Франсиско Голдман - Скажи ее имя

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Скажи ее имя"
Описание и краткое содержание "Скажи ее имя" читать бесплатно онлайн.
Американец Франсиско Голдман — известный журналист и писатель, автор трех романов, два из которых получили престижные литературные награды, и одной нон-фикшн книги — «Искусство политического убийства», вошедшей в число 100 лучших книг 2007 года по мнению The New York Times и Washington Post.
«Скажи ее имя», последний на сегодняшний день роман Франсиско Голдмана, основан на событиях его собственной жизни. В 2005 году поженились американец Франсиско и мексиканка Аура, писатель зрелый и писатель совсем молодой, но очевидно весьма талантливый. За месяц до второй годовщины их свадьбы Аура погибает. Семья девушки обвиняет во всем Франсиско, да он и сам винит себя в случившемся. Пытаясь осмыслить и пережить трагедию, Голдман пишет книгу. Но пережить для него не значит забыть. «Скажи ее имя» — это летопись всей жизни Ауры, повесть о ее детстве, студенческих годах, первых романах, первых писательских опытах, замужестве, страхах, мечтах и нелепой гибели. Но прежде всего это рассказ о том, как память тех, кто любит, делает нас бессмертными.
Наверное, было бы крайне несправедливо по отношению к Ауре выискивать в каждой ее детской фотографии предзнаменования рока. Но даже когда она была жива, при взгляде на этот снимок во мне просыпалось желание ее защитить. Я дразнил ее, изображая легкую улыбку сомкнутых губ, округлявшую ее щечки, беспомощно доверчивое выражение глаз. Я говорил, что она до сих пор так и выглядит.
Как я выгляжу? — спрашивала она иногда, и я делал такое лицо, а она отвечала: не-е-ет, неправда. И мы покатывались со смеху.
Я отыскал еще один документ под названием Elsueñodemimadre.doc:
МЕЧТА МОЕЙ МАТЕРИМоя мать мечтала, что я стану профессором, специалистом по французской литературе. Взрослея, я методично и целенаправленно делала все, чтобы разбить эту мечту вдребезги. Мои предки были с мексиканских равнин Бахио, и у меня полностью отсутствовали способности к языкам, свойственные моему прадеду, однако ничто из этого ее не смущало. Вот почему, когда я сообщила, что собираюсь получить ученую степень на кафедре испаноязычной литературы в Нью-Йорке, бокал, из которого она потягивала бордо, хрустнул в ее руке, после чего она устроила скандал в ресторане, где мы обедали блинчиками с начинкой «четыре сыра».
6
Я — воздушный шар, летящий вокруг Земли. Никто ни разу не брался за мою веревочку, чтобы притянуть меня к себе. Мне так трудно, послушай, так невыносимо трудно спуститься на землю. Порой мне кажется, это от того, что я мало ем. В Брауне я встретила девушку, рассказавшую, что у нее анорексия: она поведала о себе все, и я поняла, что она практически мой двойник.
Я снова вернулась в Мексику. В новую квартиру моей матери. Меня ждет нелегкий год.
Я ни в чем не уверена.
Аура вернулась в Мехико в начале декабря, после заключительного семестра в Брауне. Тогда она и сделала эту запись. Ей было грустно, она чувствовала себя растерянной, будущее пугало ее. Я тоже был не в восторге от своей жизни в Бруклине; прошло уже пять лет, с тех пор как я расстался с девушкой, и за все эти годы у меня не появилось хоть сколько-нибудь постоянной любовницы. По дневнику Ауры я могу проследить ход ее невинной жизни в течение этих месяцев, с нашей первой встречи в Нью-Йорке и до момента, когда, переворачивая страницу, вы ожидаете увидеть нас влюбляющимися друг в друга, но тут записи Ауры обрываются, будто она не смогла поверить в то, что случилось потом, и прекратила вести дневник, как оставила бы незаконченным роман со слишком неправдоподобным сюжетом. В годы, когда мы были вместе, Аура вела дневник нерегулярно. Эта записная книжка была последней из дюжин, исписанных ею с шести- или семилетнего возраста. Тогда она обычно писала ночи напролет под одеялом при свете карманного фонарика, пока ее сводная сестра Катя спала на соседней кровати.
