Роберт Силверберг - Сын человеческий
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Сын человеческий"
Описание и краткое содержание "Сын человеческий" читать бесплатно онлайн.
– Нет. Нет. Зачем?
– Умирать?
– Да, умирать. Зачем?
– Чтобы узнать, – спокойно ответила Неправедная. – Ты же знаешь, что Серифис уже побывала там. Путешествие в первый дом Смерти. Но им этого не хватило. Они остались недовольны. Теперь они ищут настоящую смерть, постоянную.
– Но для чего? – добивался он. Голос его неуклюже скакал из одного регистра в другой. Он чувствовал себя ужасно молодым.
– Чтобы спастись.
– Спастись от чего? От скуки? От жизни в вечном лете?
– Это одна часть.
– А другая?
– Спастись от тебя, – рыдая сказала Неправедная.
30
Он окаменел. Ноги превратились в скрюченные корни; гениталии усохли, слезы пылающими бороздами прорезали щеки. Сон обернулся явью. Пламя из куста исчезло, оставив лишь горький белый дымок. Спустя некоторое время он спросил:
– Что я могу сделать, чтобы они передумали?
– Наверное очень мало.
Голос шел с неба прямо над головой Клея. Значит, Неправедная осталась где-то рядом с ним.
Клей вертелся, крутился, гримасничал, потел.
– Почему они хотят от меня сбежать? Неужели я так ужасен? Неужели я такое чудовище?
Долгая пауза.
Наконец ответ:
– У тебя есть душок.
– Душок?
– Понимаешь ли ты, что несешь внутри великий порок жестокости и уродства. Ты знаешь, что способен быть жестоким, безжалостным, неверным, ревнивым, жадным, неразумно враждебным и грубым.
Клей нахмурился, глядя в небо. Он выслушал свой приговор. Затем, склонив голову, ответил:
– Я всего лишь примитивный человек. Доисторический. Я не просился сюда.
Я стараюсь, но я сделан из скользкого вещества, полон грязи и нечистот.
Разве мне следует просить за это прощения? Не моя вина в том, что я несовершенен.
И все же, что делать со Скиммерами и их смертью?
– С тобой трудно быть долго, – объяснила Неправедная. – Ты несешь в себе много боли. Сам того не сознавая, ты делился своей ношей с друзьями.
Ты делил ее и со Скиммерами. Ты причинил им вред. Понимаешь, они не могли с этим справиться.
– Я никогда не догадывался об этом.
– Точно, – подтвердила Неправедная.
Клей бросился на пропеченную солнцем землю и принялся щипать траву, разбрасывая ее вокруг себя.
– Они могли бы сказать мне все сами, – оскорбление заметил он. – Они могли бы помочь мне подняться над собой. Они же подобны богам и могут общаться с самыми низкими тварями из прошлого. А ты говоришь, что им легче умереть. Как это их побег…
– Им не так легко, как ты думаешь… -…в смерть поможет каким-то образом… -…изменить тебя, – сказала Неправедная. – У них тоже есть предел. И поэтому они уйдут.
– Зачем?
На мгновение Неправедная материализовалась в форме скопления вертикальных стержней, окружающих глаз.
– От отчаяния. От шока родства. Они узнали в себе тебя. Ты же предок.
Они ничего не знали о тебе, пока ты не появился здесь, а теперь знают и боятся тебя, потому что ты есть в них. Как и во всех нас. Потому-то они и собираются умереть. Они говорят об этом, как о счастливом приключении. Для них так оно и есть: но, как ты понимаешь, это еще и борьба.
У Клея закружилась голова. Горло сдавили сдерживаемые рыдания. Он тонул во всей этой метафизике.
Призывая все свое самообладание, он спросил:
– Как мне убедить их не делать этого?
– Ты все о том же.
– Я должен знать.
– У меня нет ответа.
– А у кого есть? – Голос Клея зазвучал пронзительно, словно его печень клевал гриф.
– У кого? У кого? У кого? – рыдания Неправедной превратились в карканье. Клей огляделся вокруг и не нашел ее. Пошел горячий, сильный дождь. Клей начал разрушаться. Он побежал, но его ноги исчезли, голени развалились, и он должен был продвигаться на костях коленей. Он глотает ножи и потеет кислотой. Перед ним появился мираж: Скиммеры, сидящие перед ним на корточках, тающие, умирающие, поющие, улыбающиеся.
«Как удержать их?» – вопрошает Клей и слова собираются вокруг головы, кружат водоворотами, образуют воронки и исчезают в шее. Слова оставили за собой некое подобие ответа: «Нужно связаться с Заступниками».
Клей кивнул. Заступники. Заступники.
– Где мне найти их? – потребовал он ответа. Но он, конечно же, снова остался один.
31
Теперь он попал в землю, лишенную красок. Отовсюду удален пигмент: он остановился на длине волны ноль, исполненный страха соскользнуть в щель в спектре. Даже солнце утратило оттенок и изливаемый им свет просто парадокс. Клей шел осторожно, мучительно. Он уже видел всепоглощающую белизну Антарктиды и клыкастую черноту Тьмы, но это место было совсем не похоже на те, потому что, хотя черный – это отсутствие цвета, здесь не было ничего черного, а белый – соединение всех цветов спектра, здесь не было и ничего белого. Как же он мог тогда что-нибудь видеть?
