Юрий Щеглов - Бенкендорф. Сиятельный жандарм

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Бенкендорф. Сиятельный жандарм"
Описание и краткое содержание "Бенкендорф. Сиятельный жандарм" читать бесплатно онлайн.
До сих пор личность А. Х. Бенкендорфа освещалась в нашей истории и литературе весьма односторонне. В течение долгих лет он нес на себе тяжелый груз часто недоказанных и безосновательных обвинений. Между тем жизнь храброго воина и верного сподвижника Николая I достойна более пристального и внимательного изучения и понимания.
— Первую остановку сделаешь в Киеве — я тебе и маршрут проложила. Поживешь там дней пять. Убедишься, что в древности недурно выбирали места для жилища. Климат волшебный — не петербургский. Фельдмаршал зело гостеприимен да и к тебе — я замечала — приверженность испытывает.
Глаза цесаревича от благодарности налились слезами. Зубы не скалил — значит, не сердится. Все-таки она сумела его приласкать. Пусть едет с легким сердцем. С внуками ей будет проще.
— Кого полагаешь взять в спутники? Да я тебе сама назову — не мучайся! Авось не ошибусь! Федьку Вадковского и Куракина с Плещеевым. Доволен?
Цесаревич затряс головой. Проницательная императрица, однако, пока главного лица не коснулась. Она помолчала, усиливая эффект.
— И Бенкендорфу передай: пусть в прейскурант внесет Нелидову и Борщову. Развлекать жену кто будет? Ты подумал?! Клингер, Лафермьер и Николаи — сверх комплекта. Не на день отъезжаешь.
У цесаревича сладко замерло в груди. Разлука с Екатериной Нелидовой нестерпима.
— Для чтения и музицирования народу достаточно.
Императрица удовлетворила сына сверх всяких ожиданий. Первоначально назначенная свита и впрямь скудна — гофмейстер Николай Салтыков, князь Юсупов — знаток изящных искусств и архитектуры, подполковник Христофор Бенкендорф с супругой Тилли, которая великой княгине заменяла весь двор да и солнце на небе. Тилли, слава Богу, не беременна, а то великокняжескую чету за границу и не вытолкнуть.
Христофор Бенкендорф — офицер оборотистый, разумный и хозяйственный, образцовый порученец. Ни водки, ни табака остзеец не потребляет и не вороват. Не лгун, не обманщик, не лизоблюд. Не то немецкий швед, не то шведский немец. Предки родом из Бранденбурга. Король шведский Карл Густав подтвердил дворянство, а у него грамоту получить было нелегко. В конце XVII века породнились с фон Левенштернами. Анна Ригеман фон Левенштерн вышла замуж за Иоганна Бенкендорфа, рижского бургграфа и бургомистра, вице-президента Консистории.
Екатерина окружение сына изучила подробно. На то она и мать. У Бенкендорфа деньги к рукам не липнут, языки знает, не глух и нем, как русские за кордоном, в службе верен. Недаром в обер-квартирмейстерах тот же Румянцев-Задунайский держал и в любимцах числил.
Цесаревич шагнул к императрице поближе и протянул неловко руки:
— Дозволь поцеловать тебя, матушка?
Она поднялась и сделала движение навстречу. Он кинулся к матери на грудь и прижался, как в забытом далеком детстве. Ростом не получился. Лицо худое, крупное, нос кверху вздернутый, как у мопса. Глаза большие, круглые, серые. Жестоко уколол париком красноватую, пораженную склеротическими прожилками щеку императрицы. Она отстранилась и приложилась сухо ко лбу. Подобные минуты — редкость. И каждый более не удерживал затаенное и искалеченное чувство.
Туманным днем 19 сентября после напутственного молебна кортеж из десятка дорожных карет и повозок, с вооруженным эскортом покинул Царское Село. Переночевали в Красном и ходко покатили на юг, к границам Белой Руси. Лошади бежали резво.
Бенкендорф перед поездкой лично проверял транспорт — вплоть до сбруи. Вместе с метрдотелем Кюхнером тщательно продумали провиантскую часть, подобрав продукты на любой вкус. Винный погреб не хуже, чем в Зимнем. Проэкзаменовал слуг и горничных. На протекцию, слезы и неудовольствие внимания не обратил. Шешковский еле-еле одного из своих просунул. С форейторами и кучерами Бенкендорф беседовал по отдельности. На кареты обратил особое внимание. Отобрал для сопровождения дворцовых мастеров — двух немцев и одного русского кузнеца. Даже ковочные гвозди заготовил. Словом, совместил в одном лице квартирмейстера, провиантмейстера, фуражира, дворецкого и прочие должности, без которых путешественников ждал бы сущий ад. Бенкендорф не допустит, чтобы какая-нибудь помеха омрачила поездку. Тилли ему не простит. За двое суток предупреждал станции, скольких лошадей готовить на подмену, и о ночлеге заботился загодя — у обывателей, в монастыре или у начальства. Кому встречать положено, намечал заранее. Но хозяйственные заботы тревожили Бенкендорфа куда меньше, чем отношения между спутниками. Когда Тилли появилась в Петербурге, Бенкендорфы сразу заняли первенствующее положение при малом дворе, отодвинув Нелидову с Борщовой, которые фрейлинами служили у покойной жены цесаревича и, конечно, знали о ее романе с графом Андреем Разумовским. Великая княгиня высокомерно относилась к Нелидовой, всячески третируя ее, чем неосторожно выводила из себя и без того вечно раздраженного мужа. Нелидова первое время фыркала и громко говорила, притопывая миниатюрной ножкой, привыкшей к бесчисленным менуэтам и прочим танцевальным фигурам:
— Бенкендорфша нам не указ!
