» » » Анатолий Изотов - Верка


Авторские права

Анатолий Изотов - Верка

Здесь можно купить и скачать "Анатолий Изотов - Верка" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русское современное, издательство ЛитагентПЦ Александра Гриценкоf47c46af-b076-11e1-aac2-5924aae99221, год 2016. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Анатолий Изотов - Верка
Рейтинг:
Название:
Верка
Издательство:
неизвестно
Год:
2016
ISBN:
978-5-906829-32-0
Вы автор?
Книга распространяется на условиях партнёрской программы.
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Верка"

Описание и краткое содержание "Верка" читать бесплатно онлайн.



Верка – бывшая рецидивистка, уголовница и воровка. Но постепенно она превращается в полноценного человека, становится хорошей женой, матерью и отличным грамотным специалистом. Что помогло ей в этом превращении? Любовь хорошего парня, новые друзья и коллеги по работе, а главное – желание жить честно и справедливо. Но страшное прошлое не дает забыть о себе… Однако это не помешало ей совершить героический подвиг в мятежном Будапеште…






И вот взору молодых людей открылась первая галерея, теряющаяся в тусклом свете, отчего она показалась Верке бесконечной. По всей обозримой длине галереи стояли гигантские, в два человеческих роста, бочки. Слева от них проходила узкая дорожка. Воздух был сухим и насыщенным уже известным запахом и казался ватным от тишины, царившей в подземелье. Голос Ксении, продолжавшей свой рассказ, приобрел в этой тишине особую мелодичность.

– Вот это и есть те самые сосуды, в которых проходит первый жизненный цикл нашего вина, – пояснила она, показывая на бочки. – Да, ребятки, вино живет, я это чувствую и здесь, – она похлопала по дубовому боку бочки, – и там, наверху, когда рассматриваю его под микроскопом. Лучшая партия вин из прошлогоднего урожая находится в третьей штольне, она ничем не отличается от этой. А здесь дозревает вино позапрошлого, дождливого лета, оно пойдет в основном на продажу. Несколько бочек содержат купажные вина, то есть приготовленные из одного и того же сорта винограда, собранного с разных плантаций. Бывает, смешиваются сорта совсем непохожие, скажем, белый виноград и черный – это на любителя, но иногда происходит чудо и купажное вино становится марочным. Правда, до второго цикла такие вина, как правило, не доживают. Вижу, Вера удивлена размером бочек?

– Мой дед делал бочки сам, куда меньшие, но это была очень трудная и кропотливая работа, а, глядя на этих гигантов, не могу представить, как можно подогнать для них доски, изогнуть и потом собрать! – выпалила изумленная Верка.

– Наши бочки штучные! На их изготовление пригоден только определенный дуб, у него должен быть ровненький ствол высотой не менее пяти метров, и в полном смысле не иметь ни сучка, ни задоринки. Растут такие дубы в рощах где-то под Рязанью. Их валят асы-лесорубы. Подготовленный комель не распиливается на доски, а расщепляется специальным топором на сегменты. И уже из сегментов собирается гигантский сосуд. Таким образом, бочка имеет необыкновенную прочность, потому что в сегментах, из которых она состоит, сохраняется естественно направленная структура древесных волокон. Так что твоему деду, Верочка, есть чему поучиться. Имеются в нашем подземелье кое-какие проблемы: в новых штольнях весной появляется водичка. Пока мы в них держим краткосрочные вина, но сырой климат здесь недопустим, поэтому ожидания высокого руководства на увеличение количества высококачественных вин с вводом новых хранилищ не оправдались. Теперь подойдем к хранилищу с контейнерами, то есть месту, в котором продолжается второй цикл созревания. По пути мне можно задавать вопросы.

Верка и Виктор не были готовы о чем-то спрашивать и шли молча.

