Илья Гордон - Вначале их было двое (сборник)

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Вначале их было двое (сборник)"
Описание и краткое содержание "Вначале их было двое (сборник)" читать бесплатно онлайн.
Илья Гордон — известный еврейский писатель. Советские читатели знают его романы «Ингул Бояр», «Три брата», повесть «Бурьян» и сборник «Повести и рассказы», вышедшие в переводе на русском языке в разные годы.
В новую книгу И. Гордона включены три повести и десять рассказов. Все они посвящены будням наших современников — строителей коммунизма, изображают новые отношения между людьми, сложившиеся в нашем обществе.
Герои книги — труженики земли, партизаны, фронтовики, люди разных судеб, талантливые и душевные. Они совершают подвиги и терпят неудачи, любят и мечтают. Остросюжетные произведения эти полны лирических раздумий о подлинном человеческом счастье, о радости, которую приносит творческий труд.
— Ну, так что ты мне скажешь? — нетерпеливо спросил он.
— О чем? Я ведь тебе дала понять, что не могу.
— А ты подумай. Может быть, мы с тобой проедемся куда-нибудь, — предложил Коцин, не теряя надежды уломать несговорчивую женщину.
— Куда ехать-то? Да и нельзя — сейчас лозы прикрыть надо, дело не терпит.
— Без тебя прикроют. А куда поехать? Мало ли куда, найдем место, — настаивал Коцин.
— Разве что в район — у меня там дело есть, и я бы поехала, пожалуй, да раньше надо взять разрешение.
— Ну, хорошо, хорошо, — отозвался Коцин.
Они перебросились еще несколькими словами и разошлись.
— Хорошо… хорошо… — повторила несколько раз озадаченная Шейндл, глядя вслед Коцину.
Слух о том, что Шейндл ездила с Коциным в район, дошел и до Шалита. Возможно, что он не придал бы этому значения: мало ли что — Шейндл как будто собиралась к врачу, и Коцин мог случайно прихватить ее по дороге. Но то, что Коцин дважды приезжал к ней на виноградник, внушало Шалиту серьезные опасения.
«А что, если он и впрямь переманит Шейндл к себе? — беспокоился он. — Да нет, не может быть — никуда она отсюда не уедет».
И все же ревнивое чувство не давало ему покоя: как-никак она стала ему, Шалиту, женой, он связал с ней свою жизнь. Они же не поссорились, он ее ничем не обидел — больше того, Шалит был уверен, что не сегодня-завтра Шейндл к нему вернется. И вдруг… Кто бы мог ожидать? Надо поговорить с Шейндл напрямик и не откладывая в долгий ящик.
Шалит пошел на виноградник с твердым намерением все выяснить, но. как назло, ему все не удавалось остаться с Шейндл наедине: женщины будто сговорились не оставлять их одних пи на минуту.
Шалит уже совсем было собрался уходить, но тут увидел, что к винограднику подъезжает «газик» Коцина. Аншл вышел из машины и зашагал ему навстречу. Издали он не узнал Шалита и, очутившись с ним лицом к лицу, немного растерялся.
— Ты что-то стал у нас частым гостем, — со скрытой злобой глядя в упор на Коцина, не без ехидства сказал Шалит.
— Да видишь ли, в чем дело: задумали и мы у себя в колхозе насадить виноградник — вот и езжу к вам, хочу присмотреться, перенять, как говорится, ваш опыт, — стал оправдываться Коцин.
— Ой, Аншл, мне что-то кажется, что ты не о винограднике думаешь, а о виноградарке, — не вытерпев, оборвал его Шалит.
— Виноградарка ваша — молодец: гляди, как делами заворачивает! — начал Коцин расхваливать Шейндл, подливая масла в огонь назревавшей ссоры. — Какой виноградник отгрохала — не виноградник, а целое состояние!
— А тебе завидно? Глаза тебе, что ли, мозолит наш виноградник? — повысил голос Шалит.
— Не понимаю, Нохим, почему ты злишься? Не иначе, как встал сегодня с левой ноги, — опасливо посмотрел на Шалита Коцин.
— А, зубы мне заговорить хочешь! — еще больше распалился тот. — Знакомые штучки!
Ни разу Коцин не видел Шалита таким злым и возбужденным. Учтивость и немного приторную улыбку будто ветром сдуло с лица Аншла, оно стало холодным и жестким, взгляд — настороженным.
— Нохим, что ты, Нохим? — заговорил он как только мог спокойно, но на всякий случай отодвинулся от Шалита, словно опасаясь, что тот на него набросится. «Да разве было в наших разговорах с Шейндл что-либо такое, что она не могла бы сказать Шалиту? — мысленно успокаивал он себя. — Ведь между нами ничего, собственно, не произошло».
И действительно, сколько ни пытался Коцин войти в доверие к Шейндл, она и слушать его не хотела. Напрасно он старался внуйшть ей, что с женой сошелся в свое время совершенно случайно, что она ему давно опротивела, что Шейндл станет ему настоящей женой, что он будет ее лелеять и холить, каждую пылинку с нее сдувать. Шейндл слушала его вполуха, все время думая о своем, и этим сильно-таки выводила Аншла из себя. Да и в район она ездила только по своим делам, и Коцину, хоть он и не терял надежды сломить ее упорство, стало ясно, что с Шалитом она связана прочными узами.
