Иван Поздняков - Пока бьется сердце

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Пока бьется сердце"
Описание и краткое содержание "Пока бьется сердце" читать бесплатно онлайн.
Неизменно близка сердцу каждого героика Великой Отечественной войны. Поэтому понятен тот огромный интерес, который всегда вызывает любая правдивая книга о войне.
Повесть «Пока бьется сердце» написана рядовым участником войны, бывшим корреспондентом дивизионной газеты. В центре внимания автора — несколько солдат одного взвода, но изображаемое перекликается с тем, что происходит рядом, на соседнем участке фронта, в глубоком тылу. Трагические дни отступления по дорогам Прибалтики, оборона Новгорода, форсирование Днепра, освобождение Польши и Чехословакии — эти события четырех военных лет, памятные автору, запечатлены на страницах повести.
Автор не увлекается показом боев. В иной — то окопной, то походной обстановке он раскрывает характеры своих фронтовых друзей, их обыкновенный героизм. Солдаты не только воюют — они шутят, мечтают, любят.
Много страниц в повести посвящено армейским политработникам — воспитателям солдат.
— Не верю. Кармелицкий в штабе сидит, план думает.
— Какой план, о чем думает?
— Как немца бить, как Берлин брать.
Выручает майора командир взвода, прибежавший к окопу пулеметчика.
— Товарищ командир полка, во взводе все в порядке! Никаких происшествий нет, — доложил командир взвода.
— И эта стрельба порядок?
Молоденький лейтенант что-то говорит в оправдание, потом набрасывается на Матьякубов а.
— Зачем стрелял, кто велел?
— На войне все стреляй, — невозмутимо отвечает пулеметчик.
— Вы идите, лейтенант, к себе, оставьте нас здесь, — приказывает Кармелицкий.
Тилла Матьякубов почтительно вскакивает и вытягивается в струнку.
— Извините, товарищ командир. Не узнал вас.
— Да как ты мог узнать, когда не видел меня в глаза? Вот теперь и познакомились. Ложись, Тилла, не стой в полный рост: слышишь, как пули посвистывают.
— Я не боюсь, товарищ командир. И вы не боитесь.
— Но перед этим ты боялся?
— Не буду бояться. Куст шумит, снег шумит — думал, немцы. Теперь не боюсь.
— Верю тебе, Тилла. Верю, что хорошим солдатом будешь. До свиданья, Тилла. Давай руку.
В эту ночь мы побывали во всех ротах. Кармелицкий беседовал с бойцами и командирами, выслушивал претензии. Их было немало: пришла смазка для оружия, непригодная к использованию в сильные морозы, задержана выдача обогревательных пакетов, вот уже третий день, как нет почты.
Побеседовал майор Кармелицкий и с командиром Тиллы Матьякубова. Командир полка узнал от лейтенанта, что Матьякубов владеет пулеметом виртуозно, стреляет исключительно метко.
— Все это хорошо, лейтенант, — сказал Кармелицкий. — Плохо то, что Матьякубова вы оставили одного в окопе. Сами посудите: человек он не обстрелянный, остался один, вот и мерещится солдату черт знает что. Ошибку надо исправить. Пошлите к Матьякубову бывалого вояку. Пусть они с недельку вместе подержатся. За это время молодой пулеметчик обвыкнется, войдет, как говорится, в колею фронтовой жизни.
— Слушаюсь, товарищ командир.
На командном пункте полка, куда мы вернулись перед рассветом, Кармелицкаму доложили, что погиб командир минометной роты старший лейтенант Буров. Обстоятельства гибели самые нелепые. В нетрезвом виде старший лейтенант Буров сам начал вести стрельбу из миномета и одну мину послал в ствол не стабилизатором, а, наоборот, носовой частью. Произошел взрыв, вместе с Буровым погиб и расчет миномета.
Сообщение об этой смерти вывело Кармелицкого из себя.
— Какая дикость! Ведь это не единственный случай, когда через водку люди расплачиваются кровью. Буров! Золотой, смелый, умный командир, а вот погиб позорно.
Повернулся к начальнику штаба полка и приказал:
— Заготовьте приказ, строгий, жестокий приказ. Впредь, если я замечу кого-нибудь пьяным, буду отдавать под суд. Не посмотрю ни на какие заслуги…
Начальник штаба вышел. Кармелицкий разделся. На простой хлопчатобумажной гимнастерке сверкнули боевые ордена. И невольно припомнились деревня на берегу Волховца, ночь в окопах, сидящий на корточках политрук Кармелицкий, рассматривающий при свете карманного фонаря новенький орден на груди Василия Блинова…
Командир полка достал из-под стола термос.
— Побалуемся что ли чайком?
Кармелицкий пьет большими глотками. Смотрю на его лицо и только теперь замечаю на нем страшную усталость. Осунулся, похудел новый командир полка.
— Тяжело вам, товарищ майор!
— Ты думаешь, когда комиссарил, было легче? Григорий Розан правильно сказал, что война — не мать.
— И Николай Медведев неплохо сказал.
Кармелицкий вскинул густые, лохматые брови.
— Это когда он меня уговаривал, чтобы я по окопам не прогуливался?
— Что ж, он прав. И сказал он, любя вас.
— Я понимаю его. Только вот воспользоваться его советом не могу. Не положено мне отсиживаться на командном пункте, за шкуру свою дрожать. Если не буду с людьми, в самой их гуще — грош мне цена, как командиру. Война есть война. На ней гибнут не только солдаты.
