Вера Хоружая - Письма на волю

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Письма на волю"
Описание и краткое содержание "Письма на волю" читать бесплатно онлайн.
В 1930 году в издательстве «Молодая гвардия» вышла книга «Письма на волю».
Из соображений конспирации вместо имени и фамилии автора на обложке стояло: «Польская комсомолка».
Автором этих писем была Вера Хоружая, секретарь Центрального Комитета комсомола Западной Белоруссии, несколько лет томившаяся в польских тюрьмах.
Книга вызвала огромный интерес у читателей и быстро разошлась. Поэтому в 1931 году издательство выпустило второе издание.
Еще раз книга Веры Хоружей была издана в «Молодой гвардии» в 1957 году.
Теперь имя героической дочери белорусского народа стало известно многим читателям. В 1959 году в «Правде» были опубликованы ее записки, относящиеся к 1942 году, к тому времени, когда Хоружая, оставив двух малолетних детей, пошла защищать от врага свою любимую Родину. После этого интерес к жизни В. Хоружей возрос еще больше.
В настоящем издании собраны письма, статьи В. Хоружей и воспоминания о ней. В основу книги положен сборник «Славная дочь белорусского народа», подготовленный Институтом истории партии при Центральном Комитете Коммунистической партии Белоруссии и выпущенный государственным издательством БССР (составители H. С. Орехво и И. П. Ховратович).
В книге раскрыты имена и фамилии большинства лиц, которым адресовала свои письма из тюрем В. З. Хоружая. Расшифрованы также фамилии многих партийных и комсомольских работников Польши и Западной Белоруссии, которые в ряде писем, по конспиративным соображениям, помечались лишь начальными буквами.
Некоторые имена расшифровать не представилось возможным.
В отличие от указанного белорусского издания в данной книге помещен биографический очерк Б. Котельникова о жизни В. Хоружей.
Издательство «Молодая гвардия» выражает благодарность брату В. Хоружей Василию Захаровичу Хоружему, принявшему участие в подготовке издания для «Молодой гвардии».
— Указания будут. Нельзя терять времени, надо действовать!
Мои предложения были одобрены. Товарищи Минченко и Шаповалов дали распоряжение секретарю Пинского горкома тов. Тимельштейну помочь мне создать партизанский отряд из коммунистов и комсомольцев города. Получив «благословение» партийного руководства, я вышел из кабинета.
— Есть санкция, — сказал я Вере. — Нужно немедленно приступать к организации отряда. Пойдем в горком. Раз уж вы хотите считать себя первыми бойцами нашего отряда, будете помогать мне.
Развернулась напряженная работа по подбору бойцов.
Самым активным помощником в организации партизанского отряда была Вера. Она отбирала людей и направляла их в горком партии, где я с каждым из них беседовал. При подборе добровольцев учитывалось состояние здоровья, семейное положение, дисциплинированность, готовность выполнять самые опасные задания, ну и, конечно, желание товарища быть зачисленным в отряд.
Помню, ко мне явился высокий, худой, немного сутулый юноша в поношенной шинели, без всякой военной выправки. По виду — больной. Я спросил:
— Как у вас со здоровьем, молодой человек?
Юноша мгновенно переменился — порозовел, вытянулся, сутулости как не бывало.
— Я совершенно здоров, товарищ командир, — сказал он. — Готов выполнить любое задание по защите Родины!
Помню, я губу закусил от удовольствия. По своему опыту знал — из таких толк будет. Это был Иван Чуклай.
Самыми молодыми в отряде были секретарь горкома комсомола Саша Беркович, Виктор Лифантьев и Эдуард Нордман.
Через несколько дней первый партизанский отряд в составе 60 человек — коммунистов, комсомольцев и беспартийных города Пинска — был создан. Он состоял из трех групп. Командиром одной из них был С. Г. Корнилов.
28 июня на подступах к Пинску наш отряд уже вступил в бой с немецкими танками. Боец Солохин — инструктор Пинского горкома партии — связкой гранат подбил головной танк. Чуклай, Солохин и командир их группы С. Корнилов первыми забрались на танк и захватили его экипаж в плен.