— Не понимаю, Нохим, что ты так кипятишься, — зная, что он ничем, в конце концов, не провинился перед Шалитом, заговорил Коцин обиженным тоном. — Видно, кто-то оговорил меня… Хотят, как видно, нас поссорить… А я, право же, ни в чем не чувствую себя виноватым перед тобой…
Тут он вдруг замолчал, оборвал разговор чуть ли не на полуслове: рядом с ними очутилась Шейндл — то ли она слышала их разговор и хотела вмешаться, то ли подошла к ним случайно, — но ее появление остановило начинавшуюся ссору, и все трое заговорили о винограднике.
Жители, хотя и реже, чем в первые месяцы, всё еще целыми семьями возвращались в поселок из эвакуации. Были среди приезжих и люди из других краев, и люди разных национальностей. Их забросили сюда бури военных лет.
Шалит, Журбенко и все старожилы поселка встречали приезжающих с идущим от щедрого сердца гостеприимством. Правление колхоза отдало новоселам пустовавшие дома загубленных фашистами семей, помогло отремонтировать эти дома — выделило на первое время продовольствие. И как только новоселы освоились немного, их распределили по разным бригадам.
На полученный из района кредит колхоз приобрел молодых коров, телок и несколько свиноматок, которые вот-вот должны были опороситься. Журбенко особенно радовался тому, что среди купленного колхозом скота было несколько телок немецкой породы. Любуясь ими, он не переставал с увлечением твердить Шалиту:
— Не пройдет и года, и наши телки станут коровами, да еще какими коровами — всем на удивление! У нас тут скоро будет настоящая молочная ферма: ты еще увидишь, какие стада будут пастись на наших пастбищах! Трудно будет поверить, что совсем недавно у нас была одна-единственная корова!
Как-то раз осенью надеждинцы прочли на первой полосе районной газеты «Ленинский путь» набранную крупным шрифтом статью: «Новые успехи колхоза «Маяк».
— Скажи пожалуйста, какими делами заворачивает этот Коцин, — сказал Журбенко, указывая на статью, — высоко поднялся, ничего не скажешь, орел, да и только!
— Не орел, а жук, — с досадой возразил Шалит. — Ведь и жук в полете шумит, да еще как, почище орла, пожалуй.
Со дня их столкновения на винограднике отношения между Коциным и Шалитом продолжали оставаться холодными. Шалит избегал встреч с Коциным, даже слушать о нем не хотел. И все же доискаться до истинных причин успехов соседа он был не прочь.
«Почему же все-таки так расхваливают его колхоз? Не сошли же с ума те, что возносят его до небес!» — думал Шалит, и эти раздумья толкали его на новую встречу с Коциным, на беседу с ним: а вдруг в самом деле можно у него кое-что перенять!
Коцин почуял эту перемену в настроении Шалита и раза два заехал к нему, словно ничего особенного не случилось, словно между ними не пробежала черпая кошка. Он даже вскользь сказал несколько слов о Шейндл, похвалил ее, как лучшую в районе виноградарку, но растопить холодок, сковывающий их отношения в последнее время, ему все же не удавалось. Коцин, однако, не терял надежды. Снег запорошил поля и дороги, установился первый санный путь, когда он на паре резвых гнедых кобыл, запряженных в щегольские санки, катил, упитанный и самодовольный, мимо еще не полностью восстановленных после войны домов поселка «Надежда». На этот раз он ехал по делу, которое, как ему казалось, должно было заинтересовать Шалита и Журбенко.
Подъехав к дому, в котором они жили, он откинул полость, грузно вывалился из саней и зашагал в белом полушубке, в надвинутой немного набекрень новенькой офицерской ушанке навстречу выходившему на крыльцо Шалиту.
— Ну, как поживаете, дорогие земляки? — спросил он со льстивой улыбкой.
— Трудимся понемногу, — иронически посмотрел на него Шалит. — Что же еще нам остается делать? А о тебе и о твоем колхозе опять шумят газеты, да еще как!
— А разве мы не заслужили? — хитро прищурив левый глаз, спросил Коцин.
— Не знаю, — тоже с хитринкой ответил Шалит. — Раз хвалят — значит, заслужили. Вот, к примеру, про нас ничего не пишут, да и что, собственно говоря, про нас писать?
— Как что? Лукавишь, Шалит, прибедняешься! Разве мало достижений и в вашем колхозе?
Сказал эти неискренние, не от сердца идущие слова Коцин и тут же раскаялся: а вдруг Шалит возомнит о себе невесть что и вправду станет равнять себя с ним, с Коциным?
— До нас, конечно, вам еще далеко, но и совсем отмахнуться от ваших успехов тоже нельзя, — поспешил он добавить.
Ша лита разозлило такое высокомерие зазнавшегося соседа. И, как бы чувствуя это, Коцин опять решил подольститься к вспыхнувшему негодованием хозяину и сделал вид, что он очень интересуется делами надеждинцев.
— Давай прокатимся, я бы не прочь поглядеть на ваше хозяйство.
— Ну, если у тебя есть охота — поедем, — согласился Шалит.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Вначале их было двое (сборник)"
Книги похожие на "Вначале их было двое (сборник)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Илья Гордон - Вначале их было двое (сборник)"
Отзывы читателей о книге "Вначале их было двое (сборник)", комментарии и мнения людей о произведении.