Джордж Мартин - Туз в трудном положении

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Туз в трудном положении"
Описание и краткое содержание "Туз в трудном положении" читать бесплатно онлайн.
Атланта, 1988 год. Съезд Демократической партии накануне выборов президента. Харизматичный политик Грег Хартманн возглавляет движение за права джокеров, которое так стремится уничтожить Демократическая партия. Однако среди делегатов ходят слухи о таинственном тузе, способном определить исход соглашения. На фоне страстей и интриг маленькая группа джокеров и тузов борется за контроль над страной.
Впервые на русском языке!
В углу трещал забытый телевизор. Кронкайт и Рэзер анализировали стратегию Хартманна, приходя к выводу, что на этот раз он, похоже, промахнулся. Они напомнили Джеку двух кинокритиков, уничтожающих новый фильм. «А что, если драмы не будет? – подумал вдруг Джек. – Что, если при голосовании ничего такого не случится, словно это всего лишь мелкий процедурный вопрос? Как все удивятся, если кто-то вдруг возьмет и уничтожит всю драму? Что если кто-то – какое-то медийное божество – возьмет и отменит пробу сил, задуманную Лео Барнетом?»
Джек поймал себя на том, что взирает на собственный портфель.
Он открыл «дипломат», взял телефон и велел памяти крошечного компьютера соединить его с Хирамом Уорчестером.
– Уорчестер? – сказал он. – Это Джек Браун. Я по просьбе Дэнни Логана.
– Логан уже что-то подсчитал? Насколько я могу судить, у нас серьезная проблема.
Джек потянулся к тумбочке и докончил свою бутылку.
– Знаю, – отозвался он. – Вот почему при голосовании Девять-це я прошу тебя подать половину голосов за Барнета.
– Не советую тебе нас продавать, Браун.
– А я и не продаю.
– Это было бы в твоем иудином стиле, так ведь? Быстрый удар в спину, а потом новая работа в средствах массовой информации в качестве благодарности от Лео Барнета.
Джек стиснул кулак. Бутылка у него в руке взорвалась во вспышке золотого света.
– Так ты это сделаешь или нет? – осведомился Джек, глядя, как раздробленное стекло убегает из его руки, словно песок.
– Я хочу обсудить это с Грегом.
– Позвони ему, если хочешь, но он занят. Просто приготовься уменьшить число своих проголосовавших вдвое.
– Не откажешься объяснить мне, что происходит?
– Мы отменяем пробу сил. Если Барнет получит слишком большое преимущество, это ничего не докажет. Это будет означать только одно: мы не приняли вызов. В фильмах нельзя устроить перестрелку, если на улице всего один человек. Зрители просто уйдут из зала. – На том конце линии наступило долгое молчание, а потом Хирам сказал: – Дай мне поговорить с Логаном.
– Он на другом аппарате.
– Почему я должен тебе верить?
Яростный гнев толстяка ударил Джеку в барабанную перепонку.
– Мне некогда спорить. Делай или нет, мне наплевать. Просто приготовься потом отвечать за свое решение.
– Если Грег из-за тебя проиграет…
Джек хохотнул:
– Ты не смотрел Эй-би-си? Если их послушать, то наш кандидат уже признает свое поражение.
Джек прервал звонок и связался со своим помощником, Эмилем Родригесом. Он сообщил Родригесу, что сам в зале не появится, что командовать делегацией предстоит ему самому, но чтобы он вдвое уменьшил число голосов по Девять-це, но скалой стоял против вопроса о представительстве Калифорнии.
А потом он принялся обзванивать глав всех остальных делегаций в порядке убывания числа голосов. К моменту последнего звонка, когда он поговорил с человеком, контролировавшим два хартманновских голоса от Виргинских островов, заседание уже возобновилось.
Дэнни Логан, так и не пришедший в себя на кровати, захрапел. Джек включил телевизор и сел в уголке с логановской бутылкой виски. Атмосфера в зале заседаний была напряженной. Делегаты так и сновали вокруг глав своих делегаций. Оркестр играл… Боже правый!.. «Не плачь по мне, Аргентина!»
Под ложечкой у Джека свился противный узел страха.
Джим Райт, спикер палаты представителей, избранный накануне председателем съезда, призвал депутатов к порядку. Какой-то сенатор от Вайоминга встал и потребовал отмены правила Девять-це. Все войска были построены, дебатов не было.
Джек сделал длинный-предлинный глоток. Начался подсчет голосов. Следующие десять минут Питер Дженнингс, которому помогали его корреспонденты в зале, серьезно вещал о потрясающем поражении Грега Хартманна. Джек слышал, как по коридору топают люди, переходящие туда и обратно. Пару раз в дверь стучали, но оба раза он не отзывался.
А потом Дэвид Бринкли со своей обычной сардонической усмешкой начал вслух подумывать, что у дела какой-то странный запашок. Он с Коппелем и Дженнингсом несколько минут обсуждали происходящее, слушая, как нарастают странные цифры, а потом единодушно решили, что вся конфронтация была одной большой подставой, на которую купились Барнет, Гор и иже с ними.
В дверь снова забарабанили.
– Логан? – это был голос Девона. – Ты там?
Джек не откликнулся.