Через несколько часов мы уезжаем в Гуанахуато на Рождество.
Еще темно, но где-то там вдалеке, за Периферико, уже начинаются вечные пробки: словно из-под земли доносятся пронзительные гудки труб болельщиков, барабанная дробь и рев переполненного футбольного стадиона.
Новая квартира Хуаниты располагалась на девятом этаже многоэтажного здания, примыкавшего к Периферико — автостраде, пересекающей город с севера на юг. Очевидно, было около пяти утра. Аура ночевала на раскладной кушетке в кабинете. Она, должно быть, сидела в постели, дневник в кожаном переплете на приподнятом бедре, взъерошенные со сна волосы, мягкая линия рта, подрагивающая в пальцах ручка, глаза устремлены на страницу, застыли в разлитой тишине утра, словно пузырьки в строительном уровне. В дальнейшем мы с Аурой провели на этой кушетке не одну ночь; правда, если ее отчима Родриго не было дома, а не было его постоянно, я спал в кабинете один, в то время как Аура ложилась вместе с матерью. В дневниковых записях или в воспоминаниях Ауры об отчиме он фигурирует в основном как «муж». Хуанита редко удерживалась от соблазна как-нибудь уколоть его в своей язвительной манере: речь могла идти о деньгах (у него их нет), политических взглядах (левые), амбициях (их отсутствие) или даже интеллекте (ниже, чем у матери и дочери). Родриго же славился способностью выносить подобное обращение: внешне спокойный и неколебимый как скала, внутри он кипел и был готов взорваться. Однако я точно могу сказать, что он любил Ауру, гордился ею и всегда был добр ко мне. Мы часто обсуждали американский футбол. Он почему-то был ярым болельщиком «Кольте». Однажды в воскресенье мы смотрели игру плей-офф между «Кольте» и «Пэтриотс» в «Хутерс» на Инсургентес-авеню. Когда чуть позже Аура и Хуанита присоединились к нам, чтобы выпить пива с бургерами, они обе ошарашенно уставились на шустрых молоденьких официанток в вызывающе коротких шортах, сновавших на роликах мимо огромных светящихся экранов с полными подносами над головой. Хуанита погрузилась в воспоминания о том, каким дьяволенком на роликах была в детстве Аура: она описывала ее прыжки и развороты на парковке в Копилько так, будто речь шла о звезде Олимпийских игр. Единственное, что я помню: в тот день я получил огромное удовольствие от принадлежности к самой обычной семье. Вряд ли мне когда-нибудь снова доведется испытать это чувство.
Но в эти предрассветные часы, за несколько дней до Рождества, когда Аура, едва вернувшись домой из Брауна, сидела с дневником на кровати, меня еще не было в ее жизни. За окном, словно бескрайняя ночная гавань, клубился невидимый воздух долины Мехико: горящие огнями крыши редких высоток походили на стоящие на якоре футуристические китайские джонки, теле- и радиобашни напоминали светящиеся краны и мачты, а на горизонте раскинулись иссиня-черные Сьерра-Ахуско. Около получаса она наблюдала, как горы медленно выплывают из беззвездной тьмы, неровный ряд остроконечных пиков окутывается серебряным сиянием, а в небе появляются малиновые мазки; утренняя заря неспешно окрашивала склоны голубыми фосфоресцирующими чернилами, обнажая сосновые леса, извилистые ленты дорог и пестрый ландшафт. Аура подробно описала это в дневнике. Всю свою жизнь, размышляла она, в Мехико, Гуанахуато и Такско — возможно, и в Сан-Хосе-Такуая, хотя этого она не помнила, — просыпаясь, она видела за окном горы. Затем последовали голый горизонт Остина и похожие на кексы холмы Провиденса. Что же будет в следующем году? Хочется верить, что небоскребы и мосты Нью-Йорка. За время учебы в Брауне она трижды была в Нью-Йорке, считая поездку с матерью, и каждый раз Аура все больше убеждалась, что это ее город. Она жила бы, писала она в дневнике, в