Владимир Курочкин - Избранное (сборник)

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Избранное (сборник)"
Описание и краткое содержание "Избранное (сборник)" читать бесплатно онлайн.
«Избранное» Владимира Курочкина составили роман «Мои товарищи» (1937), в свое время вызвавший бурные читательские дискуссии, а также повести и рассказы, написанные с 1936 по 1946 годы. «Мои товарищи» – роман в новеллах – исторически самая ранняя форма романа. Особенность жанра фактурно связана со свежестью молодого мироощущения и незаконсервированностью судеб героев. Ромен Роллан писал о произведениях Курочкина: «…в них чувствуется радостный размах сверкающей юности. Вспоминаешь пламенность персонажей Дюма-отца и эпический тон Виктора Гюго в его романе „Девяносто третий год“…».
Пока копался, шефы прошли прямо на плац, где должен был быть парад. Я видел только их затылки, когда они проходили мимо палаток. И, даю честное слово, я заметил невысокую девушку в красном жакете. Она шла вместе со всеми. Я не мог ошибиться. Только у нее одной могли быть такие волосы. Золотые россыпи! Некоторые пряди у нее были темные и отливали бронзой. Ее волосы всегда были зачесаны назад, словно ветер относил их, и от этого голова казалась устремленной вперед. Она была похожа на летящую гордую птицу. Да, это была Наташа. Приехала! Теперь у меня оба сапога блестели совершенно одинаково.
Началось: мы выстраивались с винтовками и равнялись. На плацу играла музыка, и туда шли полки всей дивизии. Скоро и мы с песней пошли на плац. Он уже был заполнен, и мы встали в задних рядах. Стояли «вольно» и тихо разговаривали, но из рядов не выходили. Было очень жарко, облака словно крались по небу, они плыли у самого горизонта, и солнце вволю лило свой жар на лес, на реку и на нас. У меня взмокла на груди рубашка, но я не унывал и смотрел в голубое небо.
Вскоре в колоннах началось движение. Все подтянулись, выставили подбородки. «Смирно!» Стало тихо. Сквозь просвет в рядах очень далеко было видно командира дивизии. Он шел по полю, потом остановился и взмахнул шашкой. Солнечные лучи заиграли на стальном клинке, который точно расплавился. Командир дивизии отдал рапорт приехавшему из Москвы начальству, и вот они все пошли мимо наших колонн. Здоровались, а мы дружно отвечали. Они ушли далеко-далеко, но было так тихо, что к нам их голоса доносились ясно.
Началось прохождение колонн мимо трибун. Оркестр заиграл церемониальный марш, и мы повернулись направо. Теперь мимо трибуны я должен был уже пройти в первых рядах. Колонны проходили быстро. Музыка играла непрерывно, было два оркестра, и они сменяли друг друга. Когда я подходил к трибунам, мне казалось, что я разыщу Наташино лицо и улыбнусь ей, но мимо трибун нужно было идти быстро, вытянув руки по швам, не сгибая ног в колене и повернув лицо направо. Это было очень трудно. Я видел на трибунах сплошную разноцветную массу, веселые радостные лица, все кричали так же, как и мы, «ура». Потом я увидел командира дивизии с черной холеной бородой, он приветствовал нас. Потом опять замелькали лица, как в кинематографе, и внезапно все это кончилось, словно оборвалась лента. Мы прошли трибуны и пошли уже свободно. Наташу я не заметил, но был уверен, что она меня видела.
После парада шефы сразу же пошли осматривать наши палатки. Это было излюбленным занятием всех, кто приезжал в наши лагеря; это прямо стало привычкой, А мы тем временем отправились курить. Потом я пошел к беседке, в которой был красный уголок, потому что наши гости всегда после палаток осматривали красный уголок.
Так и получилось: шефы пришли к беседке. Я увидел Наташу, она шла вместе со всеми. Я увидел также и слесаря Николая Воронцина, и старика Ивана Ильича, и рослого широкоплечего Сколбянского, начальника сборочного цеха завода. Они все поздоровались со мной. Я ответил на их приветствия, а потом улыбнулся Наташе и подошел к ней.
– Здравствуй, Тима! – сказала она.
– Здравствуй! Ты меня видела?
– Где?
– На параде?
– Нет, вы все были такие одинаковые и быстро шли.
– Жалко. Ты привезла мне книжку о Кирове? Она в красном переплете, у меня дома в столе. Нашла?
– Нет, забыла.
– Я же тебе писал! Она мне очень нужна, а здесь в библиотеке нет. Все на руках!
– Вернусь, вышлю. Ко мне мама приехала.
– Это хорошо. А на заводе как? Достроили новый цех?
– Да, уже станки устанавливают.
– Молодцы! А ты почему так долго не писала?
– Ну, как долго? Всего неделю.
– Хороша неделя! Я уже думал, забыла.
– Пойдем туда.
И она пошла в беседку, где были все остальные. Они рассматривали работы наших художников. Я стал рядом с Наташей и тихо сказал ей:
– Я страшно рад, что ты приехала.
– Да?
Она смотрела на плакат, на котором был изображен фашист, крадущийся к нашей границе.
– Здорово нарисовано?
– Да!
– Это наш парень рисовал. Его посылают учиться в академию.
– А как твои успехи?