После того как выводы комментаторов стали известны в зале, там начался настоящий бедлам. Толпы делегатов носились туда и обратно, словно щепки, подхваченные разливом. Джек взялся за телефон и вызвал Эмиля Родригеса.
– Ставь вопрос о Калифорнии. Немедленно.
Противники Хартманна находились в полном смятении. Вся их стратегия развалилась.
Хартманн без труда выиграл вопрос о Калифорнийском представительстве. Сквозь дверь номера стали доноситься торжествующие вопли. Джек открыл дверь Логана, повесил на нее табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ» и вышел в коридор.
– Джек! – Эми Соренсон с развевающимися каштановыми волосами бежала к нему через одуревшую от радости толпу. – Ты был там? Это вы с Логаном придумали?
Джек поцеловал ее, совершенно не заботясь о том, видит ли их ее муж.
– Пиццы не осталось? – спросил он. – Я проголодался!
20.00
Группа людей у главного входа в «Мариотт» испуганно прянула в стороны от приземлившегося на тротуар Черепахи. Сползая вниз, Блез пробарабанил пятками по панцирю. Тахион ласково похлопал по панцирю, а потом спустился.
– Черепаха, спасибо тебе за чудесный вечер. При взгляде сверху этот город очень элегантен.
– Всегда пожалуйста, Тахи. – Панцирь поплыл прочь.
– Доктор Тахион!
Инопланетянин обернулся к обладателю этого певучего хорошо поставленного голоса с сильным южным выговором.
– Преподобный Барнет.
Они никогда не встречались, однако узнавание было мгновенным. Они стояли на ступеньках «Мариотта», пожирая друг друга глазами, пытаясь найти ключ друг к другу. Лео Барнет был молодым мужчиной среднего роста, со светлыми волосами, голубыми глазами и ямочкой на подбородке. Лицо было славным, и секунду Тахион не мог отождествить ненавистный образ из своих кошмаров с этим вежливым человеком. А потом он вспомнил безупречные лица своих родных и близких – поголовно бывших безжалостными убийцами – и мимолетное смятение миновало.
– Доктор, вам никто не говорил, что есть вещи, которых на улицах мы не делаем, потому что это тревожит детей и пугает лошадей?
Эти слова были полны шутливости, и приготовившийся к конфронтации Тахион расслабился:
– Преподобный, я нахожусь на Земле дольше, чем вы живете на свете, но, кажется, такого выражения не слышал.
Из окружения Барнета вышла какая-то женщина:
– Обычно это говорят по поводу секса, а уж о нем-то вы все знаете.
Длинные черные волосы, падающие ей на грудь, длинные темные ресницы, трепещущие у алебастровых щек… А под ресницами оказываются глаза – синие, как вечернее небо…
«Нет, карие!»
Реальность сдвинулась, словно кабинка фуникулера, сдернутого с рельса. Дыхание у Таха застряло где-то между диафрагмой и горлом. Он пошатнулся, пытаясь ухватиться за плечо Блеза, а Лео Барнет рванулся, чтобы подхватить его с другой стороны.
– Доктор, что с вами?
– Я увидел призрака, – хрипло пробормотал Тах.
Приступ дурноты прошел, и он посмотрел женщине в глаза.
– Руководитель моей избирательной кампании, Флер ван Ренссэйлер, – сказал Лео, бросая на женщину неуверенный взгляд.
– Знаю, – отозвался Тахион.
– А вы быстро соображаете, доктор.
Если ее первые слова были агрессивными, то теперь в каждом слоге слышался горький сарказм.
– У вас лицо вашей матери… – Пылающий в ее карих глазах гнев заставил его уточнить: – Но у нее глаза были синие.
– Какая у вас необычайная память!
– Я помню каждую черточку лица вашей матери.
– Меня это должно радовать?
– Надеюсь. Я невероятно рад вас видеть. Почти два года мы каждую неделю играли. – Он мягко засмеялся. – Я припоминаю, что вы ужасно любили те ужасные леденцы. У меня потом несколько дней карманы были липкие.
– Вы никогда не были у нас дома! Мой отец этого не допустил бы.
Тах почувствовал, как у него отвисла челюсть.
– Но я же мысленно управлял слугами! Вашей матери так отчаянно хотелось вас видеть…
– Моя мать была проклятой шлюхой. Она бросила мужа и детей ради вас.
– Нет, это неправда. Ваш отец выгнал ее из дома.
– Потому что она прелюбодействовала с вами!
Флер вскинула руку – и от ее пощечины у него мотнулась голова. Он осторожно прикоснулся к пылающей щеке и двинулся было к ней:
– Нет…
Барнет положил руку Тахиону на плечо.
– Доктор, этот разговор явно неприятен и для вас, и для мисс ван Ренссэйлер. Думаю, нам лучше разойтись.
Проповедник протянул руку Флер. Ее губы словно обвисли и как-то потяжелели. Ее окружал ореол сексуальности. Барнет усадил ее в такси, словно спеша от нее избавиться.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Туз в трудном положении"
Книги похожие на "Туз в трудном положении" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Джордж Мартин - Туз в трудном положении"
Отзывы читателей о книге "Туз в трудном положении", комментарии и мнения людей о произведении.