» » » Андрей Добрынин - Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы


Авторские права

Андрей Добрынин - Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы

Здесь можно скачать бесплатно "Андрей Добрынин - Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Роман, год 1996. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Андрей Добрынин - Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы
Рейтинг:
Название:
Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы
Издательство:
неизвестно
Жанр:
Год:
1996
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы"

Описание и краткое содержание "Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы" читать бесплатно онлайн.



Воспроизводится по изданию: Орден куртуазных маньеристов. Отстойник вечности. Избранная проза: — М.: Издательский Дом «Букмэн», 1996. — 591 с.






Слуги развели нас по покоям, куда более тесным и скромным, чем на низаритском подворье в Калькутте. Здесь отсутствовали драгоценная посуда и мебель, дорогие шелка и жаровни с благовониями. Однако при всей скромности и здесь царил комфорт: в покоях топились печи, создавая не жаркую, но приятную теплоту и прогоняя вредоносную сырость, подушки на ложах были мягки и заботливо взбиты, светильники заправлены благоухающим маслом, письменные принадлежности, разложенные на столах, призывали к неспешным размышлениям и благочестивым трудам. Вскоре нас отвели в баню. Там мы долго нежились в ваннах с теплой водой, взятой, по–видимому, из минеральных источников — на это указывал ее солоноватый вкус и исходивший от нее легкий запах сероводорода. Далее мы омылись пресной водой, настоянной на душистых травах, и предали свои тела в распоряжение мускулистых банщиков, сделавших нам массаж. Выйдя из этой целебной бани, я почувствовал себя необычайно бодрым, словно и не проделал за несколько дней путь в тысячу фарсахов. Вождь низаритов, видимо, ожидал такого эффекта, ибо не успел я войти в свою комнату, как ко мне явился слуга и вопросил, не угодно ли будет мне посетить Ага–хана в его покоях для беседы. «А как же, конечно, угодно! — обрадовался я при мысли, что распиравшая меня энергия найдет выход в ученых разговорах. — Проводи–ка меня, любезный». По винтовой лестнице мы спустились в подземные помещения крепости, высеченные в базальте, и долго шли затем по мрачным сводчатым коридорам, скупо освещенным масляными светильниками. Наконец, свернув в боковой ход, мы уперлись в глухую стену. Я уже решил, что мой проводник заблудился, но стоило ему что–то негромко произнести, как огромный камень, точнее, целая скала, начал бесшумно поворачиваться перед нами, открывая вход в небольшую залу со сводчатым потолком, также целиком высеченную в скальной породе. Слуга пропустил меня внутрь, а сам остался снаружи. Великолепно пригнанная каменная дверь затворилась за ним, не оставив ни щелочки. Невозможно было поверить, что в этом месте в толще базальта скрывается пустота. Залу освещали установленные в маленьких стенных нишах светильники, заправленные ароматическим маслом. На возвышении в противоположном конце залы в кресле с высокой спинкой, похожем на трон, сидел величественного вида седой старец. На нем была простая аба черного цвета, которую носят священнослужители в Иране, на ногах — столь же простые матерчатые туфли–гиве. Лишь зеленая шелковая чалма Алида указывала на его благородное происхождение, да на безымянном пальце левой руки поблескивал огромный изумруд. Запавшие щеки и совершенно седые, легкие как пух волосы и борода указывали на глубокую старость Ага–хана, однако глаза его были живыми и веселыми, а речь — четкой и звучной. Я с благоговением склонился перед этим прямым потомком Али ибн Абу Талиба, единственного праведного халифа всех мусульман. «Приветствую вас, шейх Али», — ответил на мое приветствие Ага–хан. Он легко, как юноша, поднялся с трона и в свою очередь отвесил мне глубокий поклон. «О великий Ага–хан, я не заслужил такой чести», — сказал я взволнованно. «Я склоняюсь перед творцом учения, ставшего духовным светочем для каждого низарита, — возразил Ага–хан. — Впрочем, не будем говорить о том, кому какие подобают почести: мудрец не воздаст их недостойному, а для того, на ком почиет благодать Аллаха, любые почести не слишком велики — восхваляя его, мы хвалим Творца всего сущего». Я выразил свое согласие легким поклоном. «Мне известен ваш благородный замысел, — продолжал Ага–хан. — Но учтите, что царь зинджей ничего не отдаст вам по доброй воле, бороться же с ним значит бороться со всем его царством, которым он единолично правит». «Что делать», — вздохнул я. «Вы, конечно, знаете предсказание о пентаграмме. Оно предрекает вам удачу, но лишь в том случае, если вы не сделаете неверных шагов. Тот, кто в одиночку идет на целое войско, полагаясь на благоприятные знамения, искушает Всевышнего и оказывается в убытке. А в таком деле, как ваше, не сделать ошибки очень трудно». «Я надеюсь на ваш мудрый совет, Ага–хан, и на вашу помощь», — отвечал я. «Хорошо, — кивнул Ага–хан. — Тогда ответьте мне на один неожиданный вопрос: покровителем вашего рода считается волк, не так ли?» Мне сразу вспомнилась фамильная легенда о том, как мой далекий предок по имени Савва повстречал в лесу угодившего в капкан огромного волка с двумя рыжими пятнами на лбу. Мой пращур вызволил беспомощного зверя и отпустил на волю, но прежде чем уйти, волк побратался с ним, оцарапав когтем его руку и приложив кровоточащую царапину к ране на своей лапе, побывавшей в капкане. После этого