» » » » Елена Катасонова - Бабий век — сорок лет


Авторские права

Елена Катасонова - Бабий век — сорок лет

Здесь можно скачать бесплатно "Елена Катасонова - Бабий век — сорок лет" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Современная проза, издательство «Советский писатель», год 1988. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Елена Катасонова - Бабий век — сорок лет
Рейтинг:
Название:
Бабий век — сорок лет
Издательство:
«Советский писатель»
Год:
1988
ISBN:
5—265—00125—5
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Бабий век — сорок лет"

Описание и краткое содержание "Бабий век — сорок лет" читать бесплатно онлайн.



Новая книга Елены Катасоновой состоит из романа, повести и двух рассказов. Все произведения объединены общей темой: поиск своего места в жизни. «Кому нужна Синяя птица» — роман о любви, столкновении разных образов мышления: творческого и потребительского. Повесть «Бабий век — сорок лет» продолжает тему «Птицы», повествуя о сложной жизни современной женщины-горожанки. Идея рассказов «Сказки Андерсена» и «Зверь по имени Брем»: «Мы живы, пока нам есть кого любить и о ком заботиться».






— Сколько ты знаешь, Даша! Откуда ты столько знаешь?

— Но я занимаюсь этим.

— Все равно — как интересно! Не то, что мы — бревна, трубы, прокладки.

— Зато вы базис, а я надстройка.

— Базис… Чем основательнее влезаю я в свои проблемы, тем больше теряю в жизни. Читаю специальную литературу, а значит, не успеваю прочесть, например, Айтматова. В командировки сознательно не беру ничего серьезного: уматываюсь за день зверски, валюсь на койку и ударяю по детективам. У вас, гуманитариев, наоборот: чем глубже ваши знания, тем интереснее вы в общении, вообще — как люди…

Нет, она не может потерять его! Ну пусть, ну ладно, она подумает, постарается приучить себя к мысли о браке — слово-то какое выдумали!.. Даша совсем растерялась: что у него там, внутри? Замолчал, и все, задвижка закрыта наглухо, как у них на трассе… Да, он другой, конечно, совсем на ее друзей непохожий. Филолог разразился бы гневной речью, они бы вместе все обсудили — все сложности и проблемы, доводы "за" и "против", они поспорили бы о том, куда поехать в свадебное путешествие, а там, глядишь, никакого союза бы не случилось. Зато сколько всего было бы наговорено! А этот сидит и молчит.

— Андрей! — Даша смотрит на него умоляюще. — Андрюша, ты не сердись, а? Я, наверное, просто дура.

Андрей смягчается.

— Ну не дура, конечно, но дурочка. Ладно, завтра я улетаю, вернусь, там решим. Поехали.

Он не говорит куда, и Даша не смеет спросить. А вдруг как тогда, зимой, он простится с ней у подъезда и она снова будет одна? Неужели он может поступить с ней так жестоко? Может, может, настолько-то Даша его уже поняла.

Они выходят из ресторана, Андрей ловит такси и везет Дашу к себе. Он не зажигает лампы, и Даша не видит его лица. При свете фонаря, заглядывающего к ним с улицы, неумело и бережно он откалывает хрупкую брошь, осторожно кладет на стол. Он никак не может стянуть с нее узкое платье.

— Пояс, — шепчет Даша.

Чертыхнувшись, Андрей развязывает хитрый узел.

— Еще смеется! — тоже шепотом негодует он.

Слава богу, кажется, отошел…

12

Если бы не Андрей и не их встречи, если бы не конгресс в Тбилиси, может, не было бы истории со Старицей, не отбилась бы снова от рук непостижимо и непредсказуемо, каждодневно меняющаяся Галя? Наверное, надо было не спускать с нее глаз, следить за ней неотступно, сидеть с нею рядом! Говорят, женщины даже работу бросают, когда дети вступают в бешеный переходный возраст, но у Гали он вроде бы позади.

Что вы, Дарья Сергеевна! — всплескивает руками Ксения Федоровна. — Этот возраст у них лет до двадцати, мне знакомый врач говорил.

— До двадцати! — ужаснулась Даша. — Да я умру, не выдержу!

— Все выдерживают, не умрете…

Снова в доме звонки с утра до ночи, снова Галя исчезает из дома — не уходит, а исчезает, мгновенно, мистически: только что была здесь, и вот уже ее нет. Иногда что-то проглотит — бегом, на ходу, иногда схватит кусок хлеба. Бросается вслед бабушка, но уже хлопнула дверь, и Галя пропала. И не отправишь ее никуда из города, не спрячешь, потому что у девятиклассников практика: собирают моторы к игрушкам.

Что-то и здесь не рассчитано, не додумано до конца: детали крохотные, нужно острое зрение, а откуда оно у сегодняшних, быстро растущих школьников? Многие ходят в очках, моторы собирать не могут, а ничего другого для них на заводе нет. Но нельзя же освободить ребят от практики — это было бы попранием трудового воспитания, — и потому им велят каждый день приходить в школу, придумывают для них занятия: разложить по стеллажам книги в библиотеке, вымыть окна, протереть в классах плафоны, подежурить в коридорах, когда экзамены. Очень скоро фантазия преподавателей иссякает, ненужность ребят становится очевидной последнему дураку, и они, к облегчению руководителей, из школы потихонечку исчезают. Теперь уже ребята почти официально бездельничают, болтаясь по городу в ожидании конца практики. Тут-то и возникают в Галиной жизни пещеры.

