Иосиф Гольман - Авдотья и Пифагор

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Авдотья и Пифагор"
Описание и краткое содержание "Авдотья и Пифагор" читать бесплатно онлайн.
Что делать, если любишь чужую жену?
Или даже не так — если твоя любимая женщина по несправедливости принадлежит другому?
«Смириться», — скажут одни.
«Бороться», — скажут другие.
Молодой врач Дмитрий Светлов, Пифагор, решил бороться — потому что не мог спокойно думать о том, что его Дуню обнимает другой мужчина.
В сказке, чтобы завоевать красавицу принцессу, герою надо пройти через множество испытаний.
Испытания, которые предстоят Пифагору, сказочным богатырям и не снились — жизнь не сказка, здесь все гораздо жестче.
Но Пифагору есть во имя чего рисковать — он точно знает, что Авдотья должна во что бы то ни стало быть с ним.
После взлета Александр Федорович сразу задремал. Ольга некоторое время смотрела в окно, потом тоже закрыла глаза.
Пиф собирался последовать их примеру, как вдруг проснувшийся Богданов задал ему неожиданный вопрос:
– Ты — такой толковый парень, а сиделкой работаешь. Так плохо с деньгами?
– А разве я плохая сиделка? — не нашел что ответить растерявшийся Пиф.
– Ты отличная сиделка, — согласился-поблагодарил Богданов. — Просто масштаб не твой.
– Что вы имеете в виду? — спросил Дима, хотя уже и так понимал, что тот имеет в виду.
– Ну, ты же врач.
– Диплом пока не получил, — уточнил сторонник правды Пиф. — Только летом.
– Неважно, — отмахнулся Александр Федорович. — Готов поспорить, у тебя все пятерки в нем будут.
– Одна четверка, — все же вставил свое слово правдолюбец.
– И, скорее всего, ты в каком-нибудь студенческом научном обществе крутишься. Так, нет?
– Так, — вынужден был уже без добавок согласиться Пиф. — Я работаю с Леонидом Михайловичем Балтером.
– А кто такой Балтер?
– Ну, в российской хирургии это как… Скрябин в музыке.
– Странное сравнение, — улыбнулся Богданов. — Почему музыка? Почему не Менделеев в химии?
– Попробую объяснить, — задумался Пиф. — Менделеев — системный ученый. Он и таблицу придумал именно как систему, объединяющую ранее имевшиеся знания и дающую возможность без эксперимента получать новые.
– А твой Балтер что, отвергает системные знания?
– Нет, конечно. — Дима чуть задумался, но его непросто было запутать, тем более что размышления на эту тему были не сиюминутные, самолетные, а долгие домашние. — Просто он — поэт от хирургии. Есть хирурги, идущие от ума, а есть — от вдохновения. Хотя ум, конечно, тоже присутствует, — добавил Пиф, вспомнив прищур мудрых и жестких балтеровских глаз.
– А что дает вдохновение в хирургии? — не понял Александр Федорович.
– Многое. Например, сложные комбинированные операции, которые задумываются и производятся прямо на месте. Понимаете, даже лучшая диагностика не покажет всего того, что хирург видит на открытом операционном поле. Вы в курсе, что большинство серьезных хирургов — узкие специалисты? На Западе даже сертификаты особые на каждый вид вмешательств, и комбинированные вмешательства могут производить два, иногда — три хирурга, сменяя друг друга в одной операционной. Балтер, кстати, докторскую защитил не одну, а две. И является действительным членом аж четырех разных профессиональных ассоциаций.
– Зачем?
– Я думаю, из спортивного интереса — раз. Из скрябинского отношения к музыке — два. И из чисто прагматических соображений — три. Он — великий импровизатор и у операционного стола может себе позволить, в том числе по бюрократическим показателям, почти любое вмешательство. Если, конечно, считает его жизненно необходимым для пациента.
– Так, может, он все-таки Луи Армстронг от хирургии? — улыбнулся Богданов. — Или Элла Фитцджеральд?
– Нет, — отрицательно замотал головой Пиф. — У джазменов часто и консерваторского образования нет. А у Балтера, кроме медицинского, еще физтех.
– Ладно, понял, — не стал больше спорить собеседник. — Так ты что, тоже поэт скальпеля?
– Чего нет, того нет, — улыбнулся Пиф.
– А за что тебя тогда Балтер любит? Ведь, я так понимаю, он кого попало к себе не возьмет?
– Это точно, — с затаенной гордостью согласился будущий обладатель медицинского диплома. — Если б он объявил открытый конкурс — человек сто на место бы получилось, я думаю.
– И как же ты прошел конкурс? — Богданов был настойчивым человеком.
– Может, именно потому, что не фанатею от скальпеля. — Пиф замолчал. Вообще-то он не собирался в своих откровениях заходить так далеко, но, наткнувшись на вопрошающий взгляд пациента, все же закончил мысль: — Мне не нравится оперировать. Мне нравится выхаживать.
И, предупреждая недопонимание собеседника, вынужден был описать проблему шире.
– Понимаете, хирургическое вмешательство, даже блестящее, — лишь полдела. После него больному еще надо выжить.
Сказал — и виновато замолк.
