Родион Нахапетов - Влюбленный

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Влюбленный"
Описание и краткое содержание "Влюбленный" читать бесплатно онлайн.
Взлет кинокарьеры Родиона Нахапетова пришелся на расцвет советского кинематографа — семидесятые годы. В его книге — живые портреты Иннокентия Смоктуновского, Василия Шукшина, Никиты Михалкова, Марка Донского, Марины Нееловой, описания `внутренней кухни` звездного киномира, творческие поиски и душевные метания. Значительная часть воспоминаний — подкупающий безграничной искренностью рассказ русского актера и режиссера, пытающегося найти свое место в Мекке мирового кино — Голливуде.
— Никс воды! Никс воды! Расстрел, капут!
Через некоторое время немцев прибавилось, меня отвели в сарай, где в беспорядке была разбросана гнилая солома. Окружили меня.
— Раздевайся!
— Не могу. Стыдно, — заплакала я и задрожала всем телом.
— Не могу? — взвился немец — атлет. — А к фронту идти можешь?!
— Раз‑де — вай — ся! — закричали все в один голос. Несмотря на мое сопротивление, сорвали одежду, раздели догола. — Она партизан! Под кофтой платье, рубаха, костюм. Парашютистка!
Обыскивая, они растрепали мои Волосы, Залезли грязными руками В рот, заставили приседать, подпрыгивать, наклоняться. И — Хохотали. В Их зверских действиях я видела похоть. Их Было семеро — здоровых, остервенелых парней. они швыряли меня на прелую солому, хватали за грудь, за ноги.
Послышался какой‑то окрик снаружи, и «обыск» прекратился.
Меня вытолкали из сарая. Шеф в трусах отдал последний на сегодня приказ:
— В баню! На ночь в баню! Утром — расстрелять!
Стемнело.
В селе Берестовка баня была двухэтажная. Когда я подходила к ней, на улицу вывалилось не меньше сотни разгоряченных немецких солдат — за ними из двери клубами вырывался и весь их противный, кислый, скверный дух.
Я переступила порог и чуть не упала, поскользнувшись в мыльной луже. За моей спиной загремел замок.
В углу я заметила бочки с водой. Вода была отвратительной на вкус, но я с жадностью выпила. Отдышалась и еще выпила и пила до тех пор, пока от прилива тошноты не закружилась голова.
У стены темнела небольшая куча травы. Я Потрогала — свежая, пахучая трава. для чего она здесь? Я Покрыла травой лавку и легла на нее. запах травы напомнил мне о детстве, об отце. Я Чувствовала, как постепенно унимается боль.
«Галя, Галочка, крепись! Ты идешь на великое дело во имя жизни, счастья. Будь мужественной и терпеливой. Ты должна снести все муки, иначе провал. Ты должна спрятать себя так глубоко, чтобы никому в голову не приходило, кто ты есть на самом деле. Ты легкомысленная девица, тебя интересует только любовь, только развлечения. В этом твое спасение, Галочка!»
Пар рассеялся, сделалось очень сыро.
Снаружи клацнул замок, и дверь тихонько отворилась.
— Матка… а? Матка, ты где? — окликнул меня вкрадчивый голос старика.
Прикрыв за собой дверь, немец — старик, видимо охранник, пошарил лучом фонарика по мокрым стенам и полу и приблизился ко мне. Я почувствовала его мягкую — как у моего отца — руку. Старик Присел на лавку рядом со мной и стал гладить мои волосы.
— Я Тебе принес хлеб с мармеладом. это мой ужин, дочка, Возьми. поешь, родная моя девочка, это отец тебе дает.
Старик говорил негромко, перемежая немецкие и русские слова, но я поняла все.
— Глупая, тебя же убьют. Ты Не видела жизни. да разве можно.
Ее узнать, когда тебе восемнадцать? у меня такая же дочь, как ты.
Только Волосы у нее длинные, волнистые. Мы Не хотим войны. семья хорошо. дети хорошо. работа хорошо. война нехорошо.
Я Сидела на скамье и ела ужин немецкого охранника. луч фонарика, стоявшего на полу, бил в деревянный потолок, образуя подобие луны над моей головой. когда я закончила, старик поднялся и, понизив голос, сказал:
— Слушай, дочка. ночью могут прийти молодые. поиграться. кричи, не давайся. кричи, что заразная, что больная, что у тебя сифилис.
Я Вцепилась в старика:
— О, не нужно сюда заходить, отец! скажите им, что не нужно. Я Беременна! Я Больна!
— Да разве они послушают меня, дочка? Разве я могу?.. — Вздыхая, старик отстранился, и мне показалось, что он провел рукой по своей военной форме, давая понять, что он в стане врагов.
Когда охранник ушел, я снова улеглась на свою травяную постель. Не успела я задремать, как вдруг слышу: клацнул тяжелый замок. Меня точно током прошибло.
Дверь с треском распахнулась.
Несколько безумных лучей заметались по бане, пока не ударили мне в лицо.
— Фрау! Фрау! — заорало несколько голосов. — Фрау — корош!
Я спрыгнула со скамьи и забилась в угол.
— Что вам нужно? — закричала я. — Что вам нужно?! Я за — разная! Заразная — а-а — а!
— Я — a, я — а! — хохотали немцы. — Заразная — корош фрау!