– Вопросы появятся потом, – прокомментировала их молчание Ксения, – значит, я продолжаю свою лекцию. Бутылки с вином хранятся в лежачем положении. Для удобства обслуживания они помещаются в специальные металлические корзины. Эти корзины размещаются в наиболее тихих и спокойных местах и посещаются реже, чем бочки. Сегодня как раз «неприемный» день, поэтому посмотрите вот на эти двери и представьте, что за ними лежит не одна тысяча бутылок.

– А как же все это сохранилось во время войны? Ведь Крым не удалось отстоять, и здесь резвились немцы? – с грустью в голосе спросила Верка.

– Это особая страница в жизни коллекционных вин Массандры. Возможно, я смогу кое-что вспомнить, но позже… Предлагаю закончить осмотр нижней части производства и подняться наверх для реальной дегустации того, о чем вы столько услышали, но что было скрыто от ваших глаз, органов обоняния и осязания деревянными перегородками и каменными стенами. Все же вино делается не для обозрения!

Они вышли на улицу и снова оказались возле гранатового дерева. Глядя на него, Верка вспомнила о хорошей примете, связанной с ним, и спросила:

– Ксения, вы не могли бы рассказать про новое вино, которое отмечено посадкой этого граната?

– Я постараюсь представить вас Василию Мефодьевичу – это его детище, и он сам откроет вам тайну. Хотя на самом деле никакой тайны нет: Мефодьевич пришел к выводу, что Южный берег Крыма является лучшим местом на земле для мускатных виноградников, на их базе можно создавать сказочные вина, – и заразил своей идеей многих виноделов.

Дегустировали вина в уютном кабинете главного технолога. Каждый стаканчик вина Ксения преподносила как самый благодатный и неповторимый – и ее гостям, казалось, что так оно и есть на самом деле. Вскоре Веркины щеки разгорелись румянцем, глаза приобрели особый блеск, а сердце наполнилось благодарностью и светлой завистью к хрупкой красивой женщине, посвятившей свою жизнь такой интересной профессии. Виктор в дегустации вин участвовал символически, зато отведал коньяку и тоже ощущал прилив вдохновенья. Но они опробовали только один сорт вина, «Мадеру», правда, двадцать ее разновидностей – от той, что была заложена год назад, и той, которая пролежала в подвалах пятнадцать лет. Последнее обстоятельство снова вернуло Верку к вопросу о военном периоде «Массандры». Ксения вместо ответа показала на стол, на котором стояли графин с вином и несколько тарелок с закусками, и предложила перейти от дегустации к обеду. Тут обнаружилось, что все сильно проголодались, поэтому предложение было принято единогласно. В графине оказалась купажная «Мадера» трехлетней выдержки – пожалуй, самое вкусное вино, которое пробовала сегодня Верка. Она уже не сдерживала себя и пила и ела в полное удовольствие. Ксения пила наравне с ней и расспрашивала, откуда она родом, как попала в Крым, почему выбрала своей профессией виноделие и прочее. Верка отвечала правду, но в шутливой форме, мол, в десятом классе сбежала из дому, попала в плохую компанию и, чтобы с ней покончить, уехала к тете в Симферополь. Она больше говорила для Виктора, предчувствуя неизбежность более подробного разговора с ним на эту тему. Потом снова заговорили о вине, и Ксения как-то незаметно перешла от предвоенного периода к войне:

– Мое первое вино, прообраз «Мадеры», уже набирало силу, когда стало ясно, что Крым не удержать.

