Лев Толстой - Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья"
Описание и краткое содержание "Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья" читать бесплатно онлайн.
— Рожа — так вы испугаетесь, — вставил эсаул827
— Ему828 80 верст пройти ничего. Он всегда с нами с кавалерией пешком бегает и никогда не отстанет.
— Что ж, силен очень?
— Не сила (эсаул сам хвалился своей силой), а здоровенный меренина, так сказать. Здоров, чорт.
— Да как же не сила. Он при мне за хвост один выворотил лошадь, а как завязла наша фура, как подопрет плечом Тихон и выдерет, — сказал Денисов, видимо любивший своего Тихона.
— Что же, скоро он придет? — спрашивал Петя.
________
Когда Петя с Денисовым и эсаулом подъехали к караулке, уже было темно. На поляне вокруг караулки в полутьме виднелись лошади в седлах, казаки, гусары, прилаживавшие шалашики и в лесу в овраге (чтобы не видели дыма французы) разводившие красневший огонь. В караулке в сенях казак жарил шашлык на угольях, в самой избе сидели три офицера из партии Денисова перед устроенным из двери столом на лавках из жердей. Петя никак не ожидал такого благоустройства, которое он нашел в караулке. Были и стол, и полотенце, и водка в фляжке, и ром, и белый хлеб, и баранина с солью, и огонь в печи согреться и обсушиться, и ловкие казаки, которые, казалось, понимали мысли начальства и всё умели устроить. Петя снял и отдал сушить сапоги и чекмень, присел вместе с офицерами за стол, выпил водки и, разрывая руками, по которым текло сало, ел жирную душистую баранину. Восторженное состояние духа Пети — глупого и милого детского самодовольства и желания быть прекрасным — дошло до высшей степени после выпитой водки и съеденной пищи. Он был смешон, никому не давал говорить, но все — от Денисова и до Лихачева, казака, прислуживавшего господам, с улыбкой веселья смотрели на него. Все ласкали его, и он всё больше и больше осмеливался и громче и больше говорил.
— Так что ж вы думаете, Василий Федорович, — обращался он к Денисову, — ничего, что я с вами останусь на денек? — И не дожидаясь ответа, он сам отвечал себе: «Ведь мне велено, но вот я узнаю. Только вы меня пустите в самую... штуку. Мне не нужно наград. А мне хочется». — Петя стиснул зубы и оглянулся, подергивая кверху поднятой головой.
— Да ничего, ничего, — сказал Денисов и, обращаясь к эсаулу, сказал.
* № 278а (рук. № 98. T. IV, ч. 3, гл. VI, VIII—XI).
829 Одет он был в синие штаны, в когда-то красную со снурками французскую гусарскую куртку, подпоясанную кушаком, и в лапти. В руке он держал пуховую казанскую шляпу. Вода капала с его локтей, и там, где он стоял, скоро налилась лужа.830
Длинное лицо его с повисшим набок носом, которым он беспрестанно втягивал в себя дух с особенным звуком, и с редкой, бурого цвета бородой было все изрыто оспой. Один зуб в верхней челюсти у него был выбит, отчего его и звали Щербатым. Шея у него была толстая, как у быка, и коричневая. В одеяньи и фигуре своей он был странен и смешон, и, казалось, ему самому это доставляло удовольствие. Так заключил Петя по взгляду, которым он ответил на улыбку казака.
— Куды ты пропал? Что ж не привел? — спросил Денисов.
— Да что ходить-то, — сказал Тихон, всасывая носом.
— Что ж,831 взял? — сказал Денисов.832
— Взять-то взял (за каждым словом он сопел). Да будь ему неладно. Сорвался.
— Как сорвался.
— Да я его взял одного-то сперва-наперво, — начал Тихон, переставляя ноги в луже, которая натекла с него, — да и свел в лес, привязал как следувает к березке. Думаю, дай схожу, другого,833 поакуратнее какого, возьму.
— Ишь, шельма, так и есть, — сказал Денисов эсаулу. Петя с раскрытым ртом с восторгом глядел прямо в рот Тихону, слушая его слова.
— Подполз я таким манером. А ихний кашовар и огляди меня. — И Тихон, засопев, замолчал.
— Ну что ж?
— Загалдели по-своему, палить принялись. В меня-то, — сказал он, как бы сам удивляясь тому, что они в него палили.
— То-то мы с горы видели, как ты стречка задал, — сказал эсаул.
— Тоже ловить стали. Я и пошел к лесу...
— Ну, а первый-то где ж, — [спросил] Долохов, — что к березке-то привязал?
Тихон не отвечал, пока Денисов не спросил у него того же.
— Да затянулся, — быстро сказал Тихон и, опустив голову, сильно потянул в себе дух.
— Как же ты сказал, сорвался? — сказали в один голос эсаул и Денисов.834
Тихон стал чесать одной рукой спину, другой голову. Его уже несколько раз бранили за это. Он почесал спину и улыбнулся. Лицо Тихона, казалось, было лишено способности улыбаться, и потому неожиданная улыбка, открывавшая недостаток зуба, всегда неотразимо заразительно сообщалась другим. Денисов, Долохов улыбнулись, Петя залился, сам не зная чему, веселым смехом, к которому невольно пристал и барабанщик.
