Олеся Герасименко - Неединая Россия

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Неединая Россия"
Описание и краткое содержание "Неединая Россия" читать бесплатно онлайн.
Если вы не понимаете, что происходит с людьми, почему они влезают в долги, набирая кредиты, по которым никогда не расплатятся, придумывают собственные деньги, а соседи их охотно принимают; борясь за «чистоту нации» и «сохранение корней» одни уничтожают «чужих», другие находят себе иные корни и т. п., обратитесь к Олесе Герасименко. Попросите ее разобраться в проблеме и рассказать. Она разберется и расскажет. И все станет ясно, понятно и просто. Жанр, в котором работает Олеся, я бы назвал аналитическим репортажем. Стиль изложения — легкий и доступный. Метод сбора фактуры и ее обработки — глубокая аналитика. Каждому ее репортажу предшествует несколько десятков встреч и интервью, звонков, запросов и писем. Проект «Неединая Россия» начался в прошлом году, когда еще не было ни событий в Бирюлеве, ни в Пугачеве. Межнациональные проблемы еще не встали в полный рост, сепаратизм национальных окраин, казалось, уже в прошлом, вместе с первой и второй чеченской войнами, а уж региональный — представлялся забытой экзотикой начала далеких 90-х годов. Но, как выясняется сейчас, конфликтный потенциал никуда не делся, он тлел все эти годы, как подмосковный торфяник, периодически вспыхивая то во Владивостоке, то в Калининграде, то в карельской Кондопоге. Лозунг московских националистов «хватит кормить Кавказ!» неожиданно аукнулся сибирским «хватит кормить Москву!». Олеся Герасименко провела блестящее исследование, проанализировав и показав причины, порождающие недовольство центром в регионах, и механизмы порождения конфликтов. Здесь почти нет никакого национального окраса (почти, потому что в двух регионах все же просматривается попытка этнической перемаркировки — «сибиряки» и «поморы»), но налицо признаки потенциального межнационального напряжения. В регионах недовольны не только московской властью и бизнесом, но и московской оппозицией. Обида на «Москву» в целом. Это классическая схема зарождения межэтнического конфликта, когда «вина» возлагается на весь чужой этнос. Равно как справедлив и прямо противоположный вывод: «национальный» компонент межнационального конфликта вторичен. Первично же то, что описывается в репортажах Олеси Герасименко
Но в конце 2008 года, в разгар кризиса, Владимир Путин решил спасать принадлежащий «Ростехнологиям» АвтоВАЗ и приказал повысить пошлины на ввоз подержанных иномарок. Из этой истории появилась родовая травма владивостокцев: отряд московского ОМОНа «Зубр», приехавший зимой на разгон митинга против действий правительства.
Привыкшие к мирным акциям жители Приморья забыть столичные дубинки не могут до сих пор. «У нас все протесты были спокойными, а люди расслабленными. Вот и в декабре 2008-го на площадь все вышли веселые, с флагами самодельными. Накануне проспект перекрывали без последствий. И тут на центральной площади города их побили. Шоковая терапия», — вспоминает известный в Приморье журналист, писатель Василий Авченко.
«А на самом деле правый руль — это фантом. Нас пытаются представить этакими криворукими дебилами, чуть ли не „малой народностью“ нетрадиционной ориентации, — оценивает действия властей в истории с ввозимыми японскими иномарками бывший чиновник Матвиенко. — А люди просто пытались решить проблему горбатого государственного автопрома. И вот когда мы эту проблему решили, когда по уровню автомобилизации населения (620 машин на 1000 жителей) мы обошли обе столицы, нам теперь вменяют в вину „сепаратизм“ В чем „сепаратизм“? В том, что мы справились сами, не дожидаясь обещаний?»