Появилось навязчивое слово «эвакуация», все только и думали о ней, но долгое время никто не хотел в это верить. Однако спрятаться от суровой правды не удалось: однажды на заводе появились люди в военной форме. В тот же день директор собрал совещание и объявил о том, что наиболее ценные коллекции вин будут вывезены в тыл, а подвалы – взорваны. Слово взял майор. Он просто констатировал: отныне все мы мобилизованы на выполнение государственной и военной задачи. Я была назначена ответственной за эвакуацию коллекции, а главный инженер – за обеспечение доступа минерам. Все остальные нам помогали. Мне пришлось срочно осваивать профессии завхоза, конструктора, дипломата, надзирателя, писаря, такелажника и бог знает кого. Я училась просить, уговаривать, убеждать, драться и даже материться. Ведь мне надо было самой разработать конструкцию специальных ящиков для упаковки контейнеров с бутылками, найти мастеров, организовать поиск досок, гвоздей, инструментов и приспособлений по изготовлению тары и ее заполнению. Потом требовалось осмыслить, как доставить груз на пристань, погрузить на корабль, разместить в трюмах, и при этом все тщательно и по форме задокументировать… Я работала в основном с мужчинами, которые сначала ко мне относились как к несерьезному и немощному созданию и не очень уж старались выполнять мои задания. Но время поджимало, я разрывалась на части, не спала сутками, и у меня даже притупилась боль, которая прочно поселилась в сердце после того, как был получен приказ о взрыве штолен. Однако работе моей не было видно конца, а сроки эвакуации надвигались с неумолимой быстротой. Когда я пригрозила подвыпившему плотнику, своевременно не подготовившему доски для тары, трибуналом, он послал меня подальше. Я решила не жаловаться начальству, но, выбрав момент, шепнула плотнику на ухо такое словечко, от которого он оторопел, и тут же врезала ему коленом ниже живота. Он взвыл, замахнулся, но, видимо, понял, что дело приобретает действительно скандальный оборот, и молча принялся за работу. Когда первый раз при погрузке развалился ящик и в море полетели контейнеры с бутылками, я на миг потеряла сознание. В следующее мгновенье очнулась – и подумала о расстреле. Меня не расстреляли, потому что ящик буквально разорвало концом лопнувшего троса, но мне пришлось самой проверять лебедки, стопоры, тормозные устройства, храповики и прочее. Наконец работа на берегу подошла к финишу, и тут прошли слухи о том, что взрывчатку, которой требовалось многие тонны, уже не успеют доставить, поэтому штольни взрывать не будут. Все облегченно вздохнули, но ненадолго: на другой день поступил приказ немедленно выпустить из всех бочек вино в дренажные канавки. На открытие кранов был задействован почти весь заводской персонал. Я стояла возле машины с ящиками, когда увидела пенистую красную реку. В первую секунду мне показалось, что в горах прошел сильный ливень и с гор в море несется окрашенный дождевой поток. Между тем река вздувалась, кипела и бурлила, ее мощная волна сорвала решетку, которой было перегорожено русло ручья, наполнявшегося водой не более двух раз в году, мгновенно захлестнула придорожный кювет, выплеснулась на улицу и, смывая все на своем пути, понеслась к морю. Мое состояние в тот миг трудно описать словами, потому что одновременно наступил шок и прозрение. Я чувствовала, будто мне перерезали вены и из них хлещет кровь (да это проливалась кровь многих тысяч крымских виноделов!), но в сознании, которое не угасало с потерей самого важного жизненного сока, а, напротив, прояснялось, четко вырисовывалось понятие: война. Вот этот монстр ворвался к нам, на наш завод, он разрушает все на своем пути, крушит ценности, ломает семьи, судьбы, души, и противостоять ему можно только военной мощью, душевной силой людей, волей, разумом. Подъезжая к пристани, я увидела, как морские волны вздымают кроваво-красную пену. С пригорка хорошо был виден розовый шлейф, протянувшийся вдоль берега моря на несколько километров. В воздухе стоял густой запах вина, в нем преобладал аромат муската. Потом я слышала от людей, что всплыла отравленная и оглушенная вином рыба… Но моя миссия по сохранению коллекционных