одной из этих квартир, прилепившихся, словно гнезда, к верхушкам шикарных авеню. Едва она ступала на улицы любимого Манхэттена, как ощущала, что ее уносит мощное и целеустремленное течение бескрайнего города — столь же безбрежный Мехико казался своего рода изнанкой Нью-Йорка, подобно сплетению оборванных нитей на тыльной стороне плотно связанного ковра. Город Одена, Боба Дилана, Вуди Аллена, другого трагического Дилана, чьи стихотворения она заучивала на семинарах английской поэзии в Национальном университете, Сайнфелда и Элейн[9]. (Изредка Аура признавалась, что из нее могла бы получиться успешная комедийная актриса. Еще она видела себя в роли кинорежиссера. Весь последний год в колледже Герника она вела дневник, где собирала газетные вырезки и описывала каждый фильм, увиденный ею в Национальной кинотеке. Она даже спросила у матери разрешения поступать в Национальную школу искусств, чтобы изучать актерское мастерство и кинематографию. Хуанита запретила, но у нее была серьезная причина опасаться этой профессии. Ее отец снялся в нескольких легендарных мексиканских картинах, в паре с такими звездами, как Мария Феликс и Долорес дель Рио: он играл то обходительного молодого мужа, застреленного на первых пяти минутах, то кокетливого почтальона, с блеском в глазах и лучезарной улыбкой, в последний момент приносящего важное любовное письмо. Помимо этого, отец Хуаниты был запойным пьяницей, бабником и игроком, подсевшим на морфий; он умер в сорок два, когда она была еще совсем крошечной. У Хуаниты не осталось о нем ни одного воспоминания.) Аура выросла на видеокассетах с Вуди Алленом. Часто по ночам, лежа в кровати, они с матерью смотрели одни и те же фильмы, снова и снова, прежде всего алленовские ленты о Нью-Йорке, полные романтики и нервного юмора. Ей нравились и эксцентрические комедии, девочкой она изображала в душе сценки из «Спящего» и фильмов с Кантинфласом и Тин-Таном[10]. Хуанита практически сделала из Вуди Аллена домашнего святого, его фотография в рамке висела на стене ее спальни. Но стоило Ауре заикнуться об учебе в магистратуре Колумбийского университета, как мать при каждом удобном случае начала говорить гадости о Нью-Йорке.
На свете не найдется матери, которая не волновалась бы, соберись ее единственное дитя на исходе 2002 года, имея на выбор любой город и лучшие университеты мира, жить и учиться в Нью-Йорке. Поборов страх перед полетами, Хуанита навестила Ауру в Провиденсе и съездила с ней в Нью-Йорк. Но, вместо того чтобы развеять опасения Хуаниты, эта поездка их только усилила. Центральный и Пенсильванский вокзалы патрулировали группы до зубов вооруженных солдат в камуфляже с немецкими овчарками. На входе в библиотеки и музеи охрана перетряхивала каждую сумку, каждый кошелек, подчас даже высвечивая их содержимое фонариком, а Хуанита всегда ходила с большой сумкой, досмотр которой занимал немало времени. Когда они отправились в ресторан, где Вуди Аллен играл на кларнете, им сказали, что сегодня он не выступает и что в любом случае нужно бронировать столик заранее. Даже метро в Мехико было чище нью-йоркского. В интернете Хуанита выискивала сообщения обо всех изнасилованных и ограбленных студентах Колумбийского университета в Морнингсайд-Хайтс и Гарлеме. Но и в Мехико хватает преступников, напоминала ей Аура. Слышала ли она хоть раз, чтобы нью-йоркские таксисты похищали пассажиров и под дулом пистолета тащили их к банкоматам или того хуже?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Скажи ее имя"
Книги похожие на "Скажи ее имя" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Франсиско Голдман - Скажи ее имя"
Отзывы читателей о книге "Скажи ее имя", комментарии и мнения людей о произведении.