Александр Егоров - Пентхаус

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Пентхаус"
Описание и краткое содержание "Пентхаус" читать бесплатно онлайн.
Модный московский психоаналитик использует в своей работе нестандартные методы — дозированные пытки и насилие. У Артема Пандорина есть мечта: когда-нибудь бросить работу и вести жизнь свободного художника в пентхаусе на крыше. И еще у него есть любовь — такая большая, что выходит за рамки закона. Все меняется, когда к Артему приходит Самый Главный Пациент в его жизни… а может, и в смерти.
— Расскажи, как это было, — предлагаю я вкрадчиво. — Я пойму.
— Он учился с нами в одной школе, да, — шепчет она. — Сережа. Только он жил не в нашем поселке… он…
Мне больше не нужно понимать. Я слышу голос, и теперь в моем сознании живет совсем другой человек. Так иногда бывает во сне.
Странно, ох, странно ощущать себя четырнадцатилетней озабоченной девчонкой. Пухлые пальчики с неумело накрашенными ногтями. Колечко и сережки.
«Сережка», — шепчет она в постели, целуя свою руку, на сгибе, там, где помягче. Девочки — не мальчики, они любят заниматься этим лежа. Вот и она занимается этим. Придумать бы слово поприятней. Ведь ей сейчас очень приятно, просто волшебно. Волшебные у нее пальчики. А о волшебной палочке она только мечтает.
В спальне тикают часы, отмеряя минуты, а сердце колотится в груди, обмирает и снова пускается вдогонку за ее фантазиями.
Ветер качает деревья за окном. Никто не войдет в ее комнатку. А его она бы впустила.
Ей и страшно, и сладко. У Сережки светлые волосы и светлые глаза, такие прозрачные, когда он на нее смотрит. Ну и что, что его из школы выгонят за драку. Он сильный, вот и дерется постоянно. Он уже бриться начал, и подбородок у него такой гладкий, и губы такие красивые. Почему же он ее не поцеловал ни разу? Она бы, наверно, сразу кончила.
«Так, — вспоминаю я. — Знали в те времена девчонки слово „кончила“? Пожалуй, нет».
Был бы у него телефон, она позвонила бы ему сейчас. Сказала что-нибудь, а он ответил. Или просто подышала бы в трубку. Приложила ее… туда. И он как будто бы стал — там.
Ой, что это? Анжелочка вздрагивает. Ветка стучит в окно: на улице ветер. Или… нет?
Камушек снова ударяет в стекло. Она отбрасывает одеяльце. Вскакивает с постели. Кидает взгляд на отражение в зеркале. А потом осторожно сдвигает занавеску. Она знает, что с улицы ничего не видно. Ее окно высоко.
А за окном густая ночь, теплая, влажная. У куста малины стоит Сережка. Взлохмаченный, будто опять дрался. Ее сердце падает куда-то, падает и не возвращается.
Он видит, как колышется занавеска. Он ждет.
Анжелка поскорее натягивает брючки и футболку: спереди написано «YES», а сзади — «NO». Она опускает глаза. Грудь у нее уже красивая. Немножко одернуть футболку, чтоб было видно.
«Куииип», — скрипит оконная рама. Ночной ветерок такой свежий, волнующий, и из сада пахнет флоксами. Анжелочка выглядывает, прикладывает пальчик ко рту: тихо, не шуми, вдруг соседи проснутся!
«Анжелка, — зовет он шепотом. — Гулять пойдешь?»
Она мотает головой.
«Спускайся, а?»
Она хлопает ресницами. Через забор перелез, — думает она. Ради нее. И не побоялся. А чего бояться, видит же, что машины нет, значит, родители в городе.
«Ладно, сейчас», — отвечает Анжелочка.
Спускается по скрипучей лестнице.
И вот он рядом. Рассматривает ее с ног до головы. У него глаза холодные, ледяные. Просто сердце замирает, какие холодные. Даже когда он смеется.
«Йес, ага, — смеется он. — Спереди можно. А сзади нельзя».
Он довольно бесцеремонно поворачивает ее к себе спиной. Она вырывается, но как тут вырвешься, остается только самой не засмеяться. Он прижимает ее к себе, и она вдруг чувствует.
«И сзади тоже можно», — констатирует он.
«Ты чего пришел? — негодует она. — Иди гуляй».
«Анжелка… у тебя денег нет? До завтра».
Она бьет его по руке:
«Так ты только за этим?»
Вот она и выдала себя, дура. А он понятливый. Может, ему эта малолетка особо и не нравится, но как тут откажешь, когда все настолько очевидно.
«Да я шучу, — говорит он. — Я к тебе пришел».
«Зачем?» — спрашивает она строго.
«Ну, чтоб тебе скучно не было».
«А мне не скучно», — говорит она очень независимым тоном.
И так далее, в таком духе. Ритуалы подобного рода обычно меня не занимают. С этими чудо-подростками все было, в общем-то, ясно, кроме одного: где-то рядом зарыта достаточно злая собака, о которой наша взрослая Анжелочка, похоже, скучает до сих пор. Этот-то скелет мне и хочется отыскать. Нужно просто копнуть глубже.
— Он держал меня за руки, сзади, а у него стоял, — шепчет она сейчас. — Я боялась. Я думала, все бывает не совсем так.