К разговорам о сепаратизме во Владивостоке относятся очень болезненно. Навязанных Москвой мифов не любят. Приморских партизан считают бандой скинхедов и с борьбой за независимость края никак не ассоциируют. Когда в одном из баров популярную смесь местного «Капитанского рома» с кока-колой назвали «Фри Фар Ист» («Свободный Дальний Восток», по аналогии с «Куба Либре»), посетители обвинили барменов в том, что они мутят воду, и коктейль заказывать не стали. При этом большой популярностью пользуется «Московский мул» — смертоносная смесь эля с водкой. «Мы не за сепаратизм, мы против Москвы, которая для нас — Кремль», — говорят местные.
Нелюбовь к себе Кремль старается вылечить по проверенному рецепту — вливаниями бюджетных средств. В 2007 году Владимир Путин предложил провести во Владивостоке саммит АТЭС. На подготовку объектов потрачено около 600 млрд руб. ($20 млрд). На эти деньги «Газпром» протянул во Владивосток газовую трубу с Сахалина, у Минобороны забрали и обустроили остров Русский. С материком его соединили огромным мостом, а в городе подлатали дороги и впервые построили очистные сооружения.
Но приморцы на столицу все равно обижены. Как и в Сибири, здесь в ходу слово «федералы»: на Кавказе так называют военных, а здесь — чиновников. «Саммит» — слово ругательное. «Почему? — спрашиваю я. — Мосты красивые, как в Сан-Франциско». «А вы представьте себе, что глава семьи каждый день приползает пьяный, а потом вдруг приходит с цветами. Сразу же все обиды пропадут?» — парирует Авченко.
Желание Москвы облагодетельствовать далекую окраину и снизить зависимость от китайцев создает новые проблемы. Одна из главных местных страшилок — это узбеки и таджики, с 2008 года хлынувшие на стройки объектов саммита. О них говорят все жители, кроме губернатора: Владимир Миклушевский заявил, что проблемы такой в крае нет и комментировать тут нечего. Но приморцы с ним не согласны. В 2012 году среди 30 тыс. вставших на учет в крае мигрантов узбеков было больше, чем китайцев. «Мигранты из СНГ угрожают нам больше, чем Китай. К нам едут те, кто не востребован в республиках, в Москве, в Сибири, — остатки, люди без специальности, без языка», — говорит Сергей Пушкарев. Квота разрешений на работу в этом году — 3005. А в 2011 году приехали 19 тыс. человек.
По городу ходят слухи о перестрелках в очереди за разрешениями. Преступность растет и становится более тяжкой, вздыхает Пушкарев: «Посмотри на остров Русский — из семи тысяч работающих там более двух тысяч не имеют договоров с работодателями. Вон у меня жалоба лежит на невыплату зарплаты: 134 узбека подписали, из них у 90 не оказалось разрешения на работу. Специалисты ФМС говорят, что порядок их вывоза с острова после стройки не определен. А завезли их московские подрядчики, которые ими заниматься не будут. Их тут и нету вовсе, в лучшем случае — представительства».
Самое известное в Приморье протестное движение — «Товарищество инициативных граждан России» (ТИГР) — появилось «благодаря» действиям федерального центра. Артем Самсонов и Юрий Кучин, программисты по профессии, рассказывают мне, что познакомились за решеткой после того самого жесткого разгона митинга автовладельцев 21 декабря 2008 года, когда их задержали и десять часов мариновали в отделении милиции. «Власть сама нас столкнула», — говорит Самсонов. От узкой автомобильной тематики сразу отошли, занимались всем подряд: нехваткой детских садов, точечной застройкой, законом о рыболовстве, угрозой отмены часовых поясов. «Денег у нас нет, мы помогаем советом, координацией. Мы знакомим активистов между собой, — объясняет Самсонов. — Например, отстояли наш часовой пояс, когда появилась эта идиотская идея заставить вставать нас в сумерках. Вышли на Петропавловск, Камчатку, Сахалин и провели громкие совместные митинги». Низкие результаты «Единой России» (в Приморье партия получила 33% голосов, хотя всего пять лет назад было 54%) на выборах в Госдуму Самсонов тоже считает результатом работы ТИГРа.
