Бенгт Даниельссон - Гоген в Полинезии

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Гоген в Полинезии"
Описание и краткое содержание "Гоген в Полинезии" читать бесплатно онлайн.
Автор книги ГОГЕН В ПОЛИНЕЗИИ, Бенгт Э́ммерик Дание́льссон (швед. Bengt Danielsson; 6 июля 1921, Крукек, Швеция - 4 июля 1997, Стокгольм) - шведский этнограф, директор Шведского национального музея этнографии (1967-1971). Родился 6 июля 1921 года в городке Крукек, в коммуне Норрчёпинг, Швеция. Обучался в Уппсальском университете, потом уехал в США. В 1947 году принял участие в экспедиции Тура Хейердала на плоту «Кон-Тики» из Южной Америки в Полинезию. В 1948 году женился в Лиме на француженке Марии-Терезе, и после свадьбы они поселились сначала на Рароиа (1949-1952), а затем, в 1953 году, на Таити. Даниельссон является автором множества работ о Полинезии, включая шеститомное издание по истории островов, и популярных книг, многие из которых переведены на различные языки.
После заходов в Аделаиду, Мельбурн и Сидней, которые показались Гогену большими
и бездарными слепками с городов Англии, «Океания» наконец 12 мая бросила якорь на
рейде Нумеа. Соблюдая полное беспристрастие, он не менее саркастически отозвался и об
этом типичном французском городишке, который в девяностых годах прошлого столетия
был почти таким же пресловутым местом ссылки, как Гвиана. «Что за потешная колония
этот Нумеа! Красивая и забавная. Чиновники с годовым жалованьем всего пять тысяч
франков могут позволить себе разъезжать с семьей в собственных экипажах, одевать жен в
дорогие наряды. Разгадайте эту загадку, кто может! Невозможно! Всех богаче бывшие
каторжники, и они вполне могут рассчитывать на видное положение. Отсюда соблазн
мошенничать и вести беспутную жизнь, ведь если ты попадешь под суд, то быстро
станешь счастлив».
В пути Гоген с недовольством узнал, что между Новой Каледонией и Таити суда ходят
всего два-три раза в год, и если ему не повезет, придется торчать в Нумеа несколько
месяцев. Сойдя на берег, он поспешил обратиться в канцелярию губернатора и услышал,
что его верно информировали. Впрочем, его тут же успокоили известием, что следующее
судно отправляется уже через неделю. Речь шла о военном транспорте «Вир», который «по
особому назначению» ходил между островами и, если оставалось место, брал
гражданских пассажиров. Билет стоил неслыханно дешево, всего шестьдесят франков36. К
тому же благодаря официальному письму Гогена без разговоров поместили с офицерами, и
ел он в офицерской кают-компании. Несмотря на это, последний этап путешествия
оказался самым тяжелым и неприятным, главным образом потому, что «Вир» представлял
собой старый парусник, который давно пора было сдать на слом, но одержимые
бережливостью военно-морские власти вместо этого снабдили дряхлую посудину
стопятидесятисильной машиной, при благоприятных условиях развивающей скорость до
шести узлов. Правда, все три мачты оставили - и очень мудро поступили, так как машина с
годами становилась все капризнее и бедному командиру «Вира» то и дело приходилось
ставить паруса, чтобы дотянуть до порта. Был у достопочтенного корабля и еще один
недостаток. Хотя он уже много лет служил в мирных водах Южных морей, на нем по-
прежнему стояло шесть палубных пушек, по три с каждой стороны; в итоге - сильная
качка даже при умеренной волне.
Новая Каледония и Таити лежат почти на одной широте, в поясе, где круглый год дует
восточный пассат. И, зная многочисленные пороки «Вира», его капитан никогда не
отваживался идти против ветра прямо на Таити. Он поступал, как поколения
судоводителей до него: спускался в новозеландские воды, чтобы воспользоваться
господствующими там сильными западными ветрами. Путь от этого почти удваивался, но
зато получался выигрыш во времени. Плавание от Нумеа до Таити занимало всего около
трех недель; конечно, если машина не подводила.
«Вир» отчалил в назначенный срок - 21 мая, другими словами, до разгара зимы в
южном полушарии. Так что Гоген вряд ли зяб, даже когда судно проходило самую южную
точку огромного полукруга. Но теснота на борту была невыносимая: вместе с ним плыли
тридцать пять солдат, три флотских офицера, жандарм с семьей, капитан-пехотинец (с
нефранцузской фамилией Сватон, очевидно, фламандец) и одна-единственная таитянка37.
Тем не менее сомнительно, чтобы пассажиры предпочитали отсиживаться в своих каютах.
