Олег Суворов - Моя единственная

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Моя единственная"
Описание и краткое содержание "Моя единственная" читать бесплатно онлайн.
Самая красивая девочка на философском факультете Московского университета — Наталья Гончарова — могла рассчитывать на блестящую партию, а вышла замуж за скромного инженера вагоностроительного завода, разбив сердце безнадежно влюбленного в нее сокурсника Олега Суворова.
Шли годы, а он все не мог забыть свою любовь…
— До встречи.
Она взошла на крыльцо и скрылась в доме, а я возбужденно повернул назад, но искать Погорелова не пришлось, поскольку тот стоял несколько поодаль и наблюдал за мной.
— Я вижу, вы времени даром не теряете.
— Ух, какая прелестная женщина!
— И что она вам сказала, раз вы весь сияете?
— Свидание назначила.
— Поздравляю.
— Спасибо. А теперь пойдемте отсюда и побыстрее, а то я боюсь вспугнуть свое неожиданное счастье.
— А как же музей Толстого?
— Ну его к черту, надоело смотреть на всякое старье. Теперь мне уже хочется земного, живого и загорелого. Пойдемте и будем по дороге остерегаться большого колхозного быка.
— Кого? — изумился Погорелов.
— Быка. А впрочем, неважно.
2
— Извините, Светлана, но в этом проклятом Козельске совершенно невозможно купить цветов, — заговорил я, идя ей навстречу.
Было достаточно светло, а свое белое платье она так и не переодела, поэтому я еще издали заметил ее приближение.
— А в этом «проклятом Козельске», как вы его называете, никто и не дарит цветов, потому что они у каждого растут в палисаднике.
— Тогда понятно. Может быть, перейдем на «ты»?
— Пожалуй, — кивнула она.
— А может, еще и в щечку поцеловать разрешается?
— А вот это преждевременно.
И мы как-то понимающе улыбнулись друг другу. Рабочая жизнь в монастыре давно стихла, вечерню отслужили, и перед воротами пустыни, никого, кроме нас, не было. В теплом и влажном вечере постепенно набирали силу сумерки, хотя где-то вдалеке, за рекой, еще догорал темно-алый закат.
— В такой чудесный вечер хочется философствовать и любить, — невозмутимо заметил я, — а на меня, кроме того, как только тебя увидел, еще и благодать снизошла. Куда мы пойдем?
Она кокетливо качнула головой:
— Я не могу уходить далеко от дома — вдруг проснется Даша и испугается одна, — так что давайте погуляем по нашему лесу.
Я согласно кивнул, и мы не спеша пошли по дорожке, направляясь немного в сторону от скита. Я уже волновался, как волнуется всякий мужчина в сладкой надежде быстро соблазнить женщину, а потому даже самые невинные вопросы звучали в моих устах каким-то звенящим напряжением.
— Расскажи мне, как ты здесь оказалась.
— Очень просто. Я родилась в Ленинграде, в восемнадцать вышла замуж за военного, и мы с ним принялись скитаться по всему Союзу. Сначала жили в Сибири, потом в Киргизии, затем его перевели сюда и…
— И что?
— И здесь мы развелись.
— Почему? Он что — пил?
— Да нет, не особенно, во всяком случае, не больше других. Главное было в том, что он страшно и без всякого повода ревновал и тем самым очень нервировал Дашу. Кроме того, мне надоели все эти армейские разговоры о том, кто кого обошел в звании, почему повесился или сбежал из части тот или иной солдат — ну, и все тому подобное. Вы меня понимаете?
— Мы же договорились на «ты».
— Ах, ну да. Так вот, все это было очень тяжело… И вообще, чем старше я становилась, тем более напряженными делались наши отношения. И я решила — чем раньше их прерву, тем лучше. У меня появилась возможность устроиться на работу и получить жилье — так что от него я больше не зависела.
— А что ты закончила?
— Ленинградский педагогический институт имени Герцена, заочно.
— А родители там и живут — я имею в виду Питер?
— Да. Маленькая комнатушка в коммунальной квартире неподалеку от Лиговского проспекта. Потому-то так и не терпелось оттуда вырваться, хотя я очень люблю свою маму.
Мы уже углубились в лес, где одновременно с наступившей темнотой нас все плотнее окутывала всеми своими застывшими шорохами чудная летняя тишина, когда каждый вздох отдавался в ушах нескромным сладострастием, звуки шагов становились пугающе отчетливыми, а все слова приобретали многозначительный оттенок.
«Н-да, погода благоприятствует любви, — привычными цитатами из «Золотого теленка» подумал я, — тем более, что здесь тоже тепло и темно, как между ладонями, а рядом идет нежная и удивительная».
— А почему ты не вышла замуж еще раз? Ведь предлагали же, наверное, и неоднократно?
— О да, чуть ли не в каждой экскурсионной группе есть хотя бы один мужчина, который непременно влюбляется и делает предложение. И куда меня только не звали! Один датчанин недавно предложил уехать с ним в Удольфбирген.