– Хороши. Я один из первых. Слушай, Ната, а у тебя волосы еще светлей стали.
– Выгорели.
– На водной станции бываешь?
– Нет, просто каждый выходной езжу за город вместе со всеми.
– С кем?
– Ну, с завода – девчата. Массовка!
Тут все начали выходить из беседки, и Наташа тоже двинулась к выходу. А мне так хотелось с ней поговорить. Я хотел сказать что-то важное. Что именно особенного хотел я ей сообщить, для меня было неясно, потому что мы друг друга хорошо знали, и все нам было уже известно. Мы вышли на аллею и пошли к клубу. Шефам не терпелось посмотреть и его. Наташа шла вместе со всеми, я потянул ее за рукав в сторону и спросил:
– Ты останешься до вечера?
– Нет, нет, я поеду со всеми.
– Почему? Я тебя провожу до поезда. Я освобожусь от наряда. Мне разрешат.
– Нет. Раз приехала со всеми, надо вместе и уезжать. Неудобно.
– Но мне очень хотелось подольше побыть с тобой.
– Я приеду как-нибудь еще одна. А сейчас это невозможно.
– Да, но…
– Пойдем, пойдем. Мы очень отстали.
– А что нам за ними ходить!
Она молчала и шла очень быстро. Мне приходилось почти бежать за ней.
– Серьезно, Ната, пойдем на плац.
– Зачем?
– Там сейчас будет инсценировка воздушного налета.
– Мы, наверно, увидим и отсюда.
– Нет, это будут штурмовые самолеты. Они пройдут низко над землей. Очень интересно! Ты же это любишь.
– Мы сейчас все туда пойдем.
Но никто так и не ходил смотреть инсценировку боя. Она быстро закончилась. Я слышал далекий рев самолетов и трескотню пулеметов в то время, когда все мы торчали в клубе. Было обидно! Я и сам любил смотреть военные игры.
Подошло время обеда, и мне пришлось уйти: ведь обедать у нас ходят строем. В столовой было прохладно, там гулял сквозняк, и от берестовой крыши падала глубокая тень. Мы ели хороший, жирный борщ, и я думал о Наташе, но мысли мои перебил Петр:
– Ты уже пять минут трясешь перечницей. Что ты этим хочешь доказать?
– А?
В самом деле, борщ мой покрылся словно пеплом, я перестарался.
После обеда гости уезжали. Они хотели попасть домой засветло. Шоферы уже заводили машины, шефы приехали на заводских грузовиках. Комиссар полка тряс Сколбянскому руку и просил не забывать. Остальные рассаживались по машинам. Шоферы сели в кабины. Я стоял около грузовика, Наташа влезла наверх и тоже села. Я поманил ее рукой, она нагнулась ко мне, и я, волнуясь, не совсем складно сказал:
– Ты ко мне относишься как всегда?
– То есть?
– Ну, ты понимаешь.
– Тима, скажи-ка… у вас здесь часто бывают дожди? Что-то стало пасмурно.
– Не особенно часто. Когда я приеду, будем жить вместе?
Наташа посмотрела на меня, потом ее глаза скользнули мимо моего лица, и она улыбнулась, но только не мне. Я не знал, кому она улыбалась. Я оглянулся. Сколбянский уже влез в грузовик, комиссар отошел в сторону и поднял руку кверху: он указывал на дождевые облака, которые неожиданно появились откуда-то. «Ничего!» – махнул рукой Сколбянский. Они хотели ехать, но Наташа с каким-то внезапным волнением, таким резким по сравнению с сегодняшней необычной для нее скованностью, перегнулась через борт. Она словно решила разом развязать что-то угнетающее ее с самого утра:
– Ты знаешь, я чуть не забыла. Это тебе. Я должна была бы с самого начала, но…
И подала мне маленькое письмо. Грузовики тронулись, провожающие прошли немного за ними, а я посмотрел на небо: дождя, может быть, и не предвиделось, но небо меняло цвет и становилось серым и рыхлым. Я распечатал конверт: на небольшом клочке бумаги было написано: «Я – жена Сколбянского. Объяснения излишни». У меня похолодели кончики пальцев, их стало покалывать, как ногу, когда ее отсидишь; может быть, пальцы даже посинели, но я на них не смотрел. Я заставил себя смотреть на небо. Оно меняло цвет. Небо точно спустилось ближе к земле, нижний слой облаков был похож на серые рубища, они быстро проносились мимо, чуть ли не задевая лохмотьями за вершины деревьев. Второй слой облаков, повыше, был цвета морской пены, и они двигались в противоположную сторону. Может быть, облака стояли на месте и движение их было обманом для глаз, но это неважно. Самое главное было то, что голубой цвет неба виднелся лишь в небольших окнах, между облаками. Он казался далеким и невозвратимо утерянным. Такая резкая перемена на небе могла быть только осенью. Поднялся ветер и вырвал из моих рук исписанную бумажку, которую я держал не совсем крепко.
– Раушев! – кричали где-то за деревьями.
Я узнал голос Петра Дорохова. Вскоре я услыхал за спиной скрип его тяжелых сапог. Он увидал меня:
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Избранное (сборник)"
Книги похожие на "Избранное (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Владимир Курочкин - Избранное (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Избранное (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.