Стивен Кинг - Дьюма-Ки

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Дьюма-Ки"
Описание и краткое содержание "Дьюма-Ки" читать бесплатно онлайн.
Маленький южный островок Дьюма-Ки – идеальное пристанище для человека, который пытается начать все сначала.
Так по крайней мере считает некогда преуспевавший бизнесмен, который стал инвалидом в результате несчастного случая – но зато обрел талант потрясающего художника.
Однако чем дольше живет он на Дьюма-Ки, тем более страшную силу обретают его картины.
В них таится Зло.
Но что это за Зло?
Он не улыбнулся.
– Когда картина хороша, и зритель смотрит на нее со всей душой, происходит эмоциональный выброс. Во мне он произошел, Эдгар.
– Хорошо.
– Будь уверен. И когда этот парень из галереи «Скотто» увидит эти картины, думаю, он почувствует то же самое. Более того, я готов поспорить, что почувствует.
– В действительности они ничего особенного собой не представляют. Если на то пошло, перепевы Дали.
Он обнял меня за плечи и повел к лестнице.
– Я не собираюсь проводить какие-то параллели. И мы не будем обсуждать тот факт, что ты, вероятно, нарисовал бойфренда дочери благодаря необъяснимой телепатии отсутствующей конечности. Я бы очень хотел посмотреть на рисунок с теннисными мячами, но чего нет, того нет.
– Может, оно и к лучшему.
– Но ты должен быть очень осторожен, Эдгар. Дьюма-Ки – необычное место… для определенных людей. Этот остров усиливает способности определенных людей. Таких, как ты.
– И ты? – спросил я. Сразу он не ответил, поэтому я указал на его лицо. – У тебя опять слезится глаз.
Уайрман достал платок, вытер уголок глаза.
– Хочешь рассказать, что случилось с тобой? Почему ты не можешь читать? Почему картины привели тебя в столь сильное замешательство?
– Нет, – ответил он. – Не сейчас. И если ты хочешь нарисовать меня, пожалуйста. Вольному воля.
– Сколь глубоко ты можешь проникать в мой мозг, Уайрман?
– Не так, чтобы очень. Ты все понял правильно, мучачо.
– Ты смог бы читать мои мысли вне Дьюма-Ки? Скажем, если бы мы сидели в кофейне в Тампе?
– Что-то уловил бы. – Он улыбнулся. – Особенно проведя здесь больше года, купаясь… ты знаешь, в лучах.
– Ты поедешь со мной? В галерею «Скотто»?
– Амиго, я не пропустил бы этой поездки, даже если бы мне предложили годовой урожай китайского чая.
iv
В тот вечер с Залива дул сильный ветер, и два часа дождь лил как из ведра. Сверкали молнии, волны бились о сваи под домом. «Розовая громада» стонала, но держалась крепко. Я открыл для себя любопытную подробность: когда Залив начинал буйствовать и гнать волны на берег, ракушки замолкали. Вода поднимала их так высоко, что им было не до разговоров.
В зал на втором этаже я вошел в самый разгар феерии грохота и вспышек (чувствуя себя доктором Франкенштейном, оживляющим монстра в башне замка) и нарисовал Уайрмана, обычным черным карандашом. Лишь в самом конце воспользовался красным и оранжевым, для фруктов в вазе. На заднем фоне добавил дверной проем и стоящую в нем, наблюдающую за происходящим Ребу. Наверное, Кеймен сказал бы, что Реба – мой представитель в мире этой картины. Может, si, может, нет. И последнее, что я сделал – засинил ее глупые глаза. На том и закончил. Родился еще один шедевр Фримантла.
Какое-то время я не вставал со стула, глядя на портрет-натюрморт, тогда как раскаты грома, удаляясь, затихали и над Заливом сверкали уже редкие молнии. Уайрман сидел за столом. Сидел, в этом я не сомневался, в самом конце своей прошлой жизни. На столе стояла ваза с фруктами и лежал пистолет, который он держал у себя то ли для стрельбы в тире (тогда на глаза он не жаловался), то ли для самозащиты, то ли для того и для другого. Я нарисовал пистолет, потом заретушировал его, и он стал более зловещим, словно раздулся. В доме, кроме Уайрмана, никого не было. Где-то тикали часы. Где-то гудел холодильник. Воздух загустел от аромата цветов. Этот запах вызывал отвращение. Звуки бесили. Тиканье гремело в ушах, словно рота солдат печатала шаг на плацу. Безжалостно гудел холодильник, замораживая воду в том мире, где более не было ни жены, ни детей. Я знал, что вскоре мужчина за столом закроет глаза, протянет руку и возьмет из вазы фрукт. Если апельсин – пойдет спать. Если яблоко – приложит пистолет к правому виску, нажмет на спусковой крючок и проветрит мозги.
Рука легла на яблоко.
v
Наутро Джек приехал во взятом напрокат мини-вэне и привез мягкую материю, чтобы завернуть мои холсты и не повредить их при транспортировке. Я сказал ему, что познакомился с мужчиной из большого дома на берегу, и он собирается поехать с нами.
– Нет проблем, – весело ответил Джек, поднимаясь по лестнице наверх и таща за собой тележку. – Места всем… Ух ты! – Он остановился на верхней ступеньке.