Может, и не следовало втягивать Богданова в подобные обсуждения с учетом его личного положения. Но Александр Федорович одобрительно улыбнулся и попросил продолжить.
– Мне интересно, — сказал он.
Пришлось продолжать.
– У нас в России много блестящих хирургов. С руками, с головой — все в порядке. А потом уникально прооперированного больного везут в палату, где на него могут часами не обращать внимания. А это ж не просто — перележать сутки-двое, в этот момент пациент ввергнут в сложнейшие биохимические, да и психические, процессы, которые и определят, жить ему после операции или нет. Вот в этих процессах я и хочу участвовать. И как ученый, и как врач, и как человек.
– Теперь понял, — удовлетворенно сказал Богданов. — Примерно так я о тебе и думал. Приятно, что не ошибся.
– Вы думали о моем профессиональном предназначении? — удивился Пиф.
– Я бы хотел его изменить, — вдруг быстро и четко сказал Александр Федорович. — О личных деньгах сможешь больше вообще не заботиться, причем с сегодняшнего дня. Но дело, конечно, не в личных деньгах.
Теперь это был совсем другой Богданов. Даже глаза заблестели ярче. Еще более удивленный Светлов молчал, ожидая разъяснений.
– Ты в курсе, чем я занимался до болезни? — спросил больной.
– Не очень, — сознался Пиф.
– Примерно тем же, что и ты, — непонятно начал Богданов. — Только в бизнесе.
В ответ на немое удивление молодого эскулапа развил мысль дальше:
– Я не организовываю предприятия, не ищу нефть, не разрабатываю компьютеры. Это — дело «докторов Балтеров» от экономики. Мое же дело — организация финансовой жизнеспособности созданного бизнеса. Организация безопасных финансовых потоков и перетоков, аккумулирование средств, распределение активов по «хранилищам».
– Вывод капиталов? — улыбнулся Пиф.
– Почему же только вывод? — Александр Федорович тоже улыбался. — Иногда и ввод. Примерно с той же частотой.
– А почему вы решили, что из меня получится финансист? — Пифа все же сильно огорошило свалившееся предложение, в серьезности которого он был вполне уверен — достаточно было взглянуть на глаза Богданова.
– Во-первых, потому что ты умный, — улыбаясь, Александр Федорович начал загибать пальцы на правой руке. — Во-вторых, работоспособный, в-третьих, добрый.
– А в финансисты недобрых не берут? — рассмеялся Пиф.
– Мне не нужен недобрый, — серьезно ответил Богданов. — Я Олю на него оставляю.
Вот так.
У Пифа перехватило горло. На миг даже захотелось согласиться. Впрочем, только на миг.
– Спасибо, Александр Федорович, — сказал он. — Но у меня другая дорога. А разве у вас нет помощников? — попытался перевести разговор в другую плоскость Пиф.
– Есть. Костя, мой племянник. Хороший малый. Уже многое знает. Но…
– В чем же «но»?
Пифу жутко не хотелось просто так отказывать смертельно больному человеку. Другое дело — если его тыл прикрыт хорошим парнем, к тому же родственником.
– Стержня в нем нет, — наконец сформулировал Богданов. — Он будет хорошим вторым номером. А ты — первым. Сынуля мой подрастет — возьмешь его в дело.
– А почему вы решили, что у меня получится? Я даже, как банковский счет завести, не знаю.
– Ты пока мне просто поверь. Я людей всегда хорошо чувствовал. А сейчас вообще все обострилось.
Пока Пиф раздумывал, как ему выкрутиться из щекотливой ситуации, не обижая Богданова, тот предложил идеальное решение сам.
– Не говори ни да ни нет, — сказал он. — Просто потерпи, пока я буду вводить тебя в курс дела, ты ведь все равно не сильно занят. А я, не требуя никаких обязательств, утраиваю твою ставку. Идет?
– Идет, — согласился Пиф. — Слушать буду, мне интересно. Но без всяких утроений, иначе отказываюсь.
– Как скажешь, — не стал спорить пациент. — Деньги тебя все равно догонят. А начнем прямо сейчас.
И, не слушая возражений Пифа — он считал, что Богданову уже пора отдохнуть, — опытный финансист прочел юному эскулапу первую лекцию.
Закончил перед посадкой, и впрямь устав. Зато много успел. И про офшоры, и про международный банкинг, и про финансовые прачечные, и про ценные бумаги, и про многое-многое другое.
Самое забавное, что Пиф почти все понял, а кое-что даже записал.
Уже потом, поразмыслив, он осознал, на чем основана столь удивительная простота и доходчивость подобных лекций, — ведь речь-то шла отнюдь не об очевидных вещах.
Разобраться помог все тот же Балтер, точнее, анализ его лекций и подсказок. Основа дела — в глубочайшем знании предмета. А если к этому добавить страстное желание передать знания необходимому тебе человеку — то в итоге и получается такая вот «самолетная» во всех смыслах беседа.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Авдотья и Пифагор"
Книги похожие на "Авдотья и Пифагор" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иосиф Гольман - Авдотья и Пифагор"
Отзывы читателей о книге "Авдотья и Пифагор", комментарии и мнения людей о произведении.