вин только начиналась. Наш корабль с гордым названием «Альбатрос» должен был присоединиться к каравану судов, следующих под прикрытием конвоя из Севастополя на Кавказ. Не знаю, какую команду получил наш капитан Сергей Сергеевич (мне уже пришлось с ним повздорить), только мы пропустили караван и вышли в море сами. Трюм с вином охранял работник «Массандры», Печенкин, флегматичный мужчина лет сорока пяти. Он был в гражданской форме, но держал в руках боевой карабин – самое грозное оружие «Альбатроса». Почти сутки плыли спокойно. Потом, уже где-то под Анапой, увидали дымы и услышали грохот канонады. Скоро стало ясно, что конвой, сопровождавший караван, ведет бой с немецкими самолетами. Мне хотелось дать капитану совет развернуться и подождать, а он вел корабль прямо в пекло. И в подтверждение моим мыслям над нами появились два самолета. Они пролетели очень низко – я увидела черные кресты и ощутила гарь выхлопных газов. Самолеты развернулись и пошли в атаку. Первые бомбы упали далеко от нас, я поняла, что со второго круга не миновать прямого попадания, и стала соображать, как запомнить место гибели корабля, чтобы после войны достать со дна драгоценные бутылки. Я даже не допускала мысли о том, что могу погибнуть сама, лишь зорко всматривалась в береговую линию, «зарисовывала» ее в своей памяти и одновременно следила за стервятниками. Они между тем снова приближались к «Альбатросу». Вдруг корабль резко повернул вправо – я ухватилась за канат, чтоб не упасть, и в это время за бортом раздалось несколько мощных взрывов. «Альбатрос» тряхнуло так сильно, что мне показалось, будто зазвенели стекла «моих» бутылок. Самолеты снова атаковали, и снова Сергею Сергеевичу удалось уйти от прямого попадания. Когда эти хищники показались вновь, меня охватила ярость бессилия и злобы затравленного зверя. В тот миг я на всю жизнь возненавидела охоту, потому что нет более жуткого, унизительного и страшного состояния, чем то, которое испытывает безоружное существо, когда в него хладнокровно стреляет человек. Я быстро спустилась в трюм и стала просить Печенкина открыть огонь по немцам. Тот вылупил на меня глаза и тупо ответил: «Не могу покинуть пост!» Я попыталась выхватить у него карабин, но он грубо меня оттолкнул и чуть мягче сказал: «С моей берданкой с ними не справиться, так что примем судьбу такой, какая начертана нам на небесах!» Я поверила, что нас потопят, и поняла, что мое первое решение запомнить место гибели корабля является самым разумным, поэтому снова поднялась на палубу. На сей раз, видимо, немецкие летчики избрали более надежную тактику: самолеты разошлись, сделали два больших круга и полетели на нас с двух сторон. И вот почти над кораблем эти чудовища столкнулись, раздался хлопок, один самолет вспыхнул и рухнул в море, а второй отвалил в сторону, задымился, стал крениться на правое крыло и упал недалеко от берега. Тут только я увидела в небе серебристый парашют и поняла, что это спускается в море летчик. Он приводнился метрах в трехстах от «Альбатроса», почти мгновенно надул резиновую лодку, забрался в нее и стал грести. «Ах ты, сволочь! – пронеслось у меня в голове. – Ты минуту назад безнаказанно охотился за нами, а теперь хочешь безнаказанно уйти? Не выйдет!» Я хотела побежать к Печенкину, но он сам поднялся наверх и, сидя на корточках, целился в гребца. Стрелок из него был никудышный: пули хлопали по волнам вдали от лодки, и она продолжала плыть. Тогда Печенкин лег и сделал еще три выстрела. Немец вдруг вывалился из лодки, ее подхватил ветер и понес в море, а раненый стал махать нам руками. Раздался еще один выстрел, на сей раз самый удачный… А дальше начались наши скитания по чужим хранилищам, продолжавшиеся почти три года. Но мы благополучно вернулись и привезли изрядно потрепанную коллекцию. Ею, кстати, до сих пор занимается Федор Петрович…


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Верка"

Книги похожие на "Верка" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Анатолий Изотов

Анатолий Изотов - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Анатолий Изотов - Верка"

Отзывы читателей о книге "Верка", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.