Владимир Аренев - Порох из драконьих костей
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Порох из драконьих костей"
Описание и краткое содержание "Порох из драконьих костей" читать бесплатно онлайн.
У Марты есть талант — она умеет добывать из земли драконьи кости: конечно, это запрещено законом и сурово карается, но деньги лишними не бывают. Обязательно найдётся человек, готовый заплатить за кусок древнего, чудовищного, тайного зла, чтобы превратить его в дурманящее зелье или даже в кое-что похуже. Но удача не вечна: однажды заказчик, обещавший немалые деньги, попадёт в руки правосудия, а Марта остаётся ни с чем — хуже, чем ни с чем: с мешком перемолотых в порошок костей! А ведь это не просто улика, которую надо скрыть от глаз людских… Магия мёртвого дракона не мертва! Это зло в чистом виде — и оно убивает…
Подходит читателям 14 лет.
— Не переживай, — сказал он спокойно. — Это было первые несколько дней. Пока яблоки не начали действовать.
— Яблоки? При чём тут яблоки? Я говорю про Будару! Он мстит ей! А яблоки так, для отвода глаз.
Отец покачал головой:
— Без яблок, Марта, всё было бы намного хуже. И он помогает их достать. По городу было распределение, на вернувшихся, но ты же знаешь, как это бывает: воруют, перепродают втридорога… А Будара достал и приносит, бесплатно. Элиза его попросила, объяснила, в чём дело.
— Так это для неё? Она где-то подхватила проклятие? А яблоки — типа молодильные, сдерживают эту гадость? Поэтому ранки так плохо зарастают? Вот почему пятна на белье, на кресле и на покрывале в гостиной?
— Нет, — сказал отец. — Не поэтому. Пятна из-за меня, Марта. Просто пуля прошла насквозь.
Странно, удивилась Марта, наверное, он устал. Заговаривается. При чём тут какая-то пуля?
— Думаю, — пояснил отец, — по крайней мере, пятна со временем пройдут. Запах же прошёл.
— Какой запах? Что ты выдумываешь?!
— Пороховой запах. Он долго не проходил, я боялся, что это навсегда… хотя тут уже и не знаешь, что такое «навсегда». В общем-то, поверь, всё выглядит не так страшно, как себе представлял. Со снами я умею справляться, спасибо предыдущей войне. С голодом сложнее, но Будара помогает и помогать будет, выхода у него нет. Он ведь любит Элизу. А ты… ты теперь взрослая, Марта. Плохо, что всё так… но я по крайней мере с вами.
Она потрясла головой. Их тут спаивают чем-то? Дают драковуху за сверхурочные? Что за бред он несёт?!
— Главное, что ты должна помнить: я никогда не причиню тебе вреда, ни малейшего. Считай, я просто вернулся с болезнью. С хронической болезнью. Я и сам пока не очень понимаю, чего ждать дальше, мне сказали, такое случилось впервые за многие годы, у местных врачей просто нет опыта. Мне повезло, Марта. По сути, нам всем очень повезло.
— Я не верю, — сказала она тихо. — Почему пуля? Зачем пуля? Откуда могла взяться пуля?! Ты же ехал работать водителем, папа! Обычным водителем!
— Официально всё так. Когда едут туда, говорят, что на заработки. Водителями. Строителями. Механиками. Кем угодно. И поэтому, когда возвращаются с ранениями, это — производственные травмы.
— То есть, ты не знал, чем будешь заниматься?
Он рассмеялся механическим, пустым смехом. Как радиоприёмник, если бы тот умел смеяться.
— Конечно, знал. И Элиза знала. Да многие здесь знают, такого не утаишь. Но это такая хитрость, понимаешь. Приём, финт. Официально мы не вмешиваемся. Нас вообще там нет — официально.
Марта почему-то вспомнила, как странно разговаривала с ней сегодня бабушка Дорота. И эти её долгие паузы перед ответами на самые обычные вопросы…
— То есть, — сказала Марта, — ты воевал за рекой. Не просто водил машины. Стрелял. Ты стрелял, папа?
Он развёл руками. Теперь Марта заметила пятнышко у него на груди, слева. Крошечное, но ещё вечером, когда сидели за столом, рубашка была чистая.
— В меня стреляли, я стрелял. Обычно мне везло, я вообще везучий. И реакция у меня хорошая. Но один раз, видишь, подвела.
— То есть, ты… они… Тебя что… убили?
Он улыбнулся шире.
«Финт», вспомнила Марта. «Приём». «Хитрость».
— Нельзя, — сказал отец, — убить тех, кого там официально не было. Есть силы более могущественные, чем пуля. Чем сама смерть.
Он шагнул к ней, протянул руку:
— Вот, проверь сама, не бойся. Температура у меня чуть ниже, чем у обычного человека, мне не обязательно дышать, но во всём остальном — это я. Ничего не изменилось, Марта. По сути — ничего.
— Ты стрелял, — сказал кто-то чужой её голосом. — Ты был там и стрелял. В людей.
— В псоглавцев, Марта! Они не люди. Если бы ты только видела!..
— В людей, — сухо повторил этот кто-то чужой. — В маминых соотечественников. В тех, кто живёт рядом с бабушкой Доротой. Может, и в бабушку Дороту? Если бы тебе попалась бабушка Дорота, ты бы стрелял и в неё? Если бы тебе за это заплатили? Если бы это были по-настоящему большие деньги — ты бы выстрелил?
Он, кажется, что-то пытался сказать, но Марта не слушала.