К вечеру 3 июля наша разведка установила, что севернее Пинска движется кавалерия неприятеля. За ночь мы сосредоточились в трех километрах от города, в районе имения Заполье, и заняли боевую позицию вдоль дороги. Часть людей окопалась и укрылась за вековыми липами. Группа Корнилова расположилась на кладбище, несколько восточнее Заполья. Все с напряжением ждали противника.
В предрассветном тумане 4 июля два эскадрона кавалерии неприятеля вышли из леса и походным порядком двинулись на Пинск по дороге, вдоль которой залегли партизаны. Каждый из нас взял на мушку противника и ждал команды. Мне хотелось подпустить врага поближе с таким расчетом, чтобы бить без промаха
Я взял на мушку командира и был уверен, что от моей пули ему не уйти. Заранее условились, что мой выстрел послужит сигналом для открытия огня.
Первый эскадрон противника уже оторвался от леса и поравнялся с цепью партизан, второй — выходил из леса. Залп, второй…
В рядах врага началось замешательство, многие повернули обратно в лес, лошади без всадников метались по дороге, потом побежали за отступавшими. Минут через пять с опушки леса фашисты открыли сильный огонь по нас из пулеметов.
Мы не в состоянии были надолго задержать противника и по команде, отстреливаясь, начали отходить вдоль дороги в овраг на окраине города.
Группа Корнилова начала огнем прикрывать наш отход. К Корнилову был послан связной с приказом отрываться от противника и присоединяться к нам.
Фашисты открыли шквальный огонь, от которого рожь срезало, как косой. Вскоре в овраг собрались бойцы всех групп. Помню, выползают из ржи комсомольцы Чуклай, Нордман и Беркович. Все они в крови, особенно Чуклай.
— Что, ранен? — спрашиваю.
— Нет, — как-то виновато и печально ответил Чуклай.
— Откуда же кровь?
— Убит Корнилов, товарищ командир. Мы его несли, но нас так начали обстреливать, что пришлось тело оставить. Вот его партбилет и наган.
В этом бою было ранено еще два человека. Они были отправлены в советский тыл.
Перед уходом из оврага весь отряд поклялся отомстить врагу за смерть своего товарища. Тут же мы условились ничего не говорить Вере Захаровне о смерти мужа. Я сказал бойцам, что при встрече сам буду перед ней отчитываться.
С запада город обстреливала немецкая артиллерия. Кавалерия, которую мы несколько потрепали, больше на Пинск с севера не наступала, но обстрел с этого направления усилился. Мы организованно уходили через западную часть города за реку Пину.
Артиллерийский обстрел нарастал. Со свистом проносились снаряды, сыпались осколки. На мосту мы встретили секретаря обкома тов. Шаповалова и Хоружую, проводивших эвакуацию населения. Они уже подготовили грузовые машины для нашего отряда и людей для уничтожения моста.
Мне страшно было отчитываться перед Верой, ведь она к тому же была беременна. Как сказать ей, что муж, отец ее будущего ребенка, убит? Я начал было уходить от прямого разговора, чтобы смягчить удар, но она со слезами на глазах потребовала.
— Говори, товарищ командир, я выдержу. Только бы не остался он там раненый, ведь он такой сильный. Тогда эти сволочи будут его пытать, издеваться над ним.
Мы решили переправить Веру в советский тыл. Но, разгадав наше намерение, она заявила:
— Никуда я не поеду. Мы на своей земле, я в отряде буду защищать Родину, мстить за мужа.
Не говоря больше ни слова, я отдал команду «по машинам», и мы двинулись в направлении Столина.
Затем отряд повернул в Давид-Городокский район. Через реку Припять перебрались с помощью Пинской речной флотилии, где командиром был полковник Рогачев. Здесь мы пополнились боеприпасами и взрывчаткой.
Для укрытия отряда и развертывания боевых действий мы избрали Житковичский район. Очень быстро установили связь с местным населением. Ни один день не проходил у нас впустую. На дорогах устраивали засады и били оккупантов, вовлекая в борьбу местных жителей.