— Как же ты сказал, сорвался? — напрасно стараясь удержать свой смех, спросил Денисов.
— Да что, совсем несправный был, — сказал Тихон, махнув рукой.
— Ах, шельма!
— И одежонка плохенькая такая на нем... Что же, я не видал разве хранцузов-то. — Тихон опустил глаза. — Да и грубиан, ваше благородие, — сказал он вдруг, видимо довольный найденной отговоркой.
— Чем же он грубиан? — спросил Долохов.
— Как же, говорит: я сам анаральский сын, не пойду, говорит.835
Денисов нахмурился.
— Эка скотина, — сказал Денисов, — послал836 взять, а ты... Расспросить надо.
— Да я его спрашивал, — сказал Тихон. — Он говорит: плохо знаком. Наших, говорит, и много, да все плохие, только, говорит, одна названия. Ахнете, говорит, хорошенько, всех заберете.
И Тихон засопел пронзительно.
— А, скотина, — сказал Денисов.
— Да что же, коли надо, я сбегаю, еще возьму какого, теперь темно, — сказал Тихон.
Денисов, не отвечая ему, обратился к Долохову, совещаясь, что теперь делать.
Петя не слушал их, он стоял подле Тихона и не спускал с него удивленных глаз.
Тихон оглядывался вокруг себя. Увидав барабанщика, он подмигнул ему и улыбнулся.
— А ты разве его знаешь? — сказал Петя.
— Как же, при мне поймали, — сказал Тихон. — Их там пара была. Другой еще пофигуристее был.
— Где же другой? — спросил Петя.
— Из-за сапог что-то у казаков вышло. Вздор какой-то. А тот еще ловчее был, — сказал Тихон и, оглянувшись
на начальство и решив, что его больше не нужно, пошел из избы.
— Я тебе говорю, нельзя наобум, — говорил Долохов, — надо акуратно делать. Надо съездить. Я поеду. Вот и вы, молодой человек, — сказал Долохов, обращаясь к Пете, — не хотите ли, наденем мундиры французские, да и поедем сейчас к ним в лагерь, поговорим, расспросим.837
Петя был в восторге от сделанного ему предложения. Он тотчас обнял Долохова, поцеловал его, предложил ему изюму и кремней и сообщил, что он тоже привык всегда всё делать акуратно и не наобум Лазаря и что он об опасности для себя никогда не думает, потому что, согласитесь, если не знать верно, что там — от этого зависит жизнь, может быть, сотни, а тут мы одни, и потом мне очень этого хочется.
Никакие просьбы Денисова не могли остановить Петю. Одевшись в французский уланский мундир, который был у Денисова, Петя с Долоховым, переодетым в такой же мундир, который он всегда возил с собою, взяв проводником Тихона, поехали на ту просеку, где они стояли вечером, и в совершенной темноте вслед за Тихоном спустились в лощину.
[Далее от слов: Съехав вниз, Долохов велел кончая: И Долохов поцеловал его и, насвистывая «Allons enfants de la patrie», скрылся в темноте близко к печатному тексту. T. IV, ч. 3, гл. IX.]838
Вернувшись к караулке, Петя вошел к Денисову. Денисов лежал под буркой.
— Ну, слава богу! — крикнул он и обнял и поцеловал Петю. Петя рассказал всё, что они узнали, и Денисов, подвинувшись к стене, хлопнул рукой по бурке.
— Ну, ложись сюда, до завтра надо взд’емнуть.
Говоря с Петей, Денисов не мог не улыбнуться, так мил ему был этот маленький герой.
— Нет, благодарствуй, я не буду ложиться. Я себя знаю, ежели засну, так уже кончено.
И Петя пошел на двор, осмотрел свою лошадь, жевавшую с другими овес.
— Ну, Карабах, завтра послужим.
Он понюхал ей нос. Он любил этот запах.
— Что, барин, не спите, — сказал казак, сидевший за телегой.
— Нет. А, Комарев, кажется, тебя звать. Пожалуйста, голубчик, наточи мне саблю. Затупил — (но Петя боялся солгать) она никогда отточена не была.
— Что ж, можно.
Комарев так же, как и Денисов и все, с лаской и бережностью обращался с Петей. Он встал, достал что-то в телеге, и Петя радостно услыхал воинственный звук стали о брусок. Он подсел в темноте к Комареву и поговорил с ним.
— А что ж, спят молодцы? — сказал Петя.
— Кто спит, а кто так вот.
— Ну, а мальчик что?
— Весенний-то? Вон он завалился. Со страху спится. Уж как рад-то был. Ну, а что ж вы там видели?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья"
Книги похожие на "Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Лев Толстой - Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья"
Отзывы читателей о книге "Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья", комментарии и мнения людей о произведении.