Эрнст Бутин - Суета сует

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Суета сует"
Описание и краткое содержание "Суета сует" читать бесплатно онлайн.
Большинство рассказов свердловского писателя Эрнста Бутина посвящены современности. Повесть «Аномалия», рассказы «И день тот настал», «Испытание прошлым», «Друза горного хрусталя» повествуют о геологах.
В книгу вошли два рассказа на историческую тему.
Живые характеры, яркие приметы времени, точно найденный ритм повествования придают книге достоверность и значимость.
— Почему? Отличное место, — Василий Ефимович, перечитывая бумагу, говорил машинально. На дочь не смотрел.
— Да, но оно уже занято… Шаховым.
Сокольский поднял глаза, с недоумением посмотрел на нее.
— Насколько я знаю, Шахов пробщик, — сказал медленно. — А место геолога предназначено для инженера. С дипломом.
— Но он же на днях защищается, — Наташа насторожилась.
— Когда защитится, тогда пусть обратится в отдел кадров, — Сокольский встал, собрал бумаги в стопку, постучал ею по столу, подравнивая. — Пока что диплом есть у тебя, а не у него.
— Куда же его направят после защиты? В кадрах мне сказали, что есть только одно вакантное место — на первой шахте, — голос девушки дрогнул, и Василий Ефимович, уловив это, мельком взглянул на нее. Увидев напряженное, с вымученной улыбкой лицо дочери, выпрямился.
— Возможно, — сказал твердо. — Им видней.
— Нет, — Наташа пробежала пальцами по волосам. — Я откажусь от места.
Василий Ефимович насмешливо смотрел на нее.
— Ты сама выпросила сюда направление, — твердо отчеканил он. — Я тебя отговаривал. Ты упрямилась. Настояла. Направление есть направление. Ты обязана отработать два года? Обязана. И поступила в распоряжение отдела кадров. Все? Все!
Он видел, что с каждым его словом глаза дочери расширяются и лицо ее становится испуганным. Рот Наташи приоткрылся, она стала похожа на ребенка, которого обманули.
Как же я людям в глаза глядеть буду? — растерянно спросила она. — Ведь это подло, непорядочно…
— Что подло? Что непорядочно? — Сокольский еле сдерживал раздражение. Обошел стол, хотел обнять дочь, но она уклонилась. — Я не пойму тебя. Ты приехала по направлению, получила назначение. Так?
— Ох как некрасиво получилось, — Наташа застонала, зажмурилась, покачала головой. — Нет, нет. Я поговорю в кадрах, докажу, что мне нельзя на первую шахту.
— Это твое дело, — голос Василия Ефимовича стал деловит. Он развернул на столе большой лист геологического плана. — У тебя все ко мне?
Наташа, опустив голову, молчала. Василий Ефимович досадливо поморщился, обнял дочь за плечи и, почувствовав, что девушка напряглась, одеревенела, прикрикнул сердито:
— Выкинь дурь из головы. Не ставь и меня, и себя в глупое положение.
В дверь постучали. Сокольский торопливо отдернул руку.
— Разрешите, Василий Ефимович? — в кабинете показался кругленький, плотненький, бритоголовый. — Вызывали?.. Здравствуйте, Наталья Васильевна. Осваиваетесь? — он заулыбался, и опять Наташа поняла, что улыбка предназначается дочери главного геолога, так как и этого человека она не знала, хотя конечно же встречала его и в детстве, и позже.
— Вот что, Юрий Петрович. Нам с вами надо обдумать, где удобней проходить глубокую в районе Марковской горки, — Василий Ефимович склонился над столом, постучал карандашом по плану.
Юрий Петрович изобразил всем видом своим величайшее изумление.
— Кроме того, — продолжал Сокольский, — давайте-ка прикинем, как бы получше забурить подземные на север. Хорошо бы вот здесь. — Поднял голову, увидел Наташу. — У тебя еще есть вопросы, Наталья?
— Нет. Больше вопросов нету, — Наташа выдержала взгляд отца. — До свидания, Юрий Петрович.
— До свидания, Наталья Васильевна, — тот, ошарашенно разглядывавший пометки главного геолога на плане, даже не посмотрел на нее.
— Ты домой сейчас? — без интереса спросил Василий Ефимович.
— Да, — Наташа взялась уже за ручку двери, но, вспомнив о приглашении Бахтина, добавила, не повернув головы: — Но вечером, возможно, приду поздно. Хотя… не знаю.
2
Андрей Шахов, насвистывая, помахивая зеленой папкой, открыл калитку в небольшой сад, за ухоженными, с побеленными стволами, яблонями которого спрятался добротный, сделанный с любовью дом. Навстречу Шахову, вздыбив шерсть на загривке и ощерившись, рванулась огромная овчарка, но тут же она, узнав, взвизгнула, отскочила, припала на лапы, застучала хвостом по песку дорожки.
— Ну, здравствуй, здравствуй, Гранит, — Андрей нагнулся, пощекотал собаку за ухом, и она, заскулив от восторга, отскочила в сторону, замерла. — Где же твой хозяин? Веди, веди, подхалим.
