» » » » Геннадий Мельников - Цирк уехал, а клоуны остались


Авторские права

Геннадий Мельников - Цирк уехал, а клоуны остались

Здесь можно скачать бесплатно "Геннадий Мельников - Цирк уехал, а клоуны остались" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Научная Фантастика, издательство ТОО «Атом» : КЛФ «Ветер времени», год 1991. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Геннадий Мельников - Цирк уехал, а клоуны остались
Рейтинг:
Название:
Цирк уехал, а клоуны остались
Издательство:
ТОО «Атом» : КЛФ «Ветер времени»
Год:
1991
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Цирк уехал, а клоуны остались"

Описание и краткое содержание "Цирк уехал, а клоуны остались" читать бесплатно онлайн.








Да, кстати… Цезарь Кондратьевич задумался. Он каждый день в это время задумывался над одним и тем же… Что-то непонятное с ним происходит, вернее — не с ним, а с его пенсией. Со ста тридцатью двумя рублями. Куда она девается?

Не проедает же? На еду он собирает бутылки… Зачем?

А пенсия? Куда расходятся эти сто тридцать два рубля? Почему ему постоянно не хватает денег? Квартирная плата? — ерунда: шесть восемьдесят. Свет нагорает на полтора. Ну и по мелочам — мыло, спички, электрические лампочки… Да, лампочки!

Цезарь Кондратьевич прошел в угол комнаты, где за сервантом стояла картонная коробка из-под телевизора, открыл ее… Почти на треть она была заполнена электрическими лампочками. И хотя он видел их не впервые, выражение недоумения появилось на его лице, как появлялось ежедневно, когда он подымал крышку. Зачем ему столько?.. «Нет, — подумал он, как вчера, позавчера и год назад, — нужно проконсультироваться у психиатра. Что-то со мною творится неладное».

Ровно в одиннадцать часов Цезарь Кондратьевич сел в кресло, сделал глубокий вздох, закрыл глаза и… умер, как он делал ежедневно на протяжении вот уже почти трех лет. Тридцать семь минут находился Цезарь Кондратьевич в состоянии клинической смерти, и все это время радиосвязь между спутниками и станциями слежения происходила на фоне незначительных, но все-таки заметных помех.

В одиннадцать тридцать семь тело Цезаря Кондратьевича стало биться в конвульсиях, будто все его конечности начали дергать за привязанные невидимые нити. Не переставая корчиться, словно исполняя дикий танец, тело поднялось из кресла и ломающейся походкой поплелось на кухню. Там оно взяло пластмассовое ведро для мусора и возвратилось в комнату к коробке с электрическими лампочками. Руки дергающейся марионетки, неожиданно приобретя плавность, осторожно вытащили из ящика и положили в ведро двенадцать лампочек по сто ватт. С ведром тело подошло к креслу, село в него, наклонилось… Раздались хлопки лопающихся баллонов, хруст стекла.

Придя в себя, Цезарь Кондратьевич долго сидел над ведром, рассматривая крошево на дне его. «Что со мною? — с тревогой спрашивал он себя, теряясь в догадках. — Ясно, что схожу с ума. Нет, идти к врачу нужно не откладывая».

Приняв это решение. Цезарь Кондратьевич отнес мусорное ведро на кухню и успокоился до следующего дня.

Назавтра Цезарь Кондратьевич добыл пять бутылок и присовокупив к ним те шесть, что были за газовой плитой, отнес их в приемный пункт. На полученные два рубля — одну бутылку забраковали — он купил неизменную булку хлеба, пачку маргарина и… три электрические лампочки.

За два дня до пенсии в коробке из-под телевизора лежало всего лишь четыре лампочки, а в хлебнице черствый кусок хлеба. В одиннадцать часов Цезарь Кондратьевич, как обычно, умер, и приборы вновь, как обычно, фиксировали непонятные радиопомехи. Затем конвульсии, уже привычная операция с пластмассовым ведерком, но на этот раз произошел сбой в четко налаженной процедуре: в ведре лежало четыре лампочки, а требовалось двенадцать.