Вот как описывает условия на борту один чиновник французской колониальной
администрации, проделавший тот же путь несколькими годами раньше: «Я один занимаю
каюту рядом с кладовкой. Но я стараюсь возможно меньше находиться в каюте, потому
что даже днем там тьма кромешная, и вентиляторы плотно задраены, не позволяя выгнать
спертый воздух и вонь, распространяющуюся из машинного отделения. И, однако, я пока
не жалуюсь на сон, несмотря на полчища огромных тараканов, которых, вероятно,
приманивает солонина в кладовке... Так или иначе, время идет. Лучшая пора дня - утро.
Как только рассветает, я с радостью выскакиваю из своей смердящей каюты и поднимаюсь
на мостик, чтобы наполнить легкие свежим морским воздухом... Офицеры, сменившиеся с
ночной вахты, отдыхают, судовой врач играет у себя на флейте, а мы режемся в вист в
офицерской кают-компании»38.
Погода стояла на редкость хорошая, машина, против всех ожиданий, ни разу не
отказала, и на восемнадцатый день плавания, рано утром 7 июня, на горизонте показался
первый из островов Французской Полинезии (или, как тогда говорили, - Французских
поселений в Океании). Речь идет о невысоком гористом островке Тупуаи в Австральном
архипелаге, лежащем к югу от Таити.
В этот день Гогену исполнилось сорок три года - очень важный день рождения, самая
критическая пора в жизни мужчины. Особенно если главная работа еще впереди. И мы
вправе предположить, что Гоген остро ощущал, что он стоит на пороге больших перемен,
судьба его решится в этом неведомом островном царстве.
Было еще темно, когда «Вир», в ночь с 8-го на 9 июня, подошел к соседу Таити,
маленькому острову Моореа. Только мечущиеся огни факелов у западного берега Таити,
где рыбаки вышли на аутригерах ловить на свет летучих рыб, говорили о том, что Гоген
наконец достиг своего южноморского рая.
В глубокую, хорошо защищенную гавань на севере Таити, где находится столица всей
колонии - Папеэте, попадали через узкие ворота в коралловом рифе. Очень сильное
течение делало этот проход опасным ночью, и командир «Вира» сбавил ход, чтобы
подойти туда на рассвете. Поэтому, когда в половине шестого утра на светлеющем
тропическом небе вырисовался вздымающийся на две с лишним тысячи метров конус
Таити, судно было уже слишком близко к острову, и Гоген не мог как следует его
обозреть39. Самый величественный вид на Таити (остров представляет собой не что иное, как вершину исполинского подводного вулкана) открывается с расстояния десяти морских
миль. Причем должна быть ясная погода, иначе видно только основание размытого
свинцово-серого треугольника, все остальное скрыто в густой дождевой туче. А в
хороший день за десять миль можно отчетливо различить головокружительные обрывы и
темные глубокие расщелины, прорезанные за много миллионов лет разрушительным
действием воды и ветра. Дикий, угрюмый вид и пепельно-серые с переходом в
металлическую синь краски издали придают Таити сходство с лунным кратером; наверно,
поэтому восхищенные путешественники, описывая свое первое впечатление, столь охотно
употребляли прилагательные «сверхъестественная» и «неземная» красота. Но когда
подходишь ближе, краски исподволь меняются, ведь горы на самом деле вовсе не голые,
они покрыты пышным ковром ярко-зеленого папоротника в рост человека.
Не получил Гоген представления и о Папеэте, хотя «Вир» был в нескольких стах
метрах от берега, когда на борт поднялся лоцман. Дело в том, что город закрывала
сплошная стена усыпанных красными цветами брахихитонов. Она тянулась вдоль всей
двухкилометровой излучины залива и только две-три шхуны да несколько аутригеров
говорили, что тут есть люди. Лишь после того как «Вир» бросил якорь и пассажиров
свезли на поросший травой берег, Гоген смог оценить, в какой мере его умозрительное
представление отвечало действительности.
Он мгновенно убедился, что мечта и явь не совпадают. Если вспомнить, с каким
жадным ожиданием он ехал, для него, наверно, было настоящим ударом вместо красивого
селения с живописными хижинами увидеть шеренги лавок и кабаков, безобразные,
неоштукатуренные кирпичные дома и еще более безобразные деревянные постройки,
крытые железом. Конечно, если бы Гоген прибыл сюда вместе с Лоти, то есть лет двадцать
назад, он застал бы более приглядное зрелище. Но после того как в 1884 году половину
города уничтожил пожар, был принят закон, запрещающий строить дома из бамбука,
пальмовых листьев и прочих легко воспламеняющихся материалов. Однако еще больше
Гогена обескуражило, что полинезийцы ничуть не походили на голых Ев и диких
Геркулесов, ради встречи с которыми, мечтая писать их и разделить с ними райскую
жизнь, он обогнул половину земного шара. О фигурах женщин вообще нельзя было
судить, ибо все скрывали длинные, широкие платья-мешки - такую моду ввели
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Гоген в Полинезии"
Книги похожие на "Гоген в Полинезии" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Бенгт Даниельссон - Гоген в Полинезии"
Отзывы читателей о книге "Гоген в Полинезии", комментарии и мнения людей о произведении.