Борис Викторов - Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора"
Описание и краткое содержание "Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора" читать бесплатно онлайн.
Автор рассказывает о том периоде деятельности Прокуратуры Союза ССР, когда после смерти Сталина были подвергнуты пересмотру в судебных органах многие дела прошлых лет на лиц, обвинявшихся в контрреволюционных преступлениях.
В итоге этой работы были реабилитированы видные деятели партии и государства, другие лица, ставшие жертвами культа личности и преступной деятельности Ежова, Берии, Абакумова и других.
Для практических работников правоохранительных органов и широкого круга читателей.
B. М. Казакевичу удалось уйти от ответственности за преступное усердие, проявленное не только по делу Егорова, но и по ряду других дел. Его подобрал Абакумов, и он продолжил службу в особых отделах. Нам он представился как участник обороны Сталинграда. Грудь его была в орденах. За какие заслуги они были получены, мы не проверяли. Что же он нам объяснил?
— Припоминаю, вел следствие по делу Маршала Егорова А. И., но я пальцем его не тронул.
— Егоров все рассказывал без принуждения, — продолжал объяснять Казакевич, — охотно, мне было известно, что Ежов обещал ему сохранить жизнь.
Было ли так?.. Проверить невозможно.
— Когда 17 ноября 1938 г. вышло постановление, осуждающее преступные методы следствия, насажденные Ежовым, и было строжайше запрещено их применять, я, — утверждал Казакевич, — обратился в 1939 году к Кобулову, заместителю Берии, и сказал ему: «Ведь Егоров оговорил себя». Кобулов ответил: «Если врага обманули для пользы дела, так это хорошо».
Судите, как хотите, давал нам понять Казакевич, Кобулова нет в живых, он расстрелян вместе с Берией…
— Направить дело А. И. Егорова в суд и составить обвинительное заключение по делу приказал Берия, — заключил свое объяснение Казакевич. («А что такое приказ, вы, люди военные, знаете».)
Так мы столкнулись со своим бессилием. Собирать на Казакевича доказательства, изобличающие его лично в применении преступных методов следствия, было нелегко.
Мы не самоустранились от преследования в уголовном порядке следователей-фальсификаторов и клеветников-доносчиков. Непросто было и добиться для них справедливого и безусловно обоснованного наказания. Некоторые из них были преданы суду и осуждены.
Организация без членов не бывает
Пришедший ко мне на доклад майор юстиции Павел Михайлович Андриященко начал его необычно:
— Хочу напомнить, Борис Алексеевич, один из эпизодов из фильма «Чапаев»…
— Бросьте шутить… Ближе к делу…
— Нет… Я серьезно. Послушайте и представьте себе следующий эпизод из этого фильма: Василий Иванович Чапаев на подручных предметах, помните, на клубнях картофеля, доходчиво объясняет комбригу Елане «где должен быть командир в бою?» и поучает: должен быть там, откуда ему легче оценить ситуацию в целом, откуда лучше руководить бригадой…
Чапаев сердится на Еланю потому, что тот, по его мнению, нужно или ненужно, скачет впереди пехотной цепи. Василий Иванович боится, что «пуля-дура» лишит его не только близкого друга, но и лучшего комбрига дивизии, умного, отважного, беспредельно преданного Советской власти бойца».
— Откуда у вас такой комментарий к этому эпизоду? — спросил я.
— Вычитал в журнале «Экран». Специально разыскал в связи с исследуемым нами делом. Оказывается, Еланя — это не кто иной, как настоящий комбриг Чапаевской дивизии Кутяков Иван Семенович. Под таким нареченным именем вывел Фурманов Кутякова в своем романе, затем это имя перешло и в фильм…
— Что же получается? Василий Иванович всячески беспокоился за жизнь своего боевого друга, оберегал его от «пули-дуры», а она настигла его?..
— Да, — ответил Андриященко, — грустная история. Сколько раз «пуля-дура» могла оборвать его жизнь на поле боя, но пощадила. А вот когда, казалось бы, и неоткуда ей появиться — появилась…
Документы из личного дела Ивана Семеновича Кутякова свидетельствовали, что он, сын батрака, с первых же дней гражданской войны добровольно вступил в красногвардейский отряд. Оказавшись на фронте, отважно воевал. Его личная храбрость выдвигает его в командиры сначала отрядом, затем бригадой, а после трагической гибели Василия Ивановича Чапаева — в начальники созданной Чапаевым дивизии.
В сложнейшей боевой обстановке принял Кутяков овеянную славой дивизию — штаб ее был разгромлен белоказаками под Лбищенской, фронт дивизии неимоверно растянут, фланги открыты, в тылу дивизии находились крупные силы врага.
И вновь 22-летний комдив демонстрирует свои незаурядные командные способности и безграничную отвагу. Вскоре войска под его командованием окончательно разбили белоказачью армию и взяли Гурьев. Уральский фронт был ликвидирован.
Таким же зарекомендовал он себя, командуя весной 1920 года 25-й дивизией в боях с белополяками под Киевом, при форсировании Днепра и прорыве в тыл противника. Это был большой успех в борьбе с белополяками.