Все, что произошло дальше, не поддается описанию. Если ад в Преисподней — это огонь, то ад на земле — это насилие, когда тебя разрывают на части, сминают в ком, кусают, грызут и обливают мерзостью. Я Была раздавлена, расплющена, выжата, уничтожена. меня не осталось… Я Потеряла сознание.
Очнулась под утро. Слышу женский голос:
— Посмотри, женщина в бане лежит. Кто это затянул ее туда?
Немцы. Не знаешь? А Кто такая?
— Ясное дело, если бросили в баню, значит, наша.
— Мертвая?.. Живая?
— Молодая…
Я открыла глаза. Никого. Пусто.
— Живая! Она живая!
— Слава Богу, что живая!
Что это? Никого нет, а голоса слышатся так явственно. Совсем близко. Я обвела взглядом помещение и вдруг заметила в потолке большую щель и за нею какое‑то движение. Да, конечно, там ведь второй этаж, видно, склад или каморка. К женским голосам примешался мужской, позвал их, и вскоре стихли и движения, и голоса.
Я лежала на мокром цементном полу, понимала, что нужно подняться, но не могла, не было сил. Наконец с трудом оторвала тяжелую, как чугун, голову, но она снова бессильно упала… Жить не хотелось. Незачем было жить. «Повеситься! — промелькнуло в голове. — Да, да! Вон крюк». Я нащупала на полу ремешок от юбки. «Ну, вот и хорошо!» Только бы добраться до крюка. У Меня появилась цель, задача, она придала мне сил. превозмогая боль, я кое — как поднялась на колени, потом, ухватившись за край бочки, подтянула себя, поднялась на ноги. руку обдало прохладной водой. Я Взглянула на свое отражение в бочке. сосредоточенное, слегка опухшее лицо девушки. «Да ведь она любит жизнь, эта Галя! Она любит все возвышенное, чистое, — звучал внутри мой собственный голос. — КТО сказал, что это конец? Разве этого конца ждут от меня мои друзья, Илья, тетя Марфа?»
— Нет, нет, — прошептала я вслух, — я не умру. Я — Мать, во Мне новая жизнь.
Мне стало немного легче дышать. Я сполоснула лицо. Смыла с тела грязь. Выстирала кофту и белый платочек. Вытерла травой туфли. На мокрую еще кофту накинула жакет, разгладив белый воротничок поверх жакета. Уложила волосы на немецкий манер.
— Если поведут на расстрел, умру с достоинством, гордо!
Когда меня вывели на улицу, немцы во дворе повернулись ко мне и застыли в недоумении. Они, наверное, ожидали увидеть сломленную, замученную женщину. Из Бани же вышла причесанная, умытая, полная сил и уверенности в себе девушка.
У Штаба Сс Возле дуплистого дерева стоял пожилой немец. Он Держал в руке котелок с завтраком и несколько раз едва заметно кивнул, не то здороваясь, не то подбадривая. Да, конечно, это мой ночНой отец. Я улыбнулась ему. И он слегка улыбнулся — мне показалось, с облегчением.
Меня подвели к роскошному автомобилю.
— Ого, какой почет! — Сказала я немцам, которые любезно поддерживали меня за локти, сажая на мягкое сиденье. — куда поедем? — поинтересовалась я. — на прогулку?
Один из офицеров уселся рядом со мной и, прижимая к груди объемистый пакет, бросил водителю:
— В Штаб армии, к генералу.
— Ну — у? Это за какие же заслуги в штаб армии? И правда, к генералу?
Тронулись. Попутчики молчали. Но я не унималась и без конца о чем‑то тараторила. Рассказывала о своем Вилли. Пела.
Въехали на огромный холм. Внизу, в долине, живописное село, с рекой посредине.
— Где это мы?
— Петровское, Харьковской… — буркнул шофер.
— А это река Донец?
Шофер кивнул.
Удобно раскинувшись на сиденье, я сделала рукой широкий жест — указала немцам на другой берег реки и без нажима, просто сказала:
— Если Бы не фронт, то через час была бы дома. Мой дом во — о-он там, за Донцом. Видите?
Немцы равнодушно посмотрели, куда я показала, промолчали.
Мы удалялись от фронта, углублялись в тыл.
Вдали показалось селение. Немцы зашевелились, стали оправлять форму. А шофер сказал:
— Грушеваха. Штаб армии. С генералом будешь разговаривать.
— А ГЕНЕРАЛ молодой? — оживилась я. — С ним можно переспать? Он красивый?
Немцы рассмеялись:
— Генерал тебе сделает пух — пух! Смерть!
— Нет, генерал не глупый, он поймет, что я люблю жизнь, я немцев люблю!
— Катя — партизан! Диверсант!
— Нет не партизан! Я люблю моего Вилли!
Генералу было лет пятьдесят пять. Спокойное округлое лицо, небольшого роста, коренастый. На груди кресты и еще какие‑то знаки. Лицо строгое, но глаза добродушные.
Кроме генерала, в комнате находился еще один человек. Типично русский: блондин, голубые глаза. но если русский, почему немецкий Офицер?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Влюбленный"
Книги похожие на "Влюбленный" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Родион Нахапетов - Влюбленный"
Отзывы читателей о книге "Влюбленный", комментарии и мнения людей о произведении.