— Где это? — усмехнулся я.
— Как он объяснил, неподалеку от Копенгагена.
— Ну, а ты что же?
— А что я? — И на мгновение тон ее голоса лишился уже привычного для меня иронического оттенка: — А я женщина гордая и самостоятельная и мне никто, кроме Даши, не нужен.
Я почувствовал в этих словах легкую неправду, но ничего не сказал.
— Сам-то почему не женат?
— Не знаю. То ли не влюблялся еще до такой степени, то ли самого еще по-настоящему не любили.
Мне нестерпимо хотелось обнять Светлану, но я боялся, не чувствуя ее настроения и возможной реакции. Я знал, что обязательно попытаюсь это сделать, и старался оттянуть момент, чтобы подготовить его как можно лучше, лихорадочно подбирая соответствующие темы и слова. А она смотрела себе под ноги, о чем-то задумавшись, словно бы забыла о моем существовании. Несколько минут мы шли молча, а затем она подняла голову.
— Давай присядем и покурим?
— Давай. А ты что, куришь?
— Балуюсь, тайком от Даши.
Мы сели на скамейку, и я, поставив свою неизменную сумку рядом с собой, извлек из нее пачку «Кэмела» и две банки пива.
— Хочешь?
Она улыбнулась и кивнула.
— Хочу. Вот что, оказывается, ты в ней носишь. А то у меня Даша все интересовалась: что там у дяди в сумке?
В сумке у «дяди» было еще кое-что, и я только усмехнулся, распечатывая банку пива и передавая Светлане.
— Замечательная у тебя дочь.
— Спасибо. А сама я разве не замечательная?
— Слов не хватает, чтобы выразить. Хочется говорить стихами.
— А ты пишешь стихи?
— Балуюсь. Так же, как ты, — сигаретами.
— Почитаешь? — Она прикурила и выпустила в сторону струю ароматного дыма.
Высоко над лесом появилась луна, я внимательно посмотрел на Светлану, чувствуя, что мне совсем не до стихов, потому что начинают дрожать и холодеть руки. Я жадно отпил глоток пива.
— Только не перебивай.
— Не буду.
— Когда простейший разговор
Вмиг превращается в объятье,
Когда лукавство и укор
Ты отряхаешь, словно платье,
Когда вдруг задрожит рука,
Коснувшись полного бокала,
И жизнь покажется легка,
Какою раньше не бывала;
Тогда забудь, что дальше ждет,
Не омрачай грядущим вечер.
Лишь самый крайний идиот
О смерти думает при встрече.
Тогда читай мой легкий стих,
Ласкай, как раньше ты ласкала…
Тогда Вселенной на двоих
Нам поневоле будет мало.
— Замечательно! — воскликнула Светлана и слегка откинула назад голову.
У меня пересохло в горле. Я сделал еще глоток, поставил банку на скамейку и придвинулся к Светлане. Она не пошевелилась, не повернула головы, и тогда я осторожно обнял ее и, медленно нагнувшись, поцеловал в загорелую щеку. Потом отвел в сторону прядь волос, казавшихся в лунном свете совсем черными, поцеловал ушко, а затем еще и еще раз.
Вдруг она слегка поежилась, повернула ко мне лицо, и я прижался губами к ее губам. Мгновение какой-то смутной, трепещущей нерешительности — и вот они уже раздвинулись, и мой язык жадно приникает к ее языку. Рука Светланы с горящей сигаретой медленно опустилась на скамейку, и я обнял ее за талию, прижавшись еще плотнее. Мы замерли, прошла минута, я оторвался от ее губ, стал целовать шею, мгновенно расстегнул две верхние пуговицы платья и стал опускаться все ниже…
Банка пива, слетев со скамейки, звякнула об асфальт, но я уже ничего не осознавал, кроме одного — на ней нет бюстгальтера, и там, за отворотом платья, уже начинается теплая белая полоска незагорелой груди. Светлана позволила обнажить ее целиком и даже чуть подалась вперед, когда я стал мягко проводить кончиком горячего, влажного языка вокруг упругого коричневого соска. Мы избегали встречаться взглядами, пока я, осторожно и умело, обнажал и целовал вторую грудь.
— Что ты делаешь? — услышал я откуда-то сверху ее осторожный, прерывистый шепот и, на мгновение оторвавшись, тоже почему-то прошептал:
— Не знаю… схожу с ума, кажется…
И ее волновали мои поцелуи — я чувствовал это и по упругости сосков, и по нежному биению сердца. Но что, черт подери, делать дальше, не на скамейке же… Я вновь припал к ее послушно раскрывшимся губам. Затем, расстегнув и вытащив из-за пояса джинсов свою рубашку, прижал Светлану к себе с такой силой, что она только охнула, когда ее обнаженная грудь уперлась сосками в мою.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Моя единственная"
Книги похожие на "Моя единственная" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Олег Суворов - Моя единственная"
Отзывы читателей о книге "Моя единственная", комментарии и мнения людей о произведении.