– Что такое?
– Это новые? Наверняка.
– Да. – Наннуцци из «Скотто» попросил показать ему не больше десяти картин, вот я и отобрал восемь, в том числе и те четыре, которые восхитили Уайрмана. – И что ты думаешь?
– Мужик, они потрясающие!
У меня не было оснований сомневаться в его искренности. Никогда раньше он не называл меня «мужик». Я поднялся еще на пару ступенек и ткнул наконечником костыля в его обтянутый джинсами зад.
– Подвинься.
Он отступил в сторону, потянув за собой тележку, и я смог пройти в «Розовую малышку». Джек все смотрел на картины.
– Джек, этот парень в «Скотто» действительно специалист? Ты уверен?
– Мама говорит, что да, и мне этого достаточно. – Из чего следовало: раз достаточно ему, хватит и мне. Я полагал, что это справедливо. – Она ничего не сказала мне о двух других владельцах галереи – думаю, их еще двое, – но она говорит, что мистер Наннуцци знает свое дело.
Джек позвонил в галерею, чтобы оказать мне услугу. Меня это тронуло.
– А если ему не понравятся эти картины, – закончил Джек, – тогда он – дятел.
– Ты так думаешь?
Он кивнул.
Снизу донесся голос Уайрмана.
– Тут-тук! Я готов отправиться на экскурсию. Планы не изменились? У кого бейдж с моей фамилией? Брать с собой ленч?
vi
Я представлял себе лысого худого профессионала со сверкающими карими глазами (эдакую итальянскую версию актера Бена Кингсли), но Дарио Наннуцци оказался вежливым толстячком сорока с небольшим лет, без малейшего намека на лысину. Я, правда, сосредоточил все внимание на его глазах. Они ничего не упускали. И я заметил, как однажды они раскрылись шире (чуть-чуть, но точно раскрылись), когда Уайрман развернул последнюю написанную мной картину «Розы, растущие из ракушек». Картины расставили вдоль дальней стены галереи, в которой на тот момент экспонировались фотографии Стефани Шачат и картины маслом Уильяма Берры. Я подумал, что такого уровня мастерства мне не достичь и за сто лет.
Хотя не следовало забывать про раскрывшиеся чуть шире глаза мистера Наннуцци.
Он прошелся вдоль выставленных в ряд картин, от первой до последней. Потом прошелся вновь. Я понятия не имел, хорошо это или плохо. К своему стыду, признаюсь, что до этого дня никогда не бывал в художественной галерее. Повернулся к Уайрману, чтобы спросить, что он думает по этому поводу, но Уайрман отошел в сторону, о чем-то тихонько разговаривал с Джеком, и оба наблюдали за Наннуцци, разглядывающим мои картины.
Как я понял, разглядывал не только он. Конец января – горячая пора для художественных салонов западного побережья Флориды, и в достаточно просторной галерее «Скотто» околачивалось с дюжину зевак (Наннуцци позже найдет им куда более достойное определение – «потенциальные постоянные покупатели»). Они разглядывали георгины Шачат, великолепные, но знакомые всем туристам европейские виды Уильяма Берры и несколько причудливых радостно-взволнованных скульптур, которые я упустил из виду, разворачивая собственные творения. Их автором был Давид Герштейн.
Поначалу я подумал, что именно скульптуры (джазовые музыканты, веселящиеся пловцы, сценки городской жизни) привлекают внимание заглянувших в галерею людей. Действительно, некоторые смотрели на них, но большинство не удостоило и взглядом. Потому что все разглядывали мои картины.
Мужчина, как говорят флоридцы, с мичиганским загаром (под этим подразумевается или молочно-белая кожа, или обожжено-красная, как у вареного рака), похлопал меня по плечу свободной рукой. Пальцы второй руки переплелись с пальцами жены.
– Вы знаете, кто их нарисовал? – спросил он.
– Я, – сорвалось с моих губ, и я почувствовал, что краснею. Будто признался в том, что последнюю неделю или даже чуть дольше скачивал фотографии Линдсей Лохан[80].
– Здорово у вас получается, – тепло похвалила меня женщина. – Вы собираетесь выставляться?
Теперь они все смотрели на меня. Как могут смотреть на только что доставленную рыбу фугу, чтобы понять, подойдет ли она для sushi du jour[81].
– Не знаю, собираюсь ли я проставляться. Выставляться. – Я почувствовал, что прилившей к лицу крови прибавилось. Крови стыда, что было плохо. Злой крови – еще хуже. Если бы злость выплеснулась, то злился бы я на себя, но другие люди этого знать не могли.
Я открыл рот, чтобы разразиться тирадой, закрыл. «Говорить нужно медленно», – подумал я, сожалея, что со мной нет Ребы. Эти люди восприняли бы художника с куклой как норму. В конце концов, они пережили все выходки Энди Уорхола.
«Говорить нужно медленно. Я могу это сделать».
– Я хочу сказать, что пишу картины недавно, поэтому не знаю, в чем состоит процедура.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Дьюма-Ки"
Книги похожие на "Дьюма-Ки" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Стивен Кинг - Дьюма-Ки"
Отзывы читателей о книге "Дьюма-Ки", комментарии и мнения людей о произведении.