Я продолжаю врубаться в ее жизнь. Вот-вот наша юная сучка преодолеет боязнь и отдастся основному инстинкту — не пропали же впустую полтора года мануальных тренировок? А что, кстати, она там лепечет, пока ее ведут вверх по скрипучим ступенькам?
«Ты дурак, — говорит она. — Ты вообще меня не знаешь. И ты с Ленкой спал».
Он что-то отвечает своим хрипловатым ломающимся голосом, мне лень слушать. Не знаю, хочется ли мне смотреть дальше, на разрушение Анжелкиных иллюзий (о невинности, если по-честному, говорить даже смешно). Все у них происходит как-то поспешно, грубовато и болезненно, в окружении скомканных простынь.
«Ай, больно», — вскрикивает она. Я-то, правда, знаю: нихрена ей не больно, а точнее — больно, но не везде. А там, в глубине, и вовсе очень даже приятно. В порыве благодарности она крепко-крепко обнимает своего любовничка. Тот удивлен. Но он все равно не остановится.
«А ты классно еб…шься», — оценивает он чуть позже. Похоже, в те времена дети еще не знали слова «трахаться». Так стали говорить потом, когда насмотрелись фильмов с гнусавыми переводами. А пока эти детишки гнусят без всякого перевода: грубое позднесовковое реалити. Перестройка и классность.
«Ты говоришь, классно? И это всё?» — спрашивает Анжелочка счастливым голоском.
«Не-а, не всё», — блеет козлик.
И вот тут-то начинается самое интересное.
Этот чувачок поднимается с постели и идет к окну («хррясь», — отворяется рама). Он свистит. Ответный свист раздается тотчас же. Темная ночь только кажется пустой: кто-то маячит там, внизу. А замок на входной двери не заперт.
Кто-то взбегает по лестнице. Вот бы споткнулся да полетел вниз, думаю я. Сбил бы всю настройку. Анжелочка пока ничего не понимает. А что тут понимать: еще один жеребец застоялся внизу.
Он помладше и понеопытней.
«Смотри, Вован, — ржет этот Серега. — Я же говорил, она даст».
«Ты говорил, она денег даст», — не соглашается второй.
Друзья пыхтят. Они мешают друг другу, пока не разбирают роли: один держит девчонку за руки, другой наваливается сверху. Вот и вся любовь, думаю я. Я чувствую ее страх, и боль, и стыд, какого еще не было, но чувствую и кое-что еще. Ей уже нужно, кажется, чтобы ее трахали, не отрываясь, без остановки и без отдыха. Теперь она знает свое предназначение. Она никогда не насытится.
«Хренасе, — удивляется Вован. — Чего это с ней?»
«Тупой ты. Ей всё нравится. Так, хорош, теперь ты держи».
Но Анжелику уже никто не удержит. Она поскуливает от боли и сжимает кулачки. Смятые простынки придется застирывать. Но она и не думает кричать. Она кусает губы.
А Сережка так и не поцеловал ее ни разу.
— Артёмчик, — слышу я вдруг.
Я трогаю пульт управления. Спинка кресла ползет вниз. Я вижу ее лицо: глаза полуприкрыты, на губах блуждает улыбка. Все лицо пошло пятнами, будто ей надавали пощечин. Пристегнутые запястья побелели. Кулачки сжимаются и разжимаются.
Закрыв глаза ладонью, я делаю долгий выдох. Открываю глаза и вижу ее ноги под простынкой. Анжелочка просто идеальная шлюха. Сказать, что она меня возбуждает, будет недостаточно.
Да еще после того, что я видел.
— Тёмчик. Ну что же ты.
Отстегнуть ремни с ее щиколоток — дело одной минуты. Всю эту минуту я чувствую ее запах, неощутимо легкий и острый, и моя реакция — как у дикого мустанга, завидевшего кобылу. Никогда я не мог с этим бороться. Да никогда и не хотел.
Сиденье кресла незаметно складывается. Теперь пациентка полулежит на спине, закинув голову. Ее руки по-прежнему пристегнуты: это ее молчаливое требование. И мне не нужно объяснять, почему это так.
Простынку долой. Анжелочка слегка сгибает ноги в коленях, и вот я уже в ней. Там жарко и мокро.
— Сильнее, сильнее, — слышу я шепот. — А он пусть держит… скажи ему, чтоб держал…
Ах ты, господи, думаю я.
Картинки чужого прошлого плывут у меня перед глазами. И она сама словно бы плывет передо мной в пространстве, раскачиваясь в такт моим движениям. Упругим, глубоким и мощным. Это похоже на то, как если бы я трахал космонавта Гагарина прямо в его космическом кресле. Такая кощунственная мысль заставляет меня усмехнуться. А что, у кого-то есть и такой невроз, успеваю подумать я, — как вдруг Анжелика выгибается всем телом, и ее сотрясает приступ самого информативного оргазма, который мне когда-либо приходилось видеть.
В три удара я догнал ее. И вколотил в следующую серию судорог.
Все же я — суперский доктор, — подумал я сразу вслед за этим.
* * *Она ушла. «Это было феерично», — сказала она на прощанье. Фееричной была и сумма в долларах.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Пентхаус"
Книги похожие на "Пентхаус" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Александр Егоров - Пентхаус"
Отзывы читателей о книге "Пентхаус", комментарии и мнения людей о произведении.