл отправился выполнить некое поручение в местечко под названием Кхадум, расположенное не очень далеко к северу от округа Ньяе-Ньяе. Гао никогда не бывал в Кхадуме, да и вообще немногие !кунг из Ньяе-Ньяе там бывали. Соплеменники, живущие в Кхадуме, сначала сочли Гао ю доле, что означало как минимум холодный прием и перспективу более серьезных неприятностей. Однако Гао тут же сообщил, что он слышал, будто отец одного из жителей Кхадума носит то же имя, что и отец самого Гао, и что чьего-то брата в Кхадуме зовут Гао, как и его самого. Тогда !кунг из Кхадума сказали: “Значит, ты !гунга Гао (то есть “наш родич Гао”: !гунга — термин, обозначающий одну из степеней родства)”. Они дали Гао место у своего костра и поднесли ему еду.

Сходная категоризация людей имела место среди парагвайских индейцев аче. К моменту первого контакта с европейцами сообщество аче насчитывало около 700 членов, живших группами по 15-70 человек; с ними тесно сотрудничали четыре объединения групп общей численностью от 30 до 550 человек. Членов собственной группы аче называли иронди (то есть “те, кто свои”), а аче из других групп — иролла (“те, кто не наши”).

В современных больших обществах, члены которых неограниченно путешествуют по своей стране и по всему миру, мы часто вступаем в дружеские отношения, основанные на личной симпатии, а не на принадлежности к той или иной группе. С кем-то из наших друзей мы вместе росли или учились в одном классе, с другими познакомились во время путешествий. Значение для дружбы имеет то, нравятся ли люди друг другу и имеют ли общие интересы, а не то, являются ли их группы политическими союзниками. Мы настолько принимаем это представление о дружбе как само собой разумеющееся, что только после нескольких лет работы на Новой Гвинее я случайно обнаружил, что представление о дружбе у членов малочисленных традиционных сообществ сильно от него отличается.

Это открытие произошло благодаря новогвинейцу по имени Ябу, чья деревня в центре Нагорья придерживалась традиционного образа жизни до установления правительственного контроля над регионом и окончания межплеменной войны, что случилось примерно за десять лет до описываемых событий. Во время одной из моих орнитологических экспедиций я нанял Ябу в качестве одного из помощников и привез его в мой лагерь в юго-восточной части Нагорья. Там нас посетил школьный учитель по имени Джим — британец, работавший на Новой Гвинее. Ябу и Джим проводили много времени вместе, болтали и шутили, рассказывали друг другу длинные истории и явно наслаждались обществом друг друга. Город на Центральном нагорье, где преподавал Джим, находился всего в нескольких десятках миль от деревни Ябу. По окончании работы у меня Ябу предстояло вернуться в свою деревню: ему придется долететь на самолете до города, в котором работает Джим, а потом добираться до дому пешком. Так что когда Джим покидал наш лагерь и прощался с Ябу, он сделал вещь, показавшуюся мне совершенно естественной: он пригласил Ябу остановиться у него, когда тот окажется в городе.

Через несколько дней после отъезда Джима я спросил Ябу, планирует ли он навестить Джима по пути домой. Мой вопрос вызвал у Ябу изумление и даже некоторое возмущение: как я мог предположить, что он способен на столь бессмысленную трату времени! “Посетить его? Зачем? Если бы он предлагал мне оплачиваемую работу — тогда да. Но у него же нет для меня работы. Разумеется, я не собираюсь задерживаться в городе и разыскивать его просто ради дружбы!” (Разговор состоялся на новогвинейском языке межплеменного общения ток-писин; на этом языке выражение, соответствующее словосочетанию “просто ради дружбы”, звучит как bilong рrеп nating.) Я был поражен, насколько неправильным было мое предположение: мне даже не пришло в голову усомниться в том, что представление о дружбе может быть не универсальным и не общим для всего человечества.

Разумеется, это мое наблюдение не следует обобщать. Конечно, члены малочисленных сообществ так же, как и мы, испытывают к некоторым своим соплеменникам бóльшую симпатию, чем к другим. По мере роста таких сообществ и все более сильных внешних влияний традиционные представления, включая представления о дружбе, меняются. Тем не менее я думаю, что различие в концепциях дружбы у больших и малочисленных обществ (приглашение Джима и реакция на него Ябу) в общем и целом типично. Дело вовсе не в том, что Ябу отнесся к приглашению европейца иначе, чем он отнесся бы к приглашению новогвинейца. Как объяснил мне один из моих новогвинейских друзей, знакомый как с европейскими, так и с традиционными новогвинейскими обычаями, “здесь, на Новой Гвинее, мы не ходим в гости без конкретной цели; и если вы познакомились с человеком и провели в его обществе неделю, это не значит, что между вами возникли какие-то отношения или тем более дружба”. В нашем обществе западного типа ситуация контрастная: огромное число возможных контактов и частые географические перемещения дают нам больше свободы (и делают нас более требовательными) в выборе отношений, основанных на личных дружеских связях, а не на родстве, браке или географической близости местожительства в детстве.

В больших иерархических обществах, где тысячи или миллионы людей живут вместе под сенью вождества или государства, встреча с незнакомцами — обычное и безопасное дело, не несущее угрозы. Каждый раз, когда я прохожу по кампусу Калифорнийского университета или по улице Лос-Анджелеса, я без страха или опасений вижу сотни идущих мне навстречу людей, которых я никогда раньше не видел и, вероятно, никогда больше не встречу и с которыми у меня нет никаких известных мне родственных или брачных связей. Ранняя стадия этого изменившегося взгляда на незнакомцев может быть проиллюстрирована на примере суданских нуэр, которых я уже упоминал: их насчитывается около 200,000, и для них характерна иерархия нескольких уровней — от деревни к племени. Очевидно, что ни один нуэр не знает лично всех остальных своих 199,999 соплеменников и даже слышал не обо всех. Политическая организация нуэр слаба: каждая деревня имеет номинального вождя, обладающего незначительной реальной властью (это будет подробнее описано в главе 2). Тем не менее, по словам антрополога Э. Э. Эванс-Притчарда,


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке"

Книги похожие на "Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Джаред Даймонд

Джаред Даймонд - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Джаред Даймонд - Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке"

Отзывы читателей о книге "Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.