Когда ей однажды передали от Тилли просьбу великой княгини, она сказала:
— Я этой немке не арапка!
Нелидова расплакалась, когда узнала, что императрица не внесла ее в первый прейскурант. Разлука уменьшила бы ее влияние на цесаревича, и великая княгиня с Тилли, которая ее направляет, окончательно взяли бы верх. Великая княгиня нуждалась лишь в Тилли и открыто признавалась, что никого другого подле себя не желает видеть. Не станет она заступаться перед императрицей за Нелидову. Однако, чтобы не возбуждать ссор и кривотолков и не вызвать гнев цесаревича, постановили: половину дня в карете едет Нелидова или Борщова, а вторую половину — Тилли.
Чудо
Как Бенкендорф ни старался, какую изобретательность ни проявил гофмейстер Салтыков, когда в Польшу попали, выяснилось — с зарубежными устроителями экскурсии русским не сладить. В Польше, например, на каждом привале великая княгиня, которая ни дня не хотела обойтись без фортепиано, поручила возможность музицировать в специально отведенных помещениях. Причем инструмент доставляли лучшего качества, перед тем его проверял королевский настройщик и дежурил, пока великая княгиня и Тилли разыгрывали экзерсисы и пели арии из итальянских и немецких опер. Затем настройщик садился в коляску и мчался дальше, поджидая высоких гостей, сколько бы ни понадобилось. И так до самой австрийской границы.
Бенкендорф вез целую нотную библиотеку. Прикажут: Джованни Пьерлуиджи Палестрину — пожалуйста, прикажут: Джованни Баттисту Перголези — пожалуйста, прикажут: Доменико Чимарозу — нет проблем. Между прочим, через несколько лет именно великая княгиня настаивала на приглашении знаменитого композитора, певца и клавесиниста в Петербург. А пожелают австрийца Вольфганга Амадея Моцарта — еще лучше! Через Австрию их путь пролегает. Франц Иозеф Гайдн тоже пользовался высочайшим вниманием, а уж о Кристофе Виллибальде Глюке и упоминать нечего. Весь оперный репертуар под рукой: «Орфей и Эвридика», «Альцеста», «Парис и Елена», «Ифигения в Авлиде», «Ифигения в Тавриде», «Армида» и прочее, и прочее. Нелидова танцует, Тилли и великая княгиня поют, Борщова аплодирует, цесаревич любуется и слушает, Юсупов посапывает носом, Салтыков отдыхает, Клингер внимательно слушает, полузакрыв глаза, Лафермьер перелистывает текст и дает необходимые пояснения, Николаи в уме составляет отчет — словом, все при деле, и Бенкендорф имеет возможность прикорнуть на ближайшем диванчике.
Бенкендорф и в музыкальном хозяйстве предпочитал ни от кого не зависеть.
— Omnia mea mecum porto![10] — повторял он чуть ли не ежедневно.
Однако фортепиано на каждую станцию в России не удавалось доставлять, хотя подобную идею он и Тилли обсуждали неоднократно. Вместо музыки Клингер, Лафермьер и Николаи читали и декламировали самые разные сочинения, в том числе и собственные. Клингер старался больше для Тилли. Она просто не могла жить без немецкой поэтической речи. День у них начинался с Göthe. А великая княгиня была поклонницей провансальских трубадуров. Но Тилли вскоре ее отвратила, и теперь они вместе восхищались Göthe. Вкусы остальных учитывались, конечно, но в меньшей степени. Цесаревич ни Göthe не хотел слушать, ни трубадуров. Он желал беседовать с Нелидовой и делать конные прогулки после завтрака. Князь Николай Юсупов, прервав ученое молчание, давал рекомендации, рассказывая, впрочем довольно увлекательно, о том, что их ждет на зеленых холмах Приднепровья.
Утро начиналось с общего недолгого променада и кофе, потом короткий отдых, в продолжение которого Лафермьер старался всех рассмешить:
— Я не знал, что русская земля столь обширна. Я полагал, как в Европе: сегодня Берлин, завтра Рейн и Страсбург, послезавтра Париж. А вас ист дас — Киев? Что это такое? Древнее поселение печенегов? И дороги! Лучше все-таки путешествовать по России стоя. Я уже себе отбил все, что можно отбить. Я сижу на отбивных.
Русский цесаревич не сердился, а хохотал над полноватым Лафермьером. Он жилист и приучил себя к невзгодам. Великая княгиня от него не хотела отставать и никогда не жаловалась. Тилли ей подражала. Субтильная Нелидова, сидя на подушках, помалкивала, а крепенькой Борщовой путевые мытарства нипочем.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Бенкендорф. Сиятельный жандарм"
Книги похожие на "Бенкендорф. Сиятельный жандарм" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Юрий Щеглов - Бенкендорф. Сиятельный жандарм"
Отзывы читателей о книге "Бенкендорф. Сиятельный жандарм", комментарии и мнения людей о произведении.