– Меня не одурачишь, – храбро сказал он. – Я немного разбираюсь в законах оптики. Цвет – это не что иное, как эффект, производимый электромагнитными излучениями определенной длины волны. Нет длины волны, нет и цвета; нет цвета, нет изображения. Так как же я вижу все это?
Он изучающе посмотрел на свою бесцветную руку. Высунул изо рта бесцветный язык. Дотронулся до бесцветных лепестков бесцветного куста.
«Если существует цвет без физического продолжения, то может существовать и физическое продолжение без цвета?» Эту концепцию можно охарактеризовать как понятие абсолютного цвета. Можете же вы видеть красное, не видя красный предмет? Да? Да? Очень хорошо. Цвет есть абстрактное понятие, не ассоциирующееся с массой. А теперь представим массу без цвета. Одна лишь форма минус отвлечение резонансов в визуальном спектре. Не так-то просто?
Ну да, но попытайся, парень, попытайся, попытайся! Клей закричал от этого поучающего голоса, исходящего из его головы. Он звучал, словно рвущаяся проволока. По бесцветной земле пробежала бесцветная ящерица: он увидел событие как столкновение структур. В этом способе восприятия ему чудилось нечто японское. Определение объектов зависит от чистой формы, мир приобрел утонченность симфонии в одной тональности, утонченность сада черных камней, единого гудящего каллиграфического мазка. Он смаковал эту сузившуюся палитру и двигался с великой нежностью, опасаясь, что неверный шаг снова оживит спектр. Как спокойно, как прекрасно пусто. Даже звуки лишились окраски.
– Здравствуй, – сказал он. – Здравствуй. Здравствуй. Здравствуй.
Слова были словно стеклянные стержни, целомудренные, устремленные в себя.
– Скажите, где мне найти Заступников?
Он видел камни, деревья, цветы, траву, насекомых. Призрачный мир. Тень.
Тени. Он мог оставаться здесь вечно, свободный от ответственности, очищая свой разум от осадков старых цветов, всех этих высохших скоплений блеклого зеленого, желтого, ультрамаринового и алого, миртового и ярко-красного, сепии и бронзы, изумруда и кармина, синего и серого, оранжевого и индиго, лилового и сиреневого, вишневого, золотого и грифельного. Видеть, как в бесцветном небе мирно угасает бесцветный закат, смотреть в спокойное сердце бесцветного леса, обдумать бесцветные мысли, когда ветер колышет трепещущие бесцветные листья, – он вспомнил о Скиммерах. Он двинулся вперед, перейдя песчаную полосу и место, где миллионы блистающих травинок безмолвно мерцали повсюду, и вошел в район, где густо росла ежевика и повсюду торчали шипы, растущие из толстых плетей. Вздыхая и шипя, словно змеи, плети окружили его, чувствительно прикладываясь к его глазам, гениталиям, икрам.
– Давайте. Режьте меня, если хотите, но дайте пройти.
Но плети колебались, и он смеялся над ними. Внезапно одна из них кольнула его бедро и из ранки стали сочиться капли крови. Сначала они были бесцветные, но внезапно сделались ярко-красными, по этому ярко вспыхнувшему цвету он понял, что пересек границу. Цвета, выскакивающие отовсюду, ослепили его. Сетчатка глаз свертывалась и развертывалась под этой атакой. Красный! Оранжевый! Желтый! Зеленый! Голубой! Синий!
Фиолетовый! В яростном всплеске спектра потерялись все структуры.
Расставаться с бесцветностью было грустно; оглянувшись назад в надежде бросить последний взгляд на уникальную бледность, он обнаружил, что его ошеломленные глаза уже не в состоянии различить ничего и, пожав плечами, он вновь повернулся лицом к наступающим цветам. Уже опустошенные от остатков цвета каналы мозга снова наполнились с легким чавкающим звуком набирающей влагу губки. Как могло существовать такое сияние? Все пульсировало. Все излучало. Из сердцевины каждого листа изливались тысячи оттенков. Небо стало призмой, и он танцевал под его ужасным лучом.
Собственная кожа Клея стала скоплением света и тени. Глазные яблоки скользили в черепе. Он познавал пределы чувств: если его восприимчивость не уменьшается, он перегрузится и сгорит. Закрой глаза! Закрой глаза!
Закрой глаза!
– Закрыть глаза значит немного умереть, – яростно ответил он и уставился прямо на солнце. Давай! Делай как можно хуже! Он распахнул руки и вдавил пятки в теплую, влажную, податливую почву. Его человеческое существо растет. Он пьет многоцветное излучение и, задыхаясь, находит для нее место внутри. Бедра напряжены, кулаки сжаты, он не позволил гигантской призме разрушить его и победил. Он впитал все в себя и наполнился красным и зеленым. Его охватил восторг. Он разбрасывал свое семя парящей великолепной аркой, она вспыхнула лиловым и голубым и золотым и там, где приземлялась, появлялись гомункулусы, одетые в развевающиеся языки пламени. Он смеялся. Солнце заслонила туча. Опустившись на колени, он загляделся на вселенную, отражавшуюся в единственной маслянистой капле воды на толстом круглом голубом листе. Все крохотные создания там страдали, любили, поднимались, падали, боролись, теряли. Он послал им свое благословение.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Сын человеческий"
Книги похожие на "Сын человеческий" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Роберт Силверберг - Сын человеческий"
Отзывы читателей о книге "Сын человеческий", комментарии и мнения людей о произведении.