Актив ТИГРа измеряется списком участников чата в Skype — около 100 человек. Стать членом ТИГРа — значит, прийти по рекомендации пары участников и принять устав организации. Все решения принимаются прямым голосованием. У ТИГРа принципиально нет главы, «чтобы не на кого было давить». «Создать движение снизу, чтобы не пошла борьба за лидерство и ничего не развалилось, сейчас невозможно. Посмотрите на те же московские протесты», — объясняет Самсонов. Он уже стал системным политиком: вступил в КПРФ и в 2011 году избрался в краевое заксобрание. Теперь он единственный депутат, который ездит на работу на велосипеде и скорому открытию моста через бухту Золотой Рог — второго отстроенного к саммиту — очень рад: пока приходится ездить домой на мыс Чуркин больше часа в объезд.
О ТИГРе говорят разное. Местные журналисты рассказывают, что на самом деле их создавал бывший губернатор Сергей Дарькин в качестве управляемой оппозиции, но они вышли из-под контроля. Столичные аналитики считают их предтечей всех протестных движений конца 2000-х. Госдума еще в 2008 году за поднятый против повышения пошлин флаг Японии объявила их сепаратистами, стремящимися «отделить Дальний Восток от России». Новый губернатор в беседе с «Властью» назвал их экстремистами. Почему, правда, не уточнил, но в создаваемую в крае общественную палату на всякий случай звать не намерен.
Несмотря на то, что ТИГР не выдвигает никаких сепаратистских лозунгов, его активисты борются именно с тем, как устроена федеральная власть. «Вообще, главная претензия местных жителей, что все кругом очень напоминает феодальное государство, — говорят активисты ТИГРа. — Сейчас свободы для развития деловой инициативы нет. Все ключевые решения принимает назначенный Москвой губернатор. Даже российские суда, не говоря об иностранных, предпочитают ремонтироваться в Корее или Японии, там качественнее и дешевле».
То же самое говорят мне местные бизнесмены: предприимчивые молодые люди, которые уже заработали на безбедную жизнь в Приморье, но еще не накопили на перенос дел в Москву. У всех одна проблема: хотят развиваться дальше, но взять землю в долгосрочную аренду сложно, купить помещение под магазин или бар почти невозможно, большинство подрядов на стройках саммита проводятся через московские компании.
Мосты и кампус нового университета во Владивостоке часто сравнивают с идолами на острове Пасхи: «Поставили и молятся им, чтобы теперь были инвестиции». Реальные доходы населения из-за строительства объектов саммита не выросли. Средняя зарплата в городе — 22 тыс. руб., аренда однокомнатной квартиры обойдется в 20 тыс., при этом молоко, хлеб и рыба даже дороже, чем в Москве. Народ в крае привык «крутиться», «устраиваться». Собирать совместные закупки памперсов, стирального порошка и алкоголя из Японии, рыбу и икру брать у знакомых «по звонку», ездить за дешевой одеждой в Китай. Когда в нескольких деревнях края не было отопления, жители спиливали батареи, чтобы не платить по счетам ЖКХ, и ставили автономные обогреватели. В ясные ночи под маяком на мысе Токаревского, свет которого разрезает Амурский залив и залив Петра Великого, разгружают свои лодки контрабандисты и гуляют парочки.
По опросам ВЦИОМ, зарплату основным источником дохода назвали меньше половины опрошенных приморцев. Так что значительная роль теневого сектора в экономике Дальнего Востока — не только наследие 1990-х, когда самой эффективной властью на Дальнем Востоке была группировка «Общак».
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Неединая Россия"
Книги похожие на "Неединая Россия" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Олеся Герасименко - Неединая Россия"
Отзывы читателей о книге "Неединая Россия", комментарии и мнения людей о произведении.