— Это очень смешной трюк, папа. Бросить нас на полгода и уехать типа на заработки. За большими деньгами, а? Наверное же, ради меня и Элизы? Слушай, а в скольких надо было выстрелить, чтобы я в следующем году училась в универе? Может, мне тоже?.. Съезжу, заработаю сама. За лето, на каникулах? Я пока не умею — так ты мне покажешь. И Элизу с собой возьмём: семейный бизнес, знай наших! Заодно проведаем бабушку Дороту. Ну что, что ты молчишь?! Ты же мёртвый, а не немой! Давай, скажи что-нибудь, давай, давай, давай!..
Он всё-таки шагнул и обнял её, кажется, продолжая что-то говорить. Просто она не слышала.
Но и не пыталась оттолкнуть. Стояла так пару мгновений, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не прорвалось наружу то, что разрывало её изнутри.
Не слёзы, нет. И не стыд.
Слепая, белоснежная ярость, желание сделать ему больно — точнее, вернуть ту боль, которую он причинил сейчас ей.
Потом отец вдруг вздрогнул и отшатнулся с гортанным, хриплым криком.
Не сумела, подумала Марта. Не сдержала.
Он смотрел на неё изумлёнными глазами, лицо исказилось, как будто это было и не лицо вовсе, а маска из теста, по которому вдруг мазнули невидимой пятернёй. Пальцами он коснулся отворота своей рубашки — и с шипением отдёрнул их. Теперь там было не только пятнышно, но и косой, V-образный след, расходившийся от груди вверх, к шее.
Лишь сейчас она почувствовала жар у себя на коже, потянулась и вытащила наружу вещицу, о которой совершенно забыла. Подарок мальков. Обычный жёлудь на серебряной цепочке.
На цепочке, которая прожгла отцу рубашку и, кажется, оставила след на коже.
— Что это? Откуда оно у тебя? — спросил он растерянно. Расстегнул пуговицы, провёл подушечками пальцев по ожогу. — Жжётся, — сказал с детской какой-то обидой. Лицо у него стало прежним, как минуту назад. — Очень жжётся, я уже давно не чувствовал ничего такого… кроме, может быть, голода… тогда, до яблок.
Она попятилась, не выпуская из рук цепочки. Держала перед собой двумя руками, хоть это было и не очень-то удобно.
— Кто ты? — прошептала. — Если ты просто умер, почему… почему это?.. — Она кивнула подбородком на его шрам, уже начавший чернеть.
И вот тогда отец рассказал ей всё. Всё до конца.
* * *Домой её отправили на машине, Гиппель сам вызвался отвезти. По дороге ему тысячу раз звонили, но он сбрасывал звонки.
Начался дождь, и улицы лежали пустые, тёмные, только в проёмах дворов порой мелькали какие-то тени. Чаще — похожие на людей, но не всегда только на них.
— Это чудо, — сказал Гиппель в конце концов. — Если оставить за скобками, почему он поехал… и всё остальное… то, что он уцелел — это чудо, Марта.
Она молчала и смотрела прямо перед собой.
— Впереди тяжёлые времена, Марта, — зачем-то добавил Гиппель. — Но ты не переживай, по крайней мере яблоки мы будем ему доставать. Если не этот чмошник Будара, то я по своим каналам. Мы своих не бросаем, Марта. А во время полнолуния, в самые тяжёлые для него ночи, отец будет жить у меня. В смысле — на кладбище, я уже договорился с Михалом. Будет его подменять. К этому просто надо привыкнуть, Марта. Хочешь правду? — он торопливо повернулся к ней. Марта дёрнула плечом, и Гиппель, разумеется, расценил это как «да». — Мне и самому было сперва не по себе… ну, когда узнал. Мы же всё по газетам, по фильмам… осиновые колья, серебро, распятия, кровавая диета — классический набор, а? Но это ерунда, Марта. Это как про больных пиноккиозом или синдромом Дулиттла все думают чёрт знает что. А они обычные люди. И он обычный человек, просто попал в переплёт. А ещё он мой друг. И твой отец. Понимаешь? Наверное, нужно было рассказать раньше — и про заработки, и про остальное, просто мы все любим тебя, Марта. Мы тебя берегли… может, и не стоило так, ты уж извини.
— Да ничего, — сказала Марта. — Вам не за что извиняться. Если по-честному, я, наверное, всегда знала, зачем он поехал. Просто не хотела себе в этом признаваться.
Они остановились во дворе, опять зазвонил телефон.
— По крайней мере, — сказал Гиппель, — он вернулся. Это самое главное.
— Да, — ответила Марта. — Он вернулся.
Телефон звонил и звонил.
— Извини, — шепнул Гиппель. — Это мэр, уже раз четвёртый. Надо отвечать. — И уже другим тоном: — Доброй ночи, господин Баутц, простите, что не сразу взял трубку…
Он протянул ей зонтик, но Марта покачала головой, не сахарная, вам важнее, — и выскочила наружу. Тут идти-то было два шага, ерунда совсем.
Вымокла, конечно, до нитки. Элиза отправила её немедленно в душ, налила чаю и расстелила постель. Сама до сих пор не ложилась, ждала. И ни словом не попрекнула.
Только пожелала уже из-за двери спокойной ночи. Марте даже на минутку показалось, что это не Элиза там, а мама; ерунда, конечно, их голоса в жизни не спутаешь.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Порох из драконьих костей"
Книги похожие на "Порох из драконьих костей" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Владимир Аренев - Порох из драконьих костей"
Отзывы читателей о книге "Порох из драконьих костей", комментарии и мнения людей о произведении.