Три лампочки Цезарь Кондратьевич выкрутил в комнате, на кухне и в ванной. Итого семь. Раздавив их в ведре, ожил, походка его сделалась менее дерганой, но все еще напоминала походку сильно выпившего человека.

Одевшись, как обычно он одевался для улицы, Цезарь Кондратьевич вышел на лестничную площадку. Лампочка над электрощитом, горевшая круглые сутки, находилась под самым потолком. Цезарь Кондратьевич возвратился в квартиру, и, порывшись в захламленном встроенном шкафу, достал оттуда неизвестно каким образом попавшую к нему рейсшину. Снова вышел на площадку. Постояв несколько секунд неподвижно, прислушиваясь, не шаркает ли кто подошвами по лестнице и не слышно ли голосов за дверьми соседей, размахнулся и стукнул рейсшиной по лампочке. Посыпались осколки, погас свет. Для верности он еще раз ударил по цоколю, а затем, присев, начал втирать ладонью стекло в бетон площадки.

Звякнула цепочка за одной из дверей, Цезарь Кондратьевич, опираясь о перила, торопливо, цепляясь каблуками о ступени, поспешил вниз.

Девятую лампочку Цезарь Кондратьевич разбил во втором подъезде. На десятой его задержали. Сбежались жильцы, позвонили в милицию, которая приехала, на удивление, почти сразу.

Оперативники отвезли (теперь уже гражданина) Недосекина в ближайший районный пункт правопорядка и сдали дежурному лейтенанту, который без лишней волокиты приступил к оформлению протокола.

— Фамилия, имя, отчество, год рождения (пенсионер?), адрес…

Цезарь Кондратьевич отвечал на вопросы, а сам, бледнея, заваливался на спинку стула.

— Вам плохо? — засуетился лейтенант и звякнул графином о стакан. Выпейте воды!

— Не нужно, — прошептал Цезарь Кондратьевич. — Разрешите вот только…

Задержанный протянул руку к настольной лампе, — лейтенант даже не успел среагировать на это движение, — хрустнул баллон электролампочки, осколки посыпались на полированный стол и бумаги.

— Прекратите хулиганить! — крикнул лейтенант. — Карпов!

Это он позвал кого-то из соседнего кабинета. Вошел рослый сержант.

— Ты посмотри, что этот папаша вытворяет! — указал он на Цезаря Кондратьевича.

— Извините, — тихо сказал тот. — Иначе я не мог… Поверьте… Сейчас мне лучше.

Лейтенант и сержант в недоумении переглянулись.

— А теперь можно и выпить, — ожил задержанный и взял стакан с водою, но не сразу поднес его ко рту, а зажал между ладонями, будто грея озябшие руки о стакан с чаем.

И здесь произошло совсем уж непонятное: из стакана неожиданно потянулась вверх резвая струйка пара и раздалось характерное бульканье кипящей жидкости. Цезарь Кондратьевич взял стакан двумя пальцами и приподнял его на уровень глаз, чтобы присутствующим было видно, что вода кипит без обмана.

— Мне противопоказано пить холодную воду, — сказал он и медленно выпил кипяток. Чтобы не испортить полировку стола, Цезарь Кондратьевич пустой стакан поставил на подоконник.

— Клоун, — вытаращив глаза с тихой радостью произнес сержант и, дотронувшись до стакана, отдернул руку. — И правда, горячий!

— Это не фокус, молодые люди, — сказал Цезарь Кондратьевич. — Это слишком даже серьезно. И дальнейший разговор, вернее — монолог, мне удобнее будет записать на пленку, или бумагу (как вам будет угодно).

Лейтенант предпочел бумагу, так как магнитофона в районном пункте правопорядка не было, да и смешно, чтобы он там был. Он протянул задержанному листок бумаги и шариковую ручку, которую тот не взял. Цезарь Кондратьевич сделал несколько маховых движений ладонью по листу бумаги, будто стряхивая с него невидимые пылинки, и поднял лицо на лейтенанта.