Вера Хоружая имела большой опыт подпольной работы в Западной Белоруссии и в это тяжелое время крепко помогала нам наладить политическую работу среди населения, поднимала боевой дух бойцов отряда. Особенно умело работала с молодежью.
Наш отряд был небольшой, и приходилось часто маневрировать, перебираться с места на место. Мы разбивали отряд на небольшие группы и нападали на противника одновременно в разных местах. Это наводило страх на врага. Противник даже сам преувеличивал наши силы, что было нам на руку. У населения создавалось представление, что нас очень много, и оно смелее втягивалось в борьбу, увеличивая численность отряда.
Обстановка осложнялась. Надо было всемерно наращивать силы партизан для борьбы с врагом.
Мы должны были установить связь с командованием Советской Армии. Посоветовавшись между собой, руководство отряда (я, Г. Карасев, В. Хоружая и И. Чуклай) решило во что бы то ни стало связаться с Москвой и просить, чтобы нам сбрасывали оружие и боеприпасы. Мы установили место для сбрасывания военных грузов с самолета, сигналы и систему дежурства. Для осуществления связи назначили В. Хоружую. Сопровождать Веру вызвались Конушкин с женой и Самусевич, которые ничего не знали о задании. Мне очень хотелось сохранить жизнь Веры — этого пламенного борца за дело коммунизма, благородную женщину, мать двоих детей. Но, зная, что для нее долг превыше всего, я ей этого не высказал.
Преодолевая трудности и опасности, Вера перебралась через линию фронта и связалась с советским командованием. Но долго находиться в тылу она не могла и вскоре снова вернулась в подполье.
В. Корж,
Герой Советского Союза, генерал-майор запаса
В ЭВАКУАЦИИ
Вспоминаются черные дни осени 1941 года. Мы жили в городе Скопине Рязанской области. 5 октября у Веры родился сын. Какая радость — сын! Но вместе с радостью еще больше всплыла горечь, ужасная горечь тяжелой утраты — гибель любимого мужа.
В память отца Вера назвала сына Сергеем. «Я должна отомстить за его смерть!» — говорила она.
В. З. Хоружая (справа) в кругу семьиКак ни тяжело, Вера не жаловалась, не плакала, ни единой слезинки не видели мы на ее глазах. Но ей тяжело, очень тяжело. Это заметно по сосредоточенно задумчивым глазам. Нет присущей ей жизнерадостности, не слышно ее веселого, заразительного смеха. Вера молчалива, подолгу с нежностью смотрит на малютку сына, ласкает старшую любимую дочь пятилетнюю Анечку.
В городе неспокойно, часто бывают воздушные тревоги, начинается эвакуация. В конце октября, когда сыну исполнилось еще только три недели, Вера пришла из райкома партии, где она работала, и сказала, что нам предложили ехать вместе с детским домом, который эвакуируется на Урал. Выбора у нас не было, и мы, то есть Вера с двумя детьми, мама и я со своими двумя маленькими девочками (старшей 6 лет, а маленькой 6 месяцев) собрали свои пожитки и отправились в путь. Вагон был товарный, обогревался железной печью. Во всю длину стен были устроены огромные нары, где расположились сотрудники детдома и старшие дети. Нам отделили уголок на нарах длиной приблизительно 1,5 метра и шириной в 1 метр, так что лечь было негде, можно было только сидеть. Ночью спали дети, днем же по очереди на этом клочке отдыхали взрослые. Так мы ехали целый месяц. Вера была у нас главой семейства. На больших станциях она бегала с котелками получать обед (что удавалось, правда, редко), достать свежую газету. Она рассказывала нам новости, какие удавалось узнать, успокаивала, не давала унывать. Октябрьские праздники мы встречали в пути.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Письма на волю"
Книги похожие на "Письма на волю" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Вера Хоружая - Письма на волю"
Отзывы читателей о книге "Письма на волю", комментарии и мнения людей о произведении.