Петр Гнедич - Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг.
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг."
Описание и краткое содержание "Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг." читать бесплатно онлайн.
Петр Петрович Гнедич — русский прозаик, драматург, переводчик, историк искусства, театральный деятель.
Книга воспоминаний — это хроника целых шестидесяти лет предреволюционной литературно-театральной жизни старого Петербурга и жизни самого автора, богатой впечатлениями, встречами с известными писателями, художниками, актерами, деятелями сцены.
Живо, увлекательно, а порой остроумно написанные мемуары, с необыкновенным обилием фактических деталей и характерных черточек ушедшей эпохи доставят удовольствие читателю.
Идет, например, пьеса Шницлера "Зеленый попугай"… В заключительной сцене врывается толпа с криком:
— Бастилия взята…
Исполняется Марсельеза, зрительный зал бурно аплодирует…
Актерская "отсебятина" носит совершенно новый характер. В пьесе ("разрешенной" и, следовательно, вполне невинной) "Борьба за счастье", шедшей в Саратове, артист Б. Глаголин, к ужасу губернатора, вдруг крикнул со сцены:
"Рабочие всех стран, соединяйтесь!"…
[76] Постановка "Антигоны" очень встревожила власть предержащую. Директор департамента полиции Лопухин направил 3 февраля 1905 г. отношение товарищу министра внутренних дел К.Н. Рыдзевскому, пересланное последним в дирекцию.
Вот содержание этой бумаги:
"По полученным департаментом полиции агентурным сведениям в С.-Петербурге существует кружок лиц интеллигентного класса, ведущих преступную противоправительственную пропаганду, преимущественно среди учащейся молодежи. Одним из руководителей этого кружка был арестованный ныне писатель Алексей Пешков (Горький).
Преследуя свои преступные цели, члены кружка пользуются всякими средствами и способами, чтобы дискредитировать в глазах слушателей существующий в империи образ правления и вызвать враждебные к нему отношения, и, между прочим, прибегают к посредству театральных пьес, которые могут дать в этом отношении благодарный материал…
Имеются сведения, что 15-го сего февраля на сцене Александрийского театра будет поставлена трагедия Софокла "Антигона".
Руководители указанного кружка имеют в виду воспользоваться содержанием этой пьесы для устройства противоправительственной демонстрации. В этих целях предположено предоставить значительное количество мест в театре учащейся молодежи либерального направления, которая во время спектакля, при произнесении артистами определенных, заранее отмеченных и условленных выражений трагедии, дружно и громко будет выражать свое порицание или одобрение, не исключая и возгласов преступного характера.
Так, предположено сопровождать дружным свистом и шиканьем слова царя Креона: "Нет, не богов, а граждан виню во всем: роптали на меня бунтовщики, главами помавая; стряхнуть ярмо пытаясь", "Нет хуже зла, чем дух мятежный" и т. д.
Возгласами одобрения и даже криками "долой самодержавие" решено сопровождать следующие слова трагедии: "Но и царь непобедимый, если нет в нем правды вечной, на погибель обречен", "Принадлежать не может одному свободная земля", "А все тираны любят прибыль бесчестную", "Ты, царь, насилье совершил, ты преступил закон, и духи мщенья… тебя подстерегают, чтоб муками за муки отплатить" и т. д.
Бумага оканчивалась словами:
"Об изложенном имею честь представить вашему превосходительству с приложением печатного экземпляра помянутой трагедии".
Рыдзевский, препроводив В. Теляковскому это заявление Лопухина, сказал, что особой важности этому заявлению он не придает, но советовал переговорить лично с Лопухиным и поставить в известность министра. Из разговора с Лопухиным Теляковский вынес впечатление, что он оставался при убеждении об опасности давать "Антигону", причем добавил, что у одного из студентов есть экземпляр трагедии, где упомянутые в его бумаге фразы отчеркнуты самим Горьким. В А. Теляковский. Воспоминания, 1898–1917 гг. Петербург, 1924 г., стр. 197–199.
[77] Нордман (Северова) Наталья Борисовна (1863–1914), драматическая писательница и публицистка, подруга художника Ильи Ефимовича Репина, известна как горячая проповедница вегетарианства ("питания сеном", как иронизировали ее современники).
[78] Толстой Лев Львович, сын Льва Николаевича, писатель.
[79] Нечаев-Мальцев Юрий Степанович (1834–1913), действительный тайный советник, обер-гофмейстер, почетный член Академии Художеств. После революции в его особняке поместился Институт экранного искусства.
[80] Отставка П.П. Гнедича в течение долгого времени занимала общественное внимание. Клевете о взятке, полученной им будто от графа Зубова за постановку его пьесы, был положен конец следующим письмом в редакцию "Нового Времени" всех наличных драматургов:
"Настойчивое повторение в печати и в обществе слухов о том, будто бы драматические писатели, ставившие свои пьесы на сцене Александрийского театра в период управления труппою П.П. Гнедичем, вступали с ним, в связи с постановкой пьес, в какие-либо соглашения, носящие корыстный характер, вынуждают нас категорически заявить, что эти слухи, одинаково оскорбительные как для П.П. Гнедича, так и для нас, не имеют никакого фактического основания.