— Еще, пожалуйста, один листик…

— А вы… — начал было лейтенант и осекся: лист на столе перед Цезарем Кондратьевичем был полностью заполнен ровными строчками типографского шрифта.

У старшины, смотревшего через плечо лейтенанта, отвисла челюсть.

— Вот это да! Цирк да и только…

Лейтенант вытащил из ящика стола несколько листов бумаги и протянул их Цезарю Кондратьевичу.

— Нет, спасибо, мне хватит и одного, — поблагодарил он лейтенанта и через две-три секунды он также был заполнен, как и первый, но только на три четверти.

— А этот для меня, пожалуйста, — умоляюще попросил сержант, подавая третий лист.

— Сколько угодно, — весело сказал Цезарь Кондратьевич и выполнил его просьбу.

— Не будем отвлекаться, — строго заметил лейтенант и, взяв все три листа, стал читать:

«Цезарь Кондратьевич Недосекин скончался девятьсот восемьдесят два дня назад на семьдесят первом году жизни, и я занял освободившееся тело, успев списать его интеллект до наступления второго порога клинической смерти.

Кто я? — мне неизвестно. Очевидно, в моей осведомленности не было необходимости. Скорее всего — я автомат, робот, предназначенный для выполнения четко поставленной задачи: сбор информации, характер которой мне так же не определен. Я не знаю сколько лет, может даже тысячелетий, назад меня оставили на Земле: по совершении очередного перехода в новое тело, я забываю о предыдущем.

Так и сейчас, используя запись интеллекта Цезаря Кондратьевича, я обязан командовать его телом таким образом, чтобы никто не заподозрил что-то неладное в его поведении, не догадался, что он мертвец. Вот поэтому я и предпочитаю тела одиноких людей, поэтому и обхожу стороною, стараюсь, по крайней мере, собак, которые каким-то чувством угадывают, что я не человек.

Для поддержания жизнедеятельности оболочки я должен был обеспечивать ее едой, теплом, сном… и так далее. Моя же субстанция — это пакеты волн, невидимые и неосязаемые, как ваши радиоволны, которые можно принять за грубую мою модель.

Для передачи информации я ежедневно перестраиваю организм Цезаря Кондратьевича в своего рода разрядник-излучатель, а для этого мне необходим определенный количественный и качественный набор химических элементов. Почти все они оказались в теле Цезаря Кондратьевича, недостающие я пополнил, изменив рацион питания. Все было отлажено, работало четко. Но произошел сбой, скорее всего — разладилось что-то в моей схеме, и мне потребовался вольфрам, вернее, его изотоп 180. В земной коре его по сравнению с другими элементами ничтожное количество. Поступать в тело Цезаря Кондратьевича ему практически было неоткуда. Моя миссия была на грани провала, когда я обнаружил (как? — не буду отвлекаться, а если элементарно, то всякое зверье находит себе для лечения нужные травы и коренья), что вольфрам — это нить накаливания в электрической лампочке. Вопрос отпал, ноя я сразу же столкнулся с другого рода трудностью: пенсия Цезаря Кондратьевича в сто тридцать два рубля хотя и несколько превышала средний уровень, но не соответствовала его громкому имени. При его жизни ее вполне хватало, а после смерти у Цезаря Кондратьевича появилась такая большая статья расхода, как электрические лампочки, на приобретение которых уходило около ста тринадцати рублей. После уплаты за квартиру и коммунальные услуги у него на пропитание ничего не оставалось. Выход я нашел в записи сознания Цезаря Кондратьевича — сбор бутылок.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Цирк уехал, а клоуны остались"

Книги похожие на "Цирк уехал, а клоуны остались" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Геннадий Мельников

Геннадий Мельников - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Геннадий Мельников - Цирк уехал, а клоуны остались"

Отзывы читателей о книге "Цирк уехал, а клоуны остались", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.