— Но все-таки можно действовать осторожнее.
— Ты разве так действуешь?
— Я газетчик. Погибну — не велика беда.
— Глупость говоришь. А я вот люблю газетчиков. Скажу о твоем бывшем редакторе Голубеве. По душе он мне. Пришел как-то в полк и требует героев. Я и говорю, что сейчас вызовем их на КП, и бросился было к телефону. Ох, и обозлился же он! Прямо дружба врозь. Надулся, вспыхнул весь и отвечает, что намерен разговаривать с людьми прямо на переднем крае, в той обстановке, в которой они воюют и живут. Целый день ходил с ним по окопам. В одном месте чуть было не накрыло: снаряд рядом разорвался. Отделались легким испугом. Думал, после этого у Голубева исчезнет всякая охота от окопа к окопу по-пластунски перебираться. Не тут-то было! Отряхнулся от земли и снега и кричит ошалело: ползем дальше. А сам смеется. Вот это газетчик! И пишет здорово. О бойцах наших надо хорошо, с душой рассказывать. Ты вот обязательно о Беркуте и Медведеве напиши. Крепко воюют хлопцы. Вчера Беркут из своего пулемета до двадцати фашистов уложил. В конце боя пулемет заело. С гранатами бросился на врага. Я в бинокль наблюдал. В полный рост встал и давай бросать одну гранату за другой. Шапка в ногах валяется, ветер рыжие волосы раздувает, красив, дьявол. Рядом — Медведев, низенький, щуплый. Кажется, щелчком пришибешь, а держится не хуже друга своего.
Снова вошел начальник штаба.
— Товарищ командир, из дивизии только что запрашивали, где мы предполагаем разместить танки, чтобы их заранее не обнаружили с воздуха.
— Танки на участке полка действовать не будут. Я сам доложу комдиву свои соображения, докажу, что танки целесообразнее пустить на участке соседей.
— Значит, основной удар будут наносить соседи?
— Вы меня поняли.
— Но ведь в плане операции это не предусмотрено.
— Планы не догма. Они могут изменяться сообразно обстановке, новым замыслам, новым решениям. Вот идите сюда, давайте с вами еще раз проиграем всю операцию на карте.
Начальник штаба, низенький, сухощавый майор, недавно призванный из запаса, человек деликатный, аккуратный и немного застенчивый, склонился над картой.
— Смотрите, какое раздолье у соседей. Тут и действовать танкам. На нашем же участке им нет простора. Заметили вы впереди большую высоту и сплошной лес? За высотой — болото. Вот здесь и ловушка для танкистов.
— Вы, пожалуй, правы.
— Мне эту мысль, между прочим, бойцы подсказали, — сообщил Кармелицкий. — Толковые у нас с вами подчиненные. Если можно так выразиться, почти каждый из них маршальский жезл в ранце, то бишь в вещевом мешке, носит.
— Значит, мы добровольно отказываемся от танков, от роли первой скрипки в предстоящем концерте?
Кармелицкий мягко улыбнулся.
— Мне правится, что вы за славу полка болеете, за первой скрипкой гонитесь. Но на воине не зазорно быть и на второстепенных ролях.
Начальник штаба снова ушел на свою половину. Он жил и работал с командиром полка в одном блиндаже, который был сооружен на скорую руку: лишь бы не гулял внутри ветер и не задувало снегом.
Двухлитровый термос с чаем опорожнен.
— Ты отдохни час-другой, — предлагает Кармелицкий. — Бери мою шинель и ложись.
Сквозь сон слышу, как он приказывает, кого-то ругает по телефону:
— Смазку для оружия доставить немедленно! Не забудьте прислать и обогревательные пакеты! Что?! Сейчас же поезжайте и любой ценой выполняйте приказанию!
Опять треск ручки полевого телефона, и вновь слышу голос командира полка:
— Три дня бойцы не получают писем. Безобразие! Вы говорите, что для вас я не начальник? Сам приеду на полевую почту, вручу винтовки, и будете воевать, раз не умеете исполнять свои прямые обязанности.
Григорий Розан не верит…
С самого утра немцы бросают на полк Кармелицкого все новые и новые батальоны, поддержанные танками и десятком артиллерийских батарей. Замысел противника ясен: разгромить полк, выйти в тыл наших танков, прорвавшихся далеко вперед, на участке соседей, окружить и уничтожить их. Атака следует за атакой. Полку снова пришлось играть первую скрипку, сдерживать яростный натиск крупных сил врага.
На командном пункте полка безлюдно. Все в батальонах и ротах. Там и Кармелицкий. Сказали, что он в батальоне майора Бойченкова. Направляюсь туда.
Лес кончился. Впереди сверкает ослепительной снежной лентой Ловать. Кое-где на льду чернеют огромные пробоины, через которые хлещет вода: это работа тяжелой артиллерии немцев. На противоположном берегу реки начинаются наши окопы. Их перепахивают снаряды и мины врага. Дальше — ровное, почерневшее от копоти поле, воронки от снарядов и мин обозначились на нем, как следы язв. Пахнет порохом, гарью и чем-то приторно-сладким, вызывающим тошноту.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Пока бьется сердце"
Книги похожие на "Пока бьется сердце" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иван Поздняков - Пока бьется сердце"
Отзывы читателей о книге "Пока бьется сердце", комментарии и мнения людей о произведении.