волк обещал Савве и всем его потомкам вечное покровительство со стороны всех поколений волчьего племени. Волк предрек, что из рода Саввы выйдут великие люди, известные всему миру. И в дальнейшем в нашем роду происходило немало событий, связанных с волками, и во всех случаях зверь представал не разбойником и обидчиком, а бескорыстным другом. Удивительным казалось лишь то, что Ага–хан знал о нашем семейном мифе. Я спросил его об источнике столь лестной для меня осведомленности. «Вы еще молоды, шейх, а я и сам с трудом вспоминаю, сколько мне лет, — с улыбкой отвечал старец. — Я видел столько людей, что могу по их внешности, речи и повадкам определить, к какому роду они принадлежат. Во внешности людей, породненных с волками, а значит, и в вашей, есть нечто особенное, но оно трудно выразимо словами. Проще перечислить черты характера, присущие таким людям. Следите за моими словами: я уверен, что все эти черты вы отметите в себе. Бы часто чувствуете себя чужим среди людей; вам необходимо одиночество, вам хочется скрываться; вы чрезвычайно остро переживаете все проявления человеческой глупости и злобы и оттого порой испытываете ненависть к людям, особенно к тем, кто вторгается в ваше уединение; вам достаточно недолгого общения с человеком, иногда одного взгляда на него, чтобы понять его духвную суть, поняв же ее, вы чаще всего ощущаете одно презрение; вы не можете найти себе подругу надолго, потому что с теми женщинами, к которым вас влечет, вам всегда почему–то не по себе; вы не можете отказать, если вас просят, но всегда отказываете, если у вас требуют; вы целеустремленны и мужественны и потому в крупных предприятиях всегда добиваетесь успеха; вы добры, но бываете жестоким; порой вы физически ощущаете себя волком, особенно в темноте; вы любите волков». Ага–хан произносил все это медленно, полуутвердительно–полувопросительно, давая мне время вдуматься в его слова и ответить, и всякий раз я вынужден был кивать в знак согласия. Вдруг мне показалось, что и в облике Ага–хана проступает нечто волчье: взгляд его, устремленный на меня, сделался странно пристальным и напряженным — человек так не смотрит, черты лица вытянулись вперед наподобие звериной морды, верхняя губа дрогнула, открывая ряд безупречных зубов, а седые волосы чуть приподнялись и зашевелились, как шерсть на загривке у волка. Холодок пробежал у меня по спине, я зажмурился и потряс головой, отгоняя наваждение. Когда я вновь открыл глаза, в облике Ага–хана уже не оставалось ничего необычного, зато около его кресла–трона сидел огромный волк, тот самый, что сопровождал нас по дороге к Аламуту — я узнал его по желтым пятнам на лбу. Ага–хан ласково запустил пальцы правой руки в его густую бурую шерсть. «Этот благородный зверь — предводитель всех волков в здешних краях, в том числе и в области Хузестан, куда вы держите путь. Я беседовал с ним о вашем деле, и он согласился оказать вам помощь». Волк дружелюбно глядел на меня своими живыми топазовыми глазами. «Едва я увидел вас, шейх, как сразу распознал в вас сородича, — сказал он приятным глуховатым голосом. — Я и все мои волки в вашем распоряжении. С царем зинджей, не скрою, у нас давние счеты: он ненавидит наше племя и предал многих из нас мучительной смерти. Но главное, что движет мною, — это стремление помочь вам. Мы, волки, любим своих сородичей, волею судеб вынужденных жить жизнью людей и в людском обличье — ведь им приходится так нелегко. Что же касается вас, то вы — гордость нашего племени, и каждый волк почтет за честь отдать жизнь ради вашего успеха». «Боже упаси, зачем же так мрачно, — возразил я. — Надеюсь, что до этого не дойдет, хотя помощь нам, конечно, понадобится». «Б страну зинджей мы пойдем порознь — волки не ходят по дорогам людей, — сказал волчий вождь. — Там я найду вас. Заранее скажу, что часть моих волков придет в страну зинджей под видом странствующих дервишей. Вы ведь знаете, должно быть, что многие волки легко превращаются в людей и обратно. Зато человеку трудно превратиться в волка, даже если этот человек одной крови с нами». «А почему именно в обличье дервишей?» — полюбопытствовал я. «Зинджи только их пропускают в свою страну, — вероятно, потому, что считают их безвредными. Но главное даже не в этом, а в том, что и волки, и дервиши–суфии сходны в своей способности сливаться душой с божественным духом, пронизывающим все сущее. Потому–то из всех людских обличий нам более всего подходит обличье дервиша». «А как мне называть вас, о благороднейший?» — спросил я волка. «Зовите меня Абу Сирхан», — отвечал волк. «Разумеется, я тоже дам вам своих людей, — сказал Ага–хан. — Но в открытую схватку с царем зинджей вам вступать нельзя — у него огромная армия, прекрасно вооруженная и дисциплинированная. Здесь нужен хитроумный план». «Я сознаю сложность задачи, — отвечал я. — Но чтобы все обдумать, мне нужны отдых и уединение». «Понимаю, — кивнул Ага–хан. — Однако прежде чем вы удалитесь в свои покои, не согласитесь ли вы прочесть мне свою «Касыду последнего пути»? Я уже стар, а ваши стихи прибавляют мне мужества перед неизбежным прощанием с этим миром». Я охотно согласился и прочел:


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы"

Книги похожие на "Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Андрей Добрынин

Андрей Добрынин - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Андрей Добрынин - Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы"

Отзывы читателей о книге "Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.