Овчарка метнулась в глубь сада, остановилась на секунду, посмотрела через плечо: идут ли следом?
На скамейке под яблоней сидел старик с сухим и темным лицом. Резкие складки-морщины тянулись от ноздрей горбатого носа к уголкам губ, оттягивая их и придавая лицу выражение брезгливости и желчности. Несмотря на жару и солнце, одет был старик в темную костюмную тройку с галстуком; белый крахмальный воротник туго обхватывал дряблую шею.
— Здравствуйте, Иван Дмитриевич, — Андрей остановился, склонил почтительно голову.
— День добрый, — старик пожевал губами. Запустил длинные сухие пальцы в шерсть застывшей от счастья собаки, а сам смотрел на гостя пристально и, казалось, недружелюбно. — Что нового?
— Ничего, — Андрей слегка стукнул уголком папки по носу овчарки. Та оскалилась, завиляла хвостом. — Побеседовал с Сокольским…
— Отзыв принес? — перебил старик.
— Завтра, — как можно равнодушней ответил Андрей и даже сделал вид, будто хочет зевнуть, но почувствовал, что это будет выглядеть слишком уж нарочито. — Главный хочет еще раз посмотреть и диплом, и свою рецензию, чтобы, как сказал, быть предельно объективным.
— Странно, — скорее размышляя вслух, чем обращаясь к Шахову, удивился старик. — Странно, что он колеблется… Никольский геолог опытный, знающий. И человек он решительный, без страха и упрека, как говорится, — голос Ивана Дмитриевича постепенно пропитывался издевкой. — Редких качеств человек Василий Ефимович. Глаз безошибочный, хватка мертвая… И не только в геологии, — он поднял руку, посмотрел на часы. Вынул из кармашка жилета цилиндрик с таблетками.
— Болит? — участливо спросил Андрей.
— А, ерунда, это не тема для разговора, — старик поморщился, бросил таблетку в рот. — Тебе не кажется, что Сокольский боится показывать рецензию до последней минуты? — Тяжело поднялся, потер поясницу, но сразу же, словно разозлясь, отдернул руку.
— Зачем? — Андрей удивленно посмотрел на него. — Главный высказался довольно откровенно: диплом мой — бред сивой кобылы, ненаучная фантастика, прожектерство и так далее.
— Не знаю, не знаю, — Иван Дмитриевич задумчиво смотрел вдаль. — Одно дело — сказать, другое дело — написать. Может, он боится, что ты будешь сопротивляться, возражать, перенесешь защиту… Не знаю.
Старик шаркающей походкой побрел к дому. Андрей хотел было взять его под руку, но Иван Дмитриевич осторожно, однако решительно высвободил ее. Андрей сунул в пасть овчарке папку, собака благодарно вильнула хвостом и пошла рядом.
— Сокольский отличный геолог. Замечательный специалист, — рассуждал вслух Иван Дмитриевич. — Я не верю, что он не понял и не оценил твой дипломный проект. — И вдруг спросил без всякого перехода: — Я не рассказывал тебе, как он открыл медь?
— Нет, — Андрей не слушал старика, посматривал на высокое, с резными балясинами крыльцо, на окна дома.
Он знал, что Иван Дмитриевич и Сокольский долго, хотя и не всегда, работали вместе. Так уж складывались их судьбы, что, разлучившись, они потом опять встречались в какой-нибудь геологоразведочной партии. Знал Андрей и то, что и Василий Ефимович, и Иван Дмитриевич недолюбливали друг друга, и даже догадывался почему. Иван Дмитриевич Твердышев был геологом старой формации, учеником и сторонником академической школы: подвижником, педантом от науки, фанатиком скрупулезного, методичного и последовательного сбора материалов и обстоятельной, кропотливой обработки их — для него главным был, скорей, не поиск, а систематизация сведений и фактов. Сокольский же, так представлял Шахов, сформировавшийся как геолог после войны, когда определяющим время был лозунг «Быстрей и больше!», являлся сторонником стремительной разведки, максимально быстрого освоения месторождения и стал, пожалуй, прежде всего организатором, администратором, руководителем, умеющим быстро взять у земли, чтобы как можно быстрей отдать людям. Эти разные взгляды на геологию и породили, по мнению Андрея, антипатию между Сокольским и Твердышевым. Он уже слышал от Ивана Дмитриевича несколько историй о лихачестве нынешнего главного геолога рудника, об его авантюризме. Видел и брезгливо-снисходительное лицо Сокольского, когда при нем говорили о Твердышеве. Поэтому и не обращал сейчас внимания на рассказы старика, хотя и шел с видом внимательного слушателя.
— Аннушка! — вдруг властно и одновременно нежно позвал Иван Дмитриевич, когда приблизились к крыльцу.
Андрей улыбнулся, выпрямился. Дверь открылась, и вышла молодая женщина. Она уже начала полнеть, но полнота эта украшала ее — создавала ощущение какой-то завершенности, спокойствия, достоинства. Женщина увидела Шахова и тоже еле заметно улыбнулась.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Суета сует"
Книги похожие на "Суета сует" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Эрнст Бутин - Суета сует"
Отзывы читателей о книге "Суета сует", комментарии и мнения людей о произведении.