Служил в Средней Азии. Не менее ожесточенными были там сражения революционных интернациональных войск под его командованием с оголтелыми бандитами Джунаид Хана.
Личные боевые заслуги Ивана Семеновича Кутякова отмечены самыми высокими наградами: награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Красного Знамени Хорезмской Советской Республики, почетным революционным оружием…
Что же случилось с этим легендарным красным командиром, которого пощадила фронтовая «пуля-дура», а в 1938 году, спустя почти 20 лет, он предстал перед военным судом и был приговорен к расстрелу?..
Читаем обвинительное заключение по его делу.
«В совершении преступлений, предусмотренных ст. 58 п. 1 «Б» (измена Родине, совершенная военнослужащим), п. 8 (теракт), п. 11 (участие в контрреволюционных организациях), Кутяков И. С. изобличается приобщенным к делу вещественным доказательством — дневником. Такое редко встречалось в делах тех лет. «Вещественное доказательство — дневник. Куда уж более объективнее, достовернее… Это даже не «собственноручные показания», написанные или составленные арестованным в камере, после «внушительной беседы»… Это писалось автором наверняка без чьего-либо давления, внушения, от души, искренне. В этом была их несомненная ценность…
В деле фигурируют дневниковые записи, относящиеся лишь к 1936–1937 годам.
«9 января 1936 г. Конечно, к ведению войны СССР не готов ни политически, ни экономически, нам нужно выиграть хотя бы 3–5 лет. В Москве много арестованных военных, даже Ширинкин, герой гражданской войны… Все перепуталось.
2 марта 1936 г. Маршал Тухачевский вел почти 100 % решительную атаку по Вор. + Егор. + Якир + Уборевич»[188].
7 апреля 1936 г. Был в Кремле 24 марта. Что хотел вождь, не ясно. Но, конечно, не случайно хозяин подчеркнул, что ведет со мной переписку. Но как они лгали, льстили, рисовались, доказывали, что если бы их не было, то в армии никакого прогресса не было.
27 августа 1936 г. Умер главком С. С. Каменев. Старик сделал свое дело и незаметно ушел восвояси. Вопрос времени, все там будем. Наступает время, когда все ветераны гражданской войны уйдут из жизни: одних расстреляют, другие, как Томский, сами покончат с собой, третьи, как Каменев, уйдут в могилу.
13 февраля 1937 г. Все перепутано, не поймешь, кто враг, кто друг.
12 марта 1937 г. Вождь не дает ответа уже на третье письмо. Неужели ему клевещут на меня, и он верит. Если так, тогда он не вождь.
15 марта 1937 г. Пока «железный» будет стоять во главе, до тех пор будет стоять бестолковщина, подхалимство и все тупое будет в почете, все умное будет унижаться.
Одно меня успокаивает, что в будущем, может быть даже далеком, увековечат мое доброе имя.
20 апреля 1937 г. Вот и терпи теперь, если хочешь есть раз в сутки щи. Не хочешь? В твоем распоряжении четыре револьвера, нажми курок и конец: земля — пыль — ветер и все…»
15 мая 1937 г. заместитель командующего Приволжским военным округом комкор Кутяков И. С. был арестован.
Целый месяц арестованный Кутяков не давал никаких показаний. Затем появились его собственноручные показания. Подчеркнув, что он, Кутяков, никакой антисоветской деятельности не проводил, в то же время признавал, что входил в группу Седякина — Ковтюха. Они были недовольны Ворошиловым за то, что он их «затирал». В числе недовольных Ворошиловым он назвал и Великанова (комкора).
Далее И. С. Кутяков показал, что и он враждебно относился к наркому обороны К. Е. Ворошилову и считал, что он не справляется с работой. Подрывал его авторитет. Высказывал свое отношение к Ворошилову близким мне людям (Ковтюху, Седякину), а в пьяном виде допускал мат и считал, что он не является для меня авторитетом… Ковтюх считал себя обиженным по службе так же, как и я. Одной из задач группы являлась «борьба за смену Ворошилова». Этим признанием следователи не были вполне удовлетворены. И через месяц они добились от Кутякова заявления на имя наркома Ежова. В нем он уже признал, что участвовал в антисоветском военном заговоре, возглавляемом М. Н. Тухачевским…
В этом заявлении Кутяков воспроизвел свой разговор с комкором Фельдманом[189], от которого, как Кутяков утверждал, он узнал о наличии в РККА группы лиц высшего начсостава, недовольных Ворошиловым и борющихся за смену руководства Наркомата. Фельдман сказал, что в эту группу входят Тухачевский, Гамарник и другие.
Однако он, Кутяков, просит учесть, что политически никогда не сочувствовал Тухачевскому и Уборевичу, считал их «белой костью», представителями вновь нарождающейся военной аристократии».
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора"
Книги похожие на "Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Борис Викторов - Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора"
Отзывы читателей о книге "Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора", комментарии и мнения людей о произведении.