По субботам рывком натягиваются узкие линялые джинсы, надевается свитер, широкий солдатский ремень лихо затягивает видавшую виды штормовку — рваную, в масляных пятнах, попавшую в дом неведомо как, — в рюкзак швыряются запасные носки, кружка и ложка, из холодильника забираются плавленые сырки, а из буфета крупа и заварка: Галя уходит до понедельника.

Под Москвой и Подольском, в Тульской области и под Можайском — везде проклятые эти каменоломни. Что в них такого, почему они так притягивают, манят? Почему шестнадцатилетние перестали ходить просто в лес, где трава и деревья, сияет солнце и поют птицы? Почему ринулись скопом под землю? Когда-нибудь мы это осмыслим, поймем. Пока же есть факт: в конце семидесятых годов пещерный дух охватил зеленую молодежь.

Там, в проклятых пещерах, десятки ходов и выходов, подземные лабиринты тянутся по двадцать, тридцать, пятьдесят километров, там гниль и мрак, вода и летучие мыши. Группы спускаются ниже и ниже, вот уже идут с трудом, пригнувшись, распрямляясь лишь в штреках, ползком продираясь по "шкуродеру", обращая в лохмотья брюки и варежки, задыхаясь от влажного спертого воздуха. И как награда — новая большая пещера, после мучительно трудного к ней пути, тревожных неясных звуков, шороха скользящих по стенам камней, крыльев вспугнутой летучей мыши, полоснувшей тебя по лицу. Три раза шепотом "ура-ура-ура" — чтоб не летели от звуков камни, — а потом пещера заносится на карту, ей присваивается имя — "Зал волков", "Курилка", "Гнездо пиратов", "Бронтозавры" или "Элвис" (в честь Пресли), ходы к ней тщательно прорисовываются, группа ход теперь знает, это ее жилище.

Карты — великая тайна, их старательно берегут от других, но группы сливаются, делятся, перемешиваются, и скоро новая пещера становится достоянием всех. Иногда под землей разражаются войны — за "свою" пещеру, за место для ночлега, иногда в борьбе с городскими заваливают ходы парни из деревень, иногда выкуривают кого-то дымовыми шашками, которые Галя называет "волоком". Рюкзаками тащит она в дом камни с вкрапленным россыпью кварцем, сиреневыми, зеленоватыми аметистами, раскладывает камни на шкафу, на столе, за которым когда-то, в старые добрые времена, делала уроки. Но главное — Галя чертит карты, ей это поручено, потому что она хорошо рисует. Одну из карт в добрую минуту показала матери. Даша взглянула, и замерло испуганное сердце, а потом застучало отчаянно и быстро: ничего подобного она и представить себе не могла. Целый под землей город — с разветвленными ходами, с тупиками, улицами, озерцами. Какие-то на карте цифры — что они означают? — какие-то условные знаки, в углу символ — летучая мышь с распахнутыми большими крыльями. Москва-то, выходит, висит в воздухе?

— Ну мама, а ты как думаешь? Белокаменную Москву так и строили: отовсюду добывали камень… Это даже не пещеры, а каменоломни, мы их просто так называем — пещерами. Вот Силикаты — пещеры действительно.

— Галочка, милая, неважно, как они называются, послушай, можно ведь заблудиться! Мы с бабушкой так за тебя волнуемся! Приходи хоть пораньше!

Но Галя возвращается неизменно поздно. А однажды раздается звонок с утра, и она снимает платье (собиралась наконец-то в школу), натягивает свитер, надевает штормовку и молча, не отвечая на расспросы, не слушая протесты и возражения, отбросив материнскую руку, пытавшуюся ее удержать, уходит до ночи. Потом окружными путями, с неведомо откуда взявшейся хитростью, Екатерина Ивановна узнает, что пропал в тот раз парень — спустился в "Кисели" (так называется одна из проклятых пещер) и не вышел. Отец бросился, конечно, к его друзьям. Тревожная весть расширяющимися кругами облетела "пещерных", группа пошла искать, и с ней Галя. Ее, правда, вниз не взяли: спустились только мальчишки, девочки жгли наверху костер и кипятили чай, отпаивая перемерзших спасателей. Парня нашли мертвым.

Как он умер? Когда? Фонарь погас, но хлеб в окостеневшем кулаке у него был. Он сидел, скорчившись в кромешной мгле, вцепившись в сухой ломоть хлеба. И ни кусочка не откусил от него. От чего он умер, этот мальчик, только-только начавший жить? От жажды? Страха? От одиночества? Потрясенная происшедшим, неизвестно почему, но виноватая почему-то милиция залила цементом все ходы, все лазы, какие нашла, молодые толковые лейтенанты дежурили на станциях, останавливали и увещевали группы, возвращали в Москву. Но трагедия эта, как и запреты, прибавила только азарта.

Теперь на Курском вокзале каждый вечер функционировало нечто вроде клуба. Туда, в "грязный угол", мог прийти посвященный, прийти и присоединиться к очередной группе или оставить в условленном месте записку: "Удав, позвони. Виконт". Компании сливались, делились, разливались и создавались вновь, но не исчезали вовсе, не растворялись в деловой, вечно спешащей Москве. Любой Дом культуры позавидовал бы такой стабильности, такой верности ребят своему клубу.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Бабий век — сорок лет"

Книги похожие на "Бабий век — сорок лет" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Елена Катасонова

Елена Катасонова - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Елена Катасонова - Бабий век — сорок лет"

Отзывы читателей о книге "Бабий век — сорок лет", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.