Баронесса Билла, В.П. Буренин, П. Г. Ганзен, И.А. Гриневская, А.И. Косоротов, Н.И. Кравченко, B.C. Лихачев, А.А. Луговой, С.А. Найденов, Я.А. Плющевский-Плющик, И.Н. Потапенко, В.А. Рышков, А.С. Суворин, кн. А.И. Сумбатов, В.А. Тихонов, В.О. Трахтснберг, В.В. Туношенский, Е.Н. Чириков".
Едва ли не больше всего во всей этой истории интересовали действительно замечательные "объяснения", данные Теляковским в газетных интервью. "Не понимаю, говорил Теляковский, почему на этот раз публика взволновалась, точно уволили какого-нибудь первоклассного артиста? В отставку подал чиновник, а вовсе не деятель сцены. Ничем иным как чиновником я не могу назвать человека, находящегося под моим непосредственным начальством. Мало ли какие недоразумения возникают между начальником и подчиненным? Какое дело публике до наших внутренних распорядков?"
Теляковский как бывший военный припомнил, кстати или некстати, некий "исторический военный прием". "Сто лет назад, — говорил он, — шел спор, какой строй выгоднее для нападения — линейный или колонный. И вот в то время как в Европе победу одерживал колонный строй, Суворов, не обращая на это внимания, побеждал итальянцев линейным строем. Так и тут". Это сравнение самого себя с Суворовым, а Гнедича с обыкновенным чиновником действительно характерно и объясняет многое в жизни театра за время "командования" Теля-ковского. В своих "Воспоминаниях" Теляковский говорит о Гнедиче, но ни единым словом не обмолвился о его отставке.
[81] На новые рельсы поставила театр Октябрьская революция. Это подчеркнул в своей речи, произнесенной на открытии школы русской драмы при Актеатре 19 окт. 1918 г., А. В. Луначарский:
"…Сейчас, говорил он, на нас направлены многочисленные телескопы не только наших современников, но и потомков, которые следят за нами. Нас сейчас всех вывели на сцену, осветили рампу и зрителями является весь человеческий род. Существует не только великий театр военных действий, но и маленькие театры труда в жизни. Если это сознание будет присуще вам, то можно надеяться, что первый учебный год обновленной школы будет отличаться от прежних. Ведь чувства творчества тогда не существовало, — ведь раньше "жили-были". Сейчас же люди борются, страдают, погибают, это не есть "житье-бытье". Сейчас наступила эпоха творчества, эпоха завоеваний. К таким завоеваниям, к такой борьбе вас призывает история — и в этом ваше счастье, счастье, быть может, горькое, но несомненное.
Теперь несколько слов относительно того места, которое занимает государственный театр в культурном быту России и которое поэтому должна будет знать и определенная часть этого театра — ваша школа. Когда совершился переворот, поставивший у власти рабоче-крестьянское правительство, то в театре началась некоторая паника. Наблюдалось взаимное недоверие как со стороны артистической среды к народу, так и со стороны народа к театру. В театре иные говорили: "Да, вот если этот народ умыть, причесать, надушить, если его сделать более культурным, тогда он наполнит залы театральные и будет хоть и не лучше прежней публики, но подобен ей. Но неумытый мужик — он страшен. Или он в этот театр не пойдет совсем, и тогда театру предстоит тяжелое переходное время, или он придет, но придет в смазных сапогах, с гармоникой, с семечками. Он придет и найдет, что такой театр ему скучен, не по нем". Я, конечно, несколько преувеличиваю, но я все-таки не так далек от истины. Если с этой стороны имело место недоверие, недоумение, то с другой стороны, в среде народа, действительно есть равнодушие — не привык еще, или хуже того, есть среди демократии такие, которые только из того, что театр был продуктом буржуазной культуры, делают вывод, что театр есть что-то скверное, филистимлянское, что он, наверное, нам не подойдет, пожалуй, даже окажется для нас ядом.
Вот если кто мог бросить взгляд в обе эти стороны, тому становилось жутко: а вдруг нельзя будет перебросить моста между театром и народом! Но если такому человеку и становилось жутко, то только на одну секунду. Нам посчастливилось стать связующим звеном между народом и русской интеллигенцией, звеном, которое будет способствовать здоровому развитию русской интеллигенции, и в то же время мы усыновлены пролетариатом и идем нога в ногу с русским рабочим народом. Мы знаем, мы чувствуем, мы понимаем, что делается в сердцах с той и с другой стороны. Мы знаем, что артист был в рабстве, что это рабство было проклятием артиста, что он рвался из этой тины, что ему мерещилось богослужение настоящего искусства. И вот мы понимаем, что артист, если его душа не заскорузла, когда к нему придет народ-публика, этот артист почувствует, что он помолодел, что лучше декламировать в пустой комнате, чем перед ушами тех людей, которые внимали ему, как своему гаеру, своему лизоблюду.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг."
Книги похожие на "Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг." читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Петр Гнедич - Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг."
Отзывы читателей о книге "Книга жизни. Воспоминания. 1855-1918 гг.